|
|
Всеобщая история архитектуры. — Москва, 1944—1949Всеобщая история архитектуры / Академия архитектуры СССР. — Москва : Издательство Академии архитектуры СССР, 1944—1949.
  Том І / Под общей редакцией Д. Е. Аркина, Н. И. Брунова, М. Я. Гинзбурга (главный редактор), Н. Я. Колли, И. Л. Ма́ца. — 1944. — 370 с., ил.ОТ РЕДАКЦИИ
Всеобщая история архитектуры, издаваемая Академией архитектуры СССР, является учебным пособием, которое должно осветить всю историю мировой архитектуры от ее первоначальных истоков до наших дней. Это учебное пособие рассчитано в первую очередь на студентов высших архитектурных и художественных учебных заведений и на архитекторов, но одновременно оно должно удовлетворить и научную любознательность широких кругов советских читателей.
Первый том Всеобщей истории архитектуры включает разделы, посвященные архитектуре доклассового и раннеклассового общества, древневосточных деспотий и древних американских стран — Мексики и Перу.
В составлении первого тома принимали участие следующие лица: раздел «Архитектура первобытно-общинного строя» составлен проф. А. С. Гущиным при участии канд. арх. наук К. А. Иванова;
разделы «Архитектура Древнего Египта» и «Архитектура Древнего Двуречья» составлены проф. Н. Д. Флиттнер с дополнениями арх. В. Н. Владимирова, которым написаны главы, заключающие архитектурный анализ главнейших памятников, особенности стиля египетской архитектуры, египетский ордер, пропорции египетского зодчества;
раздел «Хеттская и сиро-хеттская архитектура» составлен проф. Н. Д. Флиттнер с дополнениями Е. М. Томиловской;
раздел «Архитектура Палестины и Финикии» составлен проф. Н. Д. Флиттнер;
раздел «Архитектура Ассирии и Нового Вавилона» составлен проф. А. А. Сидоровым с дополнениями акад. арх. М. Я. Гинзбурга;
раздел «Архитектура халдов» составлен проф. С. В. Безсоновым;
раздел «Скальная архитектура стран Малой Азии» составлен проф. И. Л. Ма́ца;
раздел «Архитектура Ирана эпохи Ахеменидов» составлен С. И. Сахаровым;
раздел «Архитектура Эгейского мира» составлен канд. арх. наук С. А. Кауфман с дополнениями арх. Н. Е. Роговина;
раздел «Архитектура Древней Мексики и Древнего Перу» составлен акад. арх. М. Я. Гинзбургом.
Иллюстративные таблицы всего тома составлены арх. В. Н. Владимировым за исключением таблиц разделов «Архитектура Эгейского мира» (арх. С. А. Кауфман) и «Архитектура халдов» (арх. Н. С. Кучерова).
Историко-географические карты выполнены картографом Н. И. Клюевым по указаниям А. Г. Циреса.
Художественная (редакция и руководство графической обработкой всего иллюстрационного материала принадлежит художнику В. Е. Свинарскому.
Рецензии и консультации даны: Институтом истории материальной культуры — по разделам «Архитектура первобытно-общинного строя» и «Архитектура Древней Мексики и Древнего Перу»; В. В. Павловым — по разделу «Архитектура Древнего Египта»; проф. В. А. Крачковской — по разделу «Архитектура Ирана эпохи Ахеменидов»; проф. В. Д. Блаватским — по «Архитектуре Эгейского мира».
Подписи к таблицам и Словарь архитектурных терминов составлены А. Г. Циресом. Библиографический список составлен Е. М. Томиловской.
Редактирование первого тома осуществлено редколлегией под руководством акад. арх. М. Я. Гинзбурга в составе: В. Н. Владимирова, проф. И. Л. Ма́ца и С. И. Сахарова. Составление I тома в первой его редакции было произведено при активном участии проф. И. С. Николаева (являвшегося заместителем главного редактора) и канд. арх. наук К. А. Иванова (являвшегося помощником главного редактора по методологическим вопросам).
Работа по первому тому была закончена в дни Великой Отечественной войны, когда немецко-фашистские варвары в своей звериной ненависти к человеческой культуре сознательно уничтожали прекрасные творения лучших зодчих как на Западе, так и в нашей цветущей стране социализма. Продолжая начатую до войны работу по составлению настоящего руководства, коллектив авторов и редакторов делал то, что делает весь советский народ. Он противопоставлял духу разрушения созидательную волю советских людей, непоколебимую веру их в победу правого дела советской родины, советской культуры, человеческих знаний.
В период окончания работы по первому тому один из основных авторов и членов редакционной коллегии, арх. В. Н. Владимиров, выполняя на Западном фронте боевое задание, отдал за Родину свою молодую талантливую жизнь.
ПРЕДИСЛОВИЕ [к 1-му тому]
Все существующие на русском языке работы по всеобщей истории архитектуры уже не могут удовлетворить возросшие требования советского читателя. Неправильное распределение материалов, относящихся к различным историческим эпохам, одностороннее освещение развития архитектурных стилей, игнорирование замечательного наследия русской архитектуры, архитектуры народов СССР и советской архитектуры — вот основные недочеты этих работ.
Коллектив участников «Всеобщей истории архитектуры» стремился избежать этих недочетов и создать руководство по истории архитектуры, построенное на базе марксистской методологии, на уровне современного понимания вопросов истории. Он стремился связать развитие архитектурного стиля с общественным развитием эпохи, раскрыть сущность стиля в процессе столкновения его внутренних противоречий; стремился не только ознакомить читателя с гениальными творениями мировой архитектуры, но и заставить полюбить их, научить ценить профессиональное мастерство, обусловившее их мировое значение и высоко поднявшее эти памятники над общим уровнем сооружений данной эпохи. Это может быть достигнуто только при условии включения лучших образцов народного творчества в круг изучаемых объектов. Изучение скромных греческих амфор и лекифов может дать верный ключ к раскрытию истоков неповторимой пластичности Парфенона. Изучение структуры деревянной русской избы и погоста может облегчить понимание композиционного своеобразия церкви в Коломенском.
* * *
«... Ни одно явление в природе не может быть понято, если взять его в изолированном виде, вне связи с окружающими явлениями, ибо любое явление в любой области природы может быть превращено в бессмыслицу, если его рассматривать вне связи с окружающими условиями, в отрыве от них, и, наоборот, любое явление может быть понято и обосновано, если оно рассматривается в его неразрывной связи с окружающими явлениями, в его обусловленности от окружающих его явлений»¹.
____________
¹ Краткий курс истории ВКП(б), стр. 101.
По отношению к истории архитектуры это требование прежде всего означает, что архитектура, имея внутреннюю закономерность развития, должна рассматриваться в неразрывной связи с историей всего человеческого общества. Иногда развитие архитектуры находится в полном соответствии с общественным развитием, иногда обнаруживается неравномерность их роста, но всегда наблюдаются между ними определенные исторически обусловленные взаимоотношение и взаимосвязь.
Важнейшей задачей изучения истории архитектуры должно быть установление связи между возникновением стиля какой-либо эпохи и историко-культурной средой. Необходимо суметь выявить, что те или иные черты архитектуры возникают на базе определенного уровня развития производительных сил, производственных отношений людей и господствующего мировоззрения той или иной эпохи. Конечно, в вопросах искусства и, в частности, архитектуры речь идет не о примитивной зависимости причины и следствия. Здесь мы сталкиваемся с гораздо более тонкой взаимосвязью, когда даже при сравнительно невысоком уровне общественного развития может быть создано, при известных условиях, выдающееся художественное произведение. Невозможно понять сущность величайших произведений греческой архитектуры, не понимая общественного идеала демократических Афин Перикла. Точно так же лишь специфические условия хозяйства и политики Римской империи вскрывают со всей остротой источники возникновения характерных черт римской архитектуры.
Научное рассмотрение какого бы то ни было явления должно исходить из того, что «... предметам природы, явлениям природы свойственны внутренние противоречия, ибо все они имеют свою отрицательную и положительную сторону, свое прошлое и будущее, свое отживающее и развивающееся, что борьба этих противоположностей, борьба между старым и новым, между отмирающим и нарождающимся, между отживающим и развивающимся, составляет внутреннее содержание процесса развития, внутреннее содержание превращения количественных изменений в качественные»¹.
____________
¹ Краткий курс истории ВКП(б), стр. 103—104.
В отношении истории архитектуры это означает, что процесс развития архитектуры должен быть понят не как некое в себе ограниченное становление архитектуры, а как полный глубоких противоречий процесс борьбы. Борьба эта представляет собой не случайное явление, а закономерное условие развития архитектуры, причем в архитектуре такие противоречивые моменты являются отражением общих противоречий в развитии общества и его культуры. Эти противоречия сказываются в самых разнообразных проявлениях как внешних, так и внутренних: между естественной природной средой и архитектурным сооружением как искусственным созданием человека, между возможностями архитектуры того или иного периода и задачами, которые ставятся в это время обществом, между материально-технической основой и художественной стороной архитектуры, между формой и содержанием и, наконец, между отживающими архитектурными формами каждого периода и идущими им на смену новыми формами. Это последнее противоречие, как известно, на всех основных рубежах истории выливалось в непримиримую борьбу несмотря на то, что каждое новое художественное явление сохраняло в себе определенную меру преемственности от старого.
На самой заре человеческой культуры мы можем проследить наличие сооружений, единственной целью которых являлось удовлетворение примитивнейших потребностей человека. Здесь нет и речи о каких-либо творческих задачах, и архитектура выступала лишь как продукт материальной деятельности первобытного человека. Однако уже в процессе перехода из стадии дикости к стадии варварства человек приобретал не только известные конструктивные навыки, но и определенные пространственные представления. Архитектура постепенно поднималась до уровня искусства. Первобытный строитель приобретал специфическое «образное мышление» и при помощи тех или иных строительных приемов научился организовывать пространство для своих конкретных целей.
Исключительно важным для понимания путей, которыми шло развитие архитектуры, является то, что принципы решения тех или иных задач, первоначально возникшие в результате конструктивной или функциональной необходимости, остаются жить в течение длительного периода и используются архитектором как художественно-композиционные приемы. Поэтому для понимания архитектуры какой-либо эпохи мало знать современную ей среду, но оказывается необходимым изучить историческую среду предшествующей эпохи, уровень ее производительных сил, производственные отношения, ее культуру. Происхождение той или иной архитектурной формы зачастую становится вполне ясным при изучении, предшествующих ей строительных приемов. Так, некоторые элементы каменной архитектуры становятся понятными при изучении предшествующей «деревянной стадии» ее.
В то же время новые потребности человека, новые производственные отношения и развитие производительных сил толкают человека к созданию новых типов архитектуры, новых конструкций и новых архитектурных форм.
Борьба между пережитками прошлого и настойчивыми требованиями нового бытия и нового сознания раскрывается перед нами на всем протяжении развития мировой архитектуры. Отдельные этапы столкновения этих противоречий — пассивного старого и активного нового — становятся движущей силой развития архитектуры, в каждом отдельном случае отражая своеобразное, лишь данной эпохе присущее понимание сущности и задач архитектуры.
В период расцвета демократических Афин вся сумма накопленных предыдущим развитием навыков, представлений и образов, в результате органического роста, была приведена в полное соответствие с новыми потребностями и новыми возможностями демократического «полиса». Ничего из старого опыта не было отброшено. Многовековое наследие греков под мощным влиянием нового общественного строя подверглось кристаллизации и художественной шлифовке. В этом плодотворнейшем процессе рудиментарное не отбрасывалось, а становилось активным и действенным.
Однако в другие периоды истории новое искусство возникало более мучительно, иногда даже отбрасывая накопленное прошлыми веками наследие.
Период разложения рабовладельческой Римской империи и возникновения на ее обломках раннехристианской культуры дает нам интереснейший, полный драматизма пример гибели традиций, навыков и вкусов, созданных долгими веками развития античного мира. Но и в этих случаях гибель традиций и навыков в значительной мере лишь кажущаяся. В действительности пережитки античного мировоззрения продолжали влиять на формирование нового искусства.
Научное марксистское мировоззрение требует, чтобы «... явления рассматривались не только с точки зрения их взаимной связи и обусловленности, но и с точки зрения их движения, их изменения, их развития, с точки зрения их возникновения и отмирания», причем «процесс развития следует понимать не как движение по кругу, не как простое повторение пройденного, а как движение поступательное, как движение по восходящей линии, как переход от старого качественного состояния к новому качественному состоянию, как развитие от простого к сложному, от низшего к высшему»¹.
____________
¹ Краткий курс истории ВКП(б), стр. 101—102.
При изучении истории мировой архитектуры плодотворным будет такой анализ ее памятников, при котором они рассматриваются не только как продукт своей эпохи и не только как законченный художественный организм, но и как явление, носящее в себе прогрессивные черты, которым дано оплодотворить более поздние архитектурные стили. Тем самым эти произведения архитектуры как бы входят в непрерывную цепь ее развитий.
Начальные этапы развития архитектуры протекали необычайно медленно. Человеку понадобились, вероятно, несколько тысячелетий для того, чтобы от жилищ неправильной или абсидальной формы перейти к прямоугольному дому. Период развития древнейших восточных культур (Египта, Двуречья и др.) измеряется несколькими тысячелетиями. Античная культура (Греция, Рим) складывается в течение нескольких веков. Позднее уже одно или два столетия оказываются достаточными для коренного изменения архитектурного стиля. Все более усиливающиеся связи между отдельными культурами и, следовательно, возрастающее значение преемственности человеческого опыта играют немалую роль в этом ускорении темпов развития архитектуры.
Справедливо возникает новый критерий архитектурного качества: наличие прогрессивных черт, определяющих дальнейший рост архитектуры. Это позволяет перейти к постановке совершенно новой научной проблемы — к изучению архитектуры всех времен и народов, как единого процесса, к оценке каждой ветви архитектуры с точки зрения ее участия в этом процессе. Само собой понятно, что речь идет об эволюции основных архитектурных идей и концепций, ни в какой степени не противоречащих многообразию национальных и индивидуальных форм, в которые эти идеи и концепции облечены.
Несмотря на самостоятельное развитие первобытной архитектуры в различных местах обоих полушарий мира, можно установить некоторые черты, явившиеся исходными для всего дальнейшего развития архитектуры. Это прежде всего кристаллизация двух пространственных концепций: круглого или овального пространства и более или менее правильного прямоугольного, послужившего основой для большинства сооружений позднейших исторических эпох. Точно так же можно отметить два различных способа изоляции пространства: сплошной стеной и в виде отдельных ритмически расположенных опор. Первый способ послужил зачатком дальнейшего развития проблемы стенной поверхности (Древний Восток), второй явился первоосновой стоечно-балочной системы, сыгравшей особенно значительную роль в развитии греческой, а также всей европейской архитектуры.
Если подойти под этим углом зрения к египетской архитектуре, то при всем ее своеобразии ряд архитектурных идей египетских зодчих приобретает значение, выходящее за пределы Египта. Сюда можно отнести установившуюся структуру жилого дома и храма, появление перистильного двора, так называемый «базиликальный» разрез, углубленное развитие идеи продольного развертывания храмовой композиции и первые решения проблемы монументального ансамбля и синтеза искусств. Все эти черты получили дальнейшее развитие в ряде позднейших архитектурных стилей.
Не приходится доказывать прогрессивную роль, которая выпала на долю классической Греции.
Именно в Греции выкристаллизовался художественно законченный тип стоечно-балочной системы (дорический и ионический ордер), развились две важнейшие связанные с ней концепции: периптер и перистиль. В греческой же архитектуре мы встречаем впервые принцип ансамблевого построения целого, в котором части и детали, неразрывно связанные с целым, сообщают органическую законченность архитектурному произведению, и принцип оптического равновесия объемов, гармонично увязанных со всеми особенностями ландшафта.
Архитектура античного Рима внесла свои специфические черты в мировую архитектуру. Это, с одной стороны, появление нового строительного материала (бетон), новой строительной техники и новых методов строительства, в частности блестящей техники сводостроения, и, с другой стороны, новое понимание архитектурного целого, состоящего из ряда различных по форме пространственных величин, перекрытых разнообразными сводчатыми поверхностями (термы).
В области планировки римская архитектура довела до необычайной четкости идею прямоугольного города (лагерь), уже до этого встречавшуюся в египетской и эллинистической архитектурах.
Византийская архитектура из всей системы сводчатых перекрытий развила купольную систему и на этой базе создала ряд замечательных центрических храмовых композиций.
Раннее средневековье создало радиально-концентрическую систему построения города, послужившую основой для развития ряда современных европейских городов. Углубив опыт римской архитектуры, средневековье создало тип многоэтажного жилого дома в непрерывно застроенной городской улице, явившегося прообразом современного европейского жилого дома. В эту же эпоху выкристаллизовался тип феодального замка, впоследствии развившийся в загородный ренессансный дворец или виллу.
В области строительной техники готика создала блестяще развитую систему каркаса, непохожую на греческую и гораздо более приближающуюся к современному пониманию этой задачи. Система статического равновесия в готике впервые достигалась не увеличением сечений несущих частей, а рациональным распределением напряжений. Это дало возможность создать монументальные готические храмы с грандиозными витражами, кажущиеся воздушными, несмотря на свою величину.
В готике же мы встречаем полную своеобразной тектонической логики, блестяще развитую композиционную идею вертикального построения сооружений.
Наиболее прогрессивной чертой архитектуры Возрождения является то, что впервые в эту эпоху главное внимание зодчих было перенесено с культовых сооружений на сооружения светские (дворцы, виллы, ратуши и т. д.). Архитектура Возрождения приобрела черты гуманизма, роднящие ее с греческой. Концепция жилого дома и храма, в основном созданная еще средневековьем, — в эпоху Возрождения приобрела реальные человеческие масштабы, чистоту форм и черты гармонической законченности в композиции объемов, уравновешенных вокруг общего центрального пространства.
XVII и XVIII вв. внесли совершенно новую концепцию в построение ансамбля, в котором целое связывается с частями при помощи осей симметрии и сочетания продольно-развернутой оси с ярко выраженным центром (Версаль). Именно эта концепция сказалась в реконструкции большинства европейских городов, в построении их парковых ансамблей, аллей и улиц.
XIX в. и начало XX в. произвели подлинную революцию в строительной технике, создав ряд новых строительных материалов (железобетон, сталь, стекло) и новые методы строительства. Особенно прогрессивную роль в этом смысле сыграла американская техника. В это же время сложился целый ряд новых типов сооружений (жилой дом, школа, театр, рынок, биржа, банк, стадион, вокзал, гараж, аэродром и т. п.).
Менее значительными были влияния всех восточных ветвей архитектуры на развитие европейской архитектуры. Все же последовательные волны восточных влияний заметно сказались на формировании эллинской, эллинистической и римской архитектур. От истоков древневосточной архитектуры с характерным для нее поперечным развертыванием пространства, с ее культом стенной поверхности и сводчатых перекрытий, с полихромным декором грандиозных массивов стен — развивались, полные своеобразного очарования, феодальные архитектуры Ирана, Ближнего Востока, Средней Азии и всех мусульманских стран.
Более изолированно, своими специфическими путями шло развитие необычайно своеобразных и ярких архитектурных стилей Китая, Японии и Индии, чему в значительной степени способствовали условия феодальной разобщенности этих стран и почти полной недоступности их для европейцев. Науке предстоит и здесь открыть много перекрестных линий взаимного влияния между этими древнейшими восточными культурами и основными течениями европейской архитектуры.
Наша великая русская архитектура должна занять в истории мировой архитектуры особое место. Испытав в своем развитии влияния вначале византийской, а позднее других западноевропейских систем, она тем не менее с первых же шагов своего существования проявляла с исключительной силой и остротой свое национальное своеобразие и создала на протяжении многих веков громадное количество первоклассных памятников мирового значения.
Неповторимые черты развития русского народа, его характер и мировоззрение отразились в сказочном очаровании деревянных церквей, чудесно поставленных посреди лесов на берегах полноводных рек и озер нашего Севера, в полных суровой и благородной простоты памятниках Киева, Новгорода и Пскова, в исключительном изяществе форм владимиро-суздальских храмов, в величайших шедеврах зодчества Московской Руси, в непревзойденных ансамблях классических сооружений Петербурга.
Наряду с этим создавались изумительные по своему национальному своеобразию памятники других республик нашего Союза, строгие по форме, гармоничные в пропорциях и деталях и сохраняющие полностью свежесть и чистоту своего самобытного развития, в Украине и Белоруссии, Грузии и Армении, Азербайджане и Узбекистане, на севере и юге, востоке и западе нашего многонационального Союза Советских Социалистических Республик.
В нашу эпоху особенно ясными становятся огромные задачи, стоящие во весь рост перед русской архитектурой. Впитав в себя все прогрессивные идеи и художественные концепции мировой архитектуры, советский зодчий должен прежде всего осознать значение тех новых задач, которые приходится ему разрешать при осуществлении грандиозных сооружений послевоенного периода. Глубокое и проникновенное изучение всей мировой сокровищницы архитектуры прошлого должно стать могучим средством к выковыванию новой, яркой и многообразной архитектуры социалистического реализма.
М. Я. Гинзбург
СОДЕРЖАНИЕ [1-го тома]
От редакции ... 5
Предисловие ... 7
Часть первая
АРХИТЕКТУРА ДОКЛАССОВОГО И РАННЕКЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА
Архитектура первобытно-общинного строя
1. Общие черты развития архитектуры первобытного общества ... 15
2. Первобытное жилище эпохи дикости ... 17
3. Общинные дома и поселения эпохи варварства ... 19
Общинные дома североамериканских индейцев ... 19
Общинные дома и поселения на территории Западной Европы и СССР ... 21
4. Мегалитические постройки ... 24
Каменные постройки и поселения в Европе ... 25
Часть вторая
АРХИТЕКТУРА ДРЕВНЕВОСТОЧНЫХ ДЕСПОТИЙ
Древний Восток и древневосточные деспотии ... 29
Архитектура Древнего Египта
1. Природа страны ... 31
2. Архитектура додинастического (V и IV тысячелетия до н. э.) и раннединастического периодов (I и II династий, около 3200—2780 гг. до н. э.) ... 32
Древнее царство
3. Архитектура времени III—IV династий (около 2780—2550 гг. до н. э.) ... 34
4. Комплекс в Саккара ... 35
5. Пирамиды IV династии ... 38.
6. Строительство V и VI династий ... 41
7. Рельеф, росписи, скульптура в сооружениях Древнего царства ... 42
Среднее царство (XI—XIII династии 2160—1788 гг. до н. э.)
8. Новое объединение страны ... 43
9. Архитектурные типы Среднего царства ... 44
10. Монументальное строительство Среднего царства ... 45
11. Изобразительные искусства в эпоху Среднего царства ... 48
Новое царство (XVIII—XXIV династии, 1580—725 гг. до н. э.)
12. Изгнание гиксосов и новое возвышение царской власти ... 48
13. Строительная техника Нового царства ... 49
14. Поселение и город Нового царства ... 52
15. Гробницы Нового царства ... 54
16. Храм Хатшепсут в Дейр-Эль-Бахари ... 55
17. Характерные черты храмов Нового царства ... 56
18. Храм Амона в Луксоре ... 57
19. Комплекс Карнака ... 59
20. Строительство Рамзеса II (XIX династия) и Рамзеса III (XX династия) ... 63
21. Скульптура, живопись, художественная промышленность Нового царства ... 67
Поздний Египет (XXV—XXX династии, 725—332 гг. до н. э.)
22. Ослабление Египта и потеря самостоятельности ... 68
23. Строительство Позднего времени ... 68
24. Изобразительные искусства Позднего периода ... 73
25. Особенности стиля египетской архитектуры ... 74
26. Египетский ордер ... 77
Стилевые особенности египетских колонн ... 79
27. Пропорции в египетской архитектуре ... 81
Архитектура Древнего Двуречья и долины Инда
1. Страна и население ... 96
2. Архитектура времен Шумера и Аккада ... 97
Архаический период и время I династии Ура ... 97
Время расцвета Шумера при I династии Ура ... 99
Период между I и II династиями Ура ... 100
Города и жилища времени Аккада и III династии Ура ... 101
3. Архитектура времени I вавилонской династии (2000—1750 гг. до н. э.) ... 106
Город Вавилон ... 106
4. Особенности стиля архитектуры Двуречья ... 109
5. Древнеиндская культура (III тысячелетие до н. э.) ... 113
Архитектура горных стран Передней Азии
1. Хеттская и сиро-хеттская архитектура ... 115
2. Архитектура Палестины и Финикии ... 120
3. Архитектура халдов ... 123
Архитектура Ассирии и Нового Вавилона
1. История, культура и строительная техника ... 126
2. Типы ассирийского строительства ... 128
3. Памятники ассирийской архитектуры ... 129
4. Архитектура Нового Вавилона ... 131
5. Особенности стиля ассиро-вавилонской архитектуры ... 134
Скальная архитектура стран Малой Азии
1. Народы Малой Азии в IX—IV вв. до н. э. ... 137
2. Фригийские памятники ... 137
3. Скальные гробницы в Пафлагонии ... 138
4. Ликийские гробницы ... 138
Архитектура Ирана эпохи Ахеменидов
1. Империя Ахеменидов ... 140
2. Строительные материалы и техника ... 141
3. Памятники архитектуры эпохи Ахеменидов ... 142
4. Особенности ахеменидской архитектуры ... 149
5. Ордер ахеменидской архитектуры ... 150
Часть третья
АРХИТЕКТУРА ЭГЕЙСКОГО МИРА
Крито-микенская архитектура
1. Эгейская культура ... 156
2. Архитектура Крита ... 158
Неолит и переходный период ... 158
Ранний период расцвета .. 159
Поздний период расцвета (1570—1400 гг. до н. э.) ... 161
3. Архитектура побережья Эгейского моря ... 164
Поселения Анатолийского побережья ... 165
Микены ... 166
Тиринф ... 167
4. Характерные черты эгейской архитектуры ... 168
Часть четвертая
АРХИТЕКТУРА ДРЕВНЕЙ МЕКСИКИ И ДРЕВНЕГО ПЕРУ
Древнеамериканская архитектура
1. Общественное устройство ко времени испанского завоевания ... 175
2. Основные этапы развития древнеамериканской архитектуры ... 176
3. Архитектурные памятники Древней Мексики ... 178
4. Архитектурные памятники Древнего Перу ... 183
5. Особенности стиля архитектуры Древней Мексики и Древнего Перу ... 184
ПРИЛОЖЕНИЯ
Библиография ... 189
Указатель имен и географических названий ... 192
Словарь архитектурных терминов ... 196
Перечень таблиц иллюстраций ... 202
  Том ІІ : Архитектура античного рабовладельческого общества : Книга первая : Архитектура Древней Греции / Под общей редакцией В. Д. Блаватского, В. Ф. Маркузона, Б. П. Михайлова, В. Н. Сарабьянова, Е. Г. Чернова. — 1949. — XIX, 540 с., ил.ОТ РЕДКОЛЛЕГИИ
Согласно плану издания «Всеобщей истории архитектуры», II том посвящен архитектуре античного рабовладельческого общества. Редколлегия сочла необходимым разделить II том на две книги: книга первая содержит общее предисловие ко всему II тому и историю архитектуры Древней Греции; книга вторая — историю архитектуры Древнего Рима (а также Северного Причерноморья античной эпохи).
Первая книга II тома «Всеобщей истории архитектуры» написана коллективом авторов.
Автором предисловия ко всему тому является В. Н. Сарабьянов.
Первые три части книги («Архитектура древнейшей эпохи», «Архитектура архаической эпохи» и «Архитектура классической эпохи») написаны Н. Е. Роговиным, В. Ф. Маркузоном и С. И. Сахаровым. Четвертая часть («Архитектура эллинистической эпохи») написана Н. Е. Роговиным при участии М. М. Кобылиной и С. А. Кауфман; введение к четвертой части написано В. Д. Блаватским.
Иллюстрации в тексте и большая часть таблиц подобраны В. Ф. Маркузоном; им же составлены аннотации к таблицам и рисункам в тексте. Часть таблиц и материалов к ним подобрана К. Н. Афанасьевым и Н. Е. Роговиным.
Художественная редакция иллюстративного материала осуществлена В. Е. Свинарским. Карты исполнены Н. И. и С. И. Клюевыми, фотоработы — Е. Н. Леоновым.
Научная редакция первой книги II тома В. Д. Блаватского при участии В. Ф. Маркузона.
ПРЕДИСЛОВИЕ [к 1-й книге 2-го тома]
Две книги II тома «Всеобщей истории архитектуры» посвящены зодчеству Греции и Рима эпохи рабовладения.
Рабовладельческий строй выступает во многих формах, но одна из них — античное рабовладение — является наиболее характерной, так как пережитки родового строя в ней не играют решающей роли, во всяком случае в эпоху ее полного расцвета.
В Египте, Двуречье и в других странах древневосточных деспотий рабовладение развивалось при наличии крепкого общинного землевладения, сохранившегося от родового строя и недостаточно отделившегося от земледелия, ремесленного производства и слабо развитой торговли. Производственные отношения в рабовладельческом обществе Египта, Двуречья и других деспотий Азии и Африки, выросшие на базе значительных остатков родового строя и поддерживавшиеся рабовладельцами в направлении их классовых и кастовых интересов, значительно отставали от производственных отношений античного рабовладения. Этим и объясняется крайняя продолжительность рабовладельческой формации, например, в Египте и ее относительная кратковременность в Греции и Риме. «Древние общины, — пишет Энгельс¹, — там, где они продолжали существовать, составляли в течение тысячелетий основу самой грубой государственной формы восточного деспотизма...».
____________
¹ Энгельс. «Анти-Дюринг». 1945. Стр. 170.
В Греции и Риме старые формы общинного землевладения быстро распадались под натиском новых форм «античной общинной и государственной собственности»¹, что, конечно, содействовало быстрому росту производительных сил античного рабовладения.
____________
¹ Маркс и Энгельс. Сочинения. Т. IV. 1938. Стр. 12.
В Греции и Риме успешнее шло разделение труда, чем в Египте, Ассирии, Вавилоне, и ремесло быстро становилось особой отраслью хозяйства, отделившейся от земледелия и вступившей с ним в органическую связь посредством торговли.
Гончарное производство развилось особенно в Коринфе и Афинах, текстильное — в Милете, металлургическое — в Сикионе, Халкиде и др. Ремесленники сосредоточивались в городах, которые постепенно становились центрами государств. Более высокая форма рабовладельческого строя в Греции и Риме способствовала блестящему расцвету античного искусства вообще и архитектуры в частности. Этим объясняется выделение истории архитектуры античных Греции и Рима в особый том, выпускаемый двумя книгами.
Рабовладельческий способ производства в Греции сформировался во всех его существенных чертах только к VII—VI векам до н. э., но история античной культуры (в том числе и архитектуры) охватывает значительно более длинный период, а именно — эпоху гомеровской Греции и древнейший Рим — до образования Римской республики.
Таким образом во II том «Всеобщей истории архитектуры» включается и история зодчества эпохи разложения родового строя, что вполне закономерно, так как многие существенные черты материальной культуры античных Греции и Рима в развитом своем виде как бы заимствованы из эпохи варварства, которую буржуазные историки незаслуженно принижают, смешивая варварство с дикостью.
Рабство возникло раньше, чем сформировалась рабовладельческая формация. Оно существовало в патриархальной форме уже в последней стадии варварства.
Высшая ступень варварства, как указывает Энгельс, «начинается с плавки железной руды и переходит в цивилизацию через изобретение буквенного письма и применение его для записывания словесного творчества. Эта ступень, самостоятельно пройденная, как уже сказано, лишь на восточном полушарии, более богата успехами производства, чем все предыдущие ступени вместе взятые. К ней принадлежат греки героической эпохи, италийские племена незадолго до основания Рима, германцы Тацита, норманы времен викингов»¹ и наши далекие предки на западе и юге нашей страны, — добавим мы. Энгельс называет следующие элементы материальной культуры высшей стадии варварства: плуг с железным лемехом и домашним скотом в качестве тяги для земледелия и полеводства, железные топоры и лопаты для корчевки леса. «Полный расцвет высшей ступени варварства, — пишет Энгельс, — выступает перед нами в поэмах Гомера, особенно в «Илиаде». Усовершенствованные железные орудия, кузнечный мех, ручная мельница, гончарный круг, изготовление растительного масла и вина, развитая обработка металлов, переходящая в художественное ремесло, повозка и боевая колесница, постройка судов из бревен и досок, зачатки архитектуры как искусства, город — с зубчатыми стенами и башнями, гомеровский эпос и вся мифология — вот главное наследство, которое греки перенесли из варварства в цивилизацию»². Уже из этого неполного перечня можно судить, как велики были достижения высшей ступени варварства в развитии материальной культуры.
____________
¹ Энгельс. «Происхождение семьи, частной собственности и государства». 1947. Стр. 33.
² Энгельс. То же.
Желая показать античное рабовладение не только в его развитии, но и в его предистории и зарождении, мы включили историю архитектуры героической (гомеровской) Греции и раннего дореспубликанского Рима. В так называемый архаический период античной Греции, а также в течение нескольких веков позднего дореспубликанского Рима рабовладельческий способ производства уже главенствует, рабовладельческая формация уже существует, и в процессе жестокой борьбы с родовыми пережитками формируется рабовладельческое государство. Родовая знать, уже в последней стадии варварства сосредоточившая в своих руках власть, земли, крупные стада домашних животных, стремится удержать родовые институты, в то время как быстро растущие ремесла и торговля ведут к росту рабовладельческой демократии в лице ремесленников, мореходов и торговцев, одновременно занимающихся и кредитной «деятельностью».
Рабовладельческая демократия, опираясь на свободных, мало обеспеченных граждан с небольшими земельными усадьбами и маленькими мастерскими, оттесняет земельную аристократию, и в V веке в Греции устанавливается республиканский демократический режим, способствующий дальнейшему росту рабовладельческого производства, расцвету колоний и развитию философии и искусств.
В Греции V—IV веков творили крупные философы-материалисты — Эмпедокл, Анаксагор, Левкипп, Демокрит, боровшиеся с идеалистическим лагерем в лице Сократа, Платона и других, менее значительных философов; драматурги Эсхил, Софокл, Эврипид, Аристофан; историки Геродот и Фукидид; скульпторы Мирон, Поликлет, Фидий; живописцы Полигнот, Апеллес.
В Риме рабовладельческая аристократия утрачивает свое преобладание примерно в III веке до н. э. С этого времени усилилась римская экспансия. Рим становится могучим государством, захватившим Грецию и другие эллинистические государства, распространившим свое влияние далеко за пределы Средиземноморского бассейна.
Римское общество в конце республиканского периода своего развития живет в области искусства культурой, во многом заимствованной у греков. Завоеватели и торговцы привозят скульптуру из ограбленных греческих городов, а скульпторы-римляне следуют ей как образцу. Плавт и Теренций пишут художественные произведения, подражая греческим поэтам.
Греческие философы пользуются большой популярностью среди римской интеллигенции, и в I веке до н. э. поэт-философ Лукреций Кар излагает греческую философию и прежде всего материалистов Анаксагора и Эпикура, нисколько не скрывая первоисточника, а напротив, восторженно объявляя себя последователем Эпикура.
Но, вместе с развитием римского государства, с ростом его могущества, с усилением противоречий между рабами и рабовладельцами, между плебсом и патрициями, между собственно Римом и его провинциями, вместе с ростом производительных сил и повышением материального уровня жизни у рабовладельцев, в Риме развивается своя собственная культура. Достигает высокого уровня знаменитая римская портретная скульптура, комедия, сатира, лирика, инженерное искусство, своя архитектура, — одним словом, все то, что называется «римской культурой» и «римским искусством».
Распад рабовладения в конце концов обусловил регресс искусства как в Греции, так и в Риме. Но замечательный вклад классического искусства навсегда вошел в сокровищницу мировой культуры.
Этот факт вызывал некоторое недоумение в связи с тем, что античные Греция и Рим создавали свою культуру, как материальную, так и духовную, на жестокой эксплоатации рабов, которыми становились разорившиеся греки и римляне, а также захваченные в плен люди других народов и племен. Если учесть при этом известный факт, что в разных отраслях искусства работали рабы и рабами были многие талантливые мастера, то вопрос о том, как могло столь высокое искусство вырасти на столь жестокой основе, перестает быть праздным или наивным.
На него дает ответ Энгельс в «Анти-Дюринге»: «...мы... должны сказать — как бы противоречиво и еретично это ни звучало, — что введение рабства при тогдашних условиях было большим шагом вперед. Ведь нельзя отрицать того факта, что человек, бывший вначале зверем, нуждался для своего развития в варварских, почти зверских средствах, чтобы вырваться из варварского состояния»¹.
____________
¹ Энгельс. «Анти-Дюринг». 1945. Стр. 170.
Рабовладельческий способ производства и был таким «зверским средством» выхода из состояния варварства к цивилизации.
Но рабовладение было основной формой производства и в Египте, и в Двуречье, и в других азиатских деспотиях. Выше указывалось, что только в Греции и Риме рабовладельческий способ производства проявил себя в наиболее классической форме, предоставляя большой простор отдельным рабовладельцам-собственникам в дальнейшем развитии ремесла и торговли и умножении своей движимой и недвижимой собственности. В таких же странах, как Египет и Двуречье, хозяйственной основой было сельское хозяйство, требовавшее сложнейших оросительных систем, которые в доклассовый период создавались силами множества родов, объединенных в племена, вступавшие друг с другом в прочные соглашения для управления единой системой орошения.
В классовых деспотиях системы орошения становились государственной собственностью, увеличивая мощь и значение исключительно деспота и его приближенных и ограничивая возможности инициативы и накопления для отдельных собственников.
Ни в Греции, ни в Риме не было подобных условий для хозяйственного возвышения ограниченной касты рабовладельческого класса. Таким образом, класс рабовладельцев в Греции и Риме мог использовать все свои возможности в развитии в Греции, главным образом, ремесла и торговли, а в Риме еще и крупного земледельческого и животноводческого хозяйства, построенного на внутреннем разделении труда (латифундии).
Быстрое использование возможностей, заложенных в рабовладельческом способе производства, было отличным условием для развития искусства и в частности архитектуры. Но это же обусловило и скоро наступивший в античном мире кризис рабовладения, сказавшийся, с одной стороны, в распаде производительных сил, с другой, — в восстаниях рабов, часто поддерживаемых плебсом. Общий политико-экономический кризис, естественно, повлек за собой также и кризис в духовной культуре.
Расцвет материальной и духовной культуры в классический период античных Греции и Рима был так разносторонен и качественно высок, что к настоящему времени образовалась обильная литература в объяснение этого расцвета. Буржуазная история не сумела найти причины высокой качественности и обильности античного творчества. Наиболее распространена «расовая» теория, которая преклоняется перед греческим народом, приписывая ему исключительные качества и возвышая его над всеми другими народами. Согласно этой «теории» римляне— только завоеватели и администраторы, не обладавшие никакой самостоятельностью в сфере духовной культуры и рабски подражавшие грекам.
Марксистско-ленинская теория решительно отвергает этот взгляд, который в конце концов означает признание наличия одаренных и неодаренных народов.
В области духовной культуры римляне славны разработкой вопросов права и государства, высоким инженерным искусством, скульптурой, монументальным зодчеством, сооружением зданий общественного назначения, наконец, художественной литературой (Вергилий, Гораций, Овидий, Ювенал, Марциал, Апулей и др.). Римское искусство так хорошо известно, что видеть в нем простое подражание грекам — значит обнаруживать свое незнакомство с ним или навязывать свои личные вкусы читателю. Надо признать высококачественным все искусство античного мира в эпоху его расцвета.
Однако греческое искусство все же, по общему мнению, выше римского. Расовая теория объясняет это особой гуманностью, якобы присущей грекам, свойственной им любовью к человеку, умением ценить свободную личность. Марксистско-ленинская теория отрицает нацию, как внеисторическую категорию. Согласно этой теории племена имеют свою историю, и образовавшиеся из них народы тоже развиваются на основе изменяющейся экономики.
Национальные черты — суть продукты долгой исторической жизни, и греки эпохи империализма уже не те греки, которые жили в V веке до н. э., как и греки рабовладельческой формации коренным образом отличны от греков родового строя, даже эпохи его разложения. Ясно, что причины высокой качественности античной греческой культуры следует искать в особенностях истории Греции.
В «Заключении» в классической эпохе антично-греческой архитектуры указаны эти особенности. Главная из них — напряженная политическая жизнь греческих «полисов» и особенно Афин. История не знает другого подобного случая, чтобы на протяжении каких-нибудь двух-трех веков государство пережило так много политических событий большого общественного значения, встречавших глубокий отклик у граждан, как это было в Греции VI—IV веков до н.э.
На этот период приходится борьба греков с могучим врагом — персами — за свою независимость; в это же время объединяются многие греческие города-полисы в Делосский союз; тогда же развертывается страстная и напряженная борьба с переменным успехом между Афинами и Спартой.
В VI веке быстро формируется рабовладельческое государство, ликвидируются многочисленные родовые институты. Успешно проходит разделение труда, быстрое обособление от сельского хозяйства ремесла и торговли; в V веке торжествует рабовладельческая демократия и устанавливается республиканская форма государства. Все граждане полиса, т. е. весь рабовладельческий класс, принимают самое активное участие в общественной жизни своего небольшого государства. Это участие в обстановке острой классовой борьбы, в трудных условиях защиты своей независимости, вызывает большой духовный подъем во всех гражданах полиса. Есть широкие возможности для проявления способностей, и они действительно проявляются.
В периоды истории, характерные мирным спокойным развитием эволюционного порядка, множество талантов пройдут свой жизненный путь, не проявив себя ни в чем значительном: люди, способные к скульптуре или драматургии, умрут земледельцами или ремесленниками. Напротив, общественная жизнь, богатая политическими событиями, насыщенная социальными страстями, дает богатый материал талантам и способностям, стимулирует их деятельность, и духовная культура развивается в соответствии со склонностями и способностями народа.
Именно в этом богатстве политическими событиями кроется причина расцвета духовной культуры и искусства: в XV веке — в Италии, в XVI — во Франции, Испании, Нидерландах, Германии; на Руси эпохи Ивана III или в России после Отечественной войны 1812 года.
СССР существует не век и тем более не три века, а всего только 33 года, но как много сделано в науке и искусстве за эти немногие годы! Ни в каких-то сверх особенных качествах русских людей надо искать причины этого культурного расцвета, так как последний налицо в любой союзной республике, у любого из советских народов. Причины лежат прежде всего в революционной эпохе и в социалистическом ее характере.
Коренная перестройка всей жизни, начиная с самого фундамента — экономики — и кончая любой материальной и духовной надстройкой, — перестройка в процессе классовых боев не на живот, а на смерть, — не давала спать спокойно даже самым флегматичным людям из рабочих и крестьян.
Зацвели самые различные способности, по научным достижениям СССР быстро выходит на первое место в мире, по искусству он уже занял это место.
Рождаются все новые художники слова — прозаики и поэты, каждая выставка картин обнаруживает новых мастеров рисунка и кисти, мир скульпторов обогащается новыми молодыми талантами, цветет и советская архитектура высокого качества в техническом и в художественном отношении. Продолжает расти и развиваться советское театральное искусство и кино.
Аналогия расцвета греческого античного и советского искусства ограничивается только фактом большой насыщенности общественной жизни политическими событиями и там и здесь. В остальном аналогии не остается места, так как в Греции указанный расцвет носит временный характер, в СССР он постоянен; в Греции искусство и вся древняя культура была классово-ограниченной; в стране же построенного социализма она стала общенародной.
Расовые теории никогда не могли объяснить глубокой сущности искусства в его историческом развитии и оказались бессильными в объяснении причин высокой качественности античного искусства вообще и греческого в частности.
Бессильна и другая теория, которая объясняет расцвет искусства Греции ее счастливым географическим положением: полуостров, омываемый водами Средиземного моря и богатый бухтами, со множеством островов, соединяющих Грецию с Азиатским материком, и находящийся на великом торговом пути из Азии и Египта в западные области Средиземноморского бассейна.
Отрицать значение географических условий, конечно, нельзя, но превращать их в первичную движущую силу, определившую расцвет греческой культуры, значит противоречить фактам. География Греции в основном остается неизменной на протяжении всей истории греческого народа, тогда как последний прошел через разные социально-экономические формации и пережил периоды расцвета и упадка материальной и духовной культуры. Наконец, и самые достоинства греческой географической среды этими теоретиками заведомо преувеличены. Греция — гористая страна с редкими равнинами. Земли, годной для посева, мало. Все греческие области нуждались в ввозном хлебе. Технические культуры по той же причине сеялись в ограниченном размере и тоже ввозились. В изобилии разводились оливы и производилось масло, которое было предметом вывоза.
Металлами Греция тоже не богата: железо добывалось главным образом в Спарте, серебро — в Аттике на Лаврионских рудниках. Географическая «теория» так же, как и расовая, не дает научного ответа на вопрос о причинах высокой художественности античного греческого искусства.
Только исторический материализм вкладывает в руки историкам средство научного объяснения указанного факта, заставляя признать общественное сознание следствием всей совокупности общественного бытия, которое само имеет в своей основе определенный способ производства. Маркс и Энгельс объясняют расцвет греческого искусства классическим развитием рабовладельческого способа производства, обусловившим сложность классовых отношений, остроту и глубину классовой борьбы и взаимоотношений с другими странами. Расцвет римской культуры объясняется теми же причинами, позволившими римской республике вести успешную завоевательную политику, обеспечить себе практически неистощимый источник почти даровой рабочей силы в лице рабов. Руками рабов в римском государстве созданы целые города, монументальные сооружения, построены отличные дороги, замечательные мосты и прочие произведения инженерного искусства. Это руки рабов обеспечивали римскую культуру золотом и мрамором, разного рода строительными материалами, рудами, красками и т. п.
На основе рабовладения расцвела культура античных Греции и Рима; существенные изменения в самой основе непременно вели к изменениям через известный промежуток времени в надстройках, в том числе и в идеологии.
Эра классической Греции, т. е. Греции V и IV веков до н. э., замечательна развитием ремесла и торговля, ростом и укреплением рабовладельческой демократии, проявлявшей много инициативы и предприимчивости во всех областях общественной жизни. Победы над внешними противниками вселили в господствующий класс чувство уверенности в собственных силах и в своем будущем.
Оптимистическое отношение к жизни и к задачам, требующим решения, очень характерно для искусства классической Греции.
В ее архитектуре много спокойствия, силы, уверенности, здорового ритма, естественной простоты, замечательного соответствия частей сооружения и гармоничной целостности всего ансамбля.
Классическое греческое искусство и в том числе архитектура не нуждаются ни в каких обостряющих восприятие средствах в виде излишних украшений, изощренных пропорций.
Оно не отражает случайного в жизни, сосредоточивая в себе типичные черты и находя для типичного индивидуальные характеристики; в античной греческой архитектуре каждое сооружение имеет свой конкретный неповторимый образ.
Это искусство можно рассматривать, как классический образец полного соответствия формы и содержания. Реалистично в самом своем существе, оно служит социальному содержанию прогрессивно развивающегося общества и отражает античное греческое мировоззрение с его материализмом и диалектикой (см. стр. 105—106).
Но именно в силу того, что это содержание динамично и не застывает на одном месте, оно находит для себя столь же динамичную, развивающуюся форму.
Историки искусства и архитектуры, стоящие на позициях формализма, придумали получившую широкое распространение легенду о том, как греческая архитектура создавала идеальные соотношения дорического и ионического ордеров и как она их, наконец, создала. Такое толкование классических ордеров, как застывших, как выразивших идеальные отношения абсолютной гармонии, — ложно целиком и безоговорочно.
Действительно-научное исследование архитектурных памятников V века до н. э. свидетельствует о чрезвычайной гибкости и диалектичности греческих зодчих.
В настоящем томе, посвященном греческому античному зодчеству, читатель найдет необходимый материал, доказывающий, что классическая архитектура Греции не знала никаких застывших формул для дорического и ионического ордеров.
Соотношения частей сооружений различны не только в VII и IV веках, но и в самом V веке.
Не так многообразны соотношения частей в римской архитектуре, но и она не мертва, не статична, а подвижна в своей истории и закономерно изменяется в пропорциях своих сооружений.
Большой заслугой советской истории архитектуры надо считать то, что она опровергла метафизическое толкование античного зодчества и в особенности античных ордеров.
Буржуазная история античного зодчества нередко противопоставляет ионический ордер дорическому, рассматривая первый, как начало упадка греческой классики.
Советская история античной архитектуры рассматривает оба ордера, как две стороны единого классического творчества. Нисколько не отрицая, что дорика возникла несколько раньше ионики, советские исследователи увидели в ионике новую форму, не сменяющую дорическую, а выражающую новые функции, новые требования античного общества и его идеологии.
Маркс и Энгельс называли греков античного времени стихийными диалектиками. В греческой античной философии диалектиками были не только Гераклит эфесский, но и все материалисты милетской школы — Фалес, Анаксимандр, Анаксимен — и философы-элеатцы — Парменид, Ксенофан, Зенон. Даже в IV веке, в обстановке начинающегося упадка греческого античного рабовладения и культуры, Аристотель, хотя и непоследовательно, развивает много диалектических положений.
Стихийная диалектика характерна и для всей античной архитектуры Греции.
Формализм в зодчестве обычно ссылается на высокое художественное качество классической греческой архитектуры, толкуя последнюю как нечто застывшее, абсолютно прекрасное с твердо установившимися пропорциями («золотое сечение» и пр.).
Это формалистическое направление, нашедшее себе учителя в лице Виньолы, действительно лишившего ордер подвижности и способности изменяться в зависимости от содержания, и теперь еще пробует навязать неизменные (по существу) пропорции сооружениям. Советская история архитектуры, как никакая другая, высоко ценит, любит и понимает творчество античных зодчих Греции, но любит и ценит в нем именно его (пусть стихийную) диалектичность и реалистичность, его способность находить нужную художественную форму определенному содержанию.
Римское зодчество тоже отличается соответствием формы содержанию. Оно выражает торжество победителя, величие и могущество администратора, управляющего чуть ли не всем тогдашним миром, значительность того государственного порядка, который установлен республикой или императорами.
Ансамбли площадей, созданные римскими строителями, отличались пышностью, торжественностью, великолепием, что вполне отвечало Риму, создавшему могучую армию, еще более могучий административный аппарат и целую систему законов и учреждений, охранявших права граждан-собственников.
Как и греческая, римская архитектура тоже подвижна, диалектична и, в основном, не выносит застывших форм.
Но греческая классическая архитектура непосредственнее, наивнее римской, и в этом ее великое очарование.
Маркс писал, что греческое античное искусство выразило детство человечества.
Правда, античному периоду предшествовали состояния варварства, а еще ранее — дикости. Но детство цивилизованного человечества приходится на рабовладение.
«Детьми» человечества были и египтяне, и вавилоняне, и ассирийцы, и греки, и римляне, но как хорошо определяет Маркс, дети бывают нормальными или «старчески умными». Греки были нормальными детьми, так как рабовладельческая формация в Греции развивалась в наиболее чистом, последовательном виде. Греческое искусство сумело отлично выразить всю прелесть и наивность нормального детства человечества.
«Обаяние, которым обладает для нас их: искусство, не стоит в противоречии с той неразвитой общественной ступенью, на которой оно выросло. Наоборот, оно является ее результатом и неразрывно связано с тем, что незрелые общественные отношения, при которых оно возникло и могло возникнуть, никогда не могут повториться»¹.
____________
¹ Маркс. «К критике политической экономии». 1930. Стр. 81.
В художественно-критической литературе можно встретиться с недоуменным вопросом: как могло на примитивной рабовладельческой основе возникнуть и развиться такое высокое и совершенное искусство, как греческое? Маркс не видит основания ставить вопрос в такой форме. Напротив, он считает, что греческое античное искусство выразило именно незрелые общественные отношения, а вовсе не возвысилось над ними.
Трагедии Эсхила сравнительно с поздней драматургией (Шекспира, Мольера, Пушкина, Островского, Чехова, Горького) во многом так же наивны, примитивны, как ребенок в сравнении с взрослым человеком.
Элементы наивности и примитивности в комедиях Аристофана, Плавта и Теренция буквально бросаются в глаза.
Но эта наивность нас волнует, восхищает, как и нормальный ребенок, которым нельзя не любоваться.
Наивность греческого искусства проявилась прежде всего в том, что «греческая мифология составляла не только арсенал» его, но «и его почву»¹.
____________
¹ Маркс. «К критике политической экономии». 1930. Стр. 81.
Люди эпохи рабовладения не могут рассматриваться, как господа стихийных сил природы. Начало цивилизации сказывается только началом завоевания, подчинения стихий. «Всякая мифология преодолевает, подчиняет и формирует силы природы в воображении и при помощи воображения и, следовательно, исчезает вместе с действительным господством над этими силами природы»².
____________
² Маркс. Там же.
Греки были еще слабо вооружены знаниями общих закономерностей природы, их техника была примитивна, они были далеки от господствования над природными стихиями и «преодолевали» их лишь в своем воображении, создавая различные мифы или повторяя созданные раньше в догомеровский и гомеровский период. Вся древняя мифология, которая была арсеналом и основой античного искусства, полна богами стихий: здесь и Хронос, и Океан, и Гея, и Деметра с Корой, и Гера с Зевсом, и Вулкан, и Плутон, и боги ветров, лесов, рек.
Враждующие между собой племена выбирают себе разных богов-покровителей. Постройка храмов, посвященных «своим» определенным богам, принесение им обильных жертв располагают, по мнению античных греков, богов в пользу жертвоприносителей, создают между людьми и богами интимные отношения. И силы природы смиряются по воле богов перед людьми, как по воле богини Афины смирялись стихии, стремившиеся погубить Одиссея — любимца богини ремесла и мудрости.
На эту слабость античных греков перед лицом сил природы Маркс и указывает, когда говорит: «Разве был бы возможен тот взгляд на природу и на общественные отношения, который лежит в основе греческой фантазии, а потому и греческого искусства, при наличии сельфакторов, железных дорог, локомотивов и электрического телеграфа? Разве нашлось бы место Вулкану рядом с Roberts и Сº, Юпитеру рядом с громоотводом и Гермесу рядом с Credit Mobilier?».
В буржуазной истории искусств очень распространено ошибочное мнение, что греческое искусство создано народом, для которого религия никогда не играла большой роли в противоположность, например, египетскому и ассиро-вавилонскому народам.
Этот взгляд мы назвали ошибочным потому, что в классовых обществах религия всегда играла большую роль.
Доклассовое родовое общество богато религиозными мифами, уже род имеет жрецов, пользующихся большим влиянием. Этнография собрала значительный материал, доказывающий, что в очень многих случаях старейшина рода был также и верховным жрецом.
Когда родовой строй распадается и образовывается рабовладельческое общество, господствующий класс — рабовладельцы — прилагает все усилия к укреплению религии и связанных с ней институтов. Эти институты играли большую политическую роль не только в Египте, в Двуречье, но и в античных Греции и Риме, что видно хотя бы по значению оракулов в Греции (особенно Дельфийского). Греческие полисы даже боролись за сохранение влияния на жрецов оракулов.
Во всех рабовладельческих обществах религия играла большую активную роль и широко использовалась господствующим классом. Но мифология Египта наиболее изучена в сравнительно поздний период деспотической власти фараонов.
В этих поздних египетских мифах боги возвышались над обществом так же, как фараон и верхушка рабовладельческого класса над народом.
Это уже не боги-люди, не антропоморфированные божества, а нечто несравнимое с человеком и обычными природными стихиями.
Напротив, мифы античной Греции в своем большинстве являются мифами гомеровской эпохи, т. е. родовыми мифами. Боги этих мифов шагают по вершинам гор, а вожди родов вступают с ними в единоборство. Эти боги общаются с людьми, даже вступают с ними в любовные связи, в результате которых рождаются дети, подобные богам. Религия греков существенно отличалась от религий древневосточных деспотий по своему содержанию, но выполняла свои политические функции не в меньшей степени, чем египетская религия.
Неудивительно, что греческие храмы воздвигались из ценного строительного материала, благодаря чему многие из них сохранились до поздних времен, тогда как подавляющее большинство некультовых сооружений осуществлялось из дешевого материала, сравнительно легко подвергающегося разрушительному действию времени.
К постройке культовых сооружений привлекаются лучшие зодчие и строители. Статуи богов изготовляются лучшими скульпторами.
Не меньше средств и забот вкладывалось в Греции и в Риме и в сооружение зданий общественного назначения.
Это, с одной стороны, свидетельствует о большом общественном значении религии и культа, а с другой, — доказывает, что религия отнюдь не была гегемоном в античной идеологии.
Марксизм-ленинизм всегда видел в религии средство классовой борьбы и подчеркивал ее подчиненное политике значение.
Буржуазная история архитектуры выделяет храмы, как ведущий вид в античном греческом зодчестве. В буржуазных учебниках по греческой архитектуре говорится почти исключительно о храмах и меньше о театрах.
Советская история архитектуры в первой книге II тома настоящего издания обращает внимание читателя на большую распространенность зданий общественного назначения вообще, включая в них и храмы.
Уже афинский Акрополь не является преимущественно культовым ансамблем, хотя в нем имеются храмы и статуя Афины. Этот Акрополь «мыслился как политический, религиозный и культурный центр будущей Греции, объединенной под гегемонией Афин...» (135 стр. настоящего тома).
Известны многочисленные театры, арсеналы, стадионы, памятники и другие общественные здания.
Особо надо указать на широко развернувшееся градостроительство.
Рабовладение требует централизованного управления, во всяком случае с того времени, как борьба рабов с рабовладельцами достигает большой остроты.
Рабовладение содействует общественному разделению труда, которое ведет к образованию городов, как сосредоточия ремесленного производства.
Разделение же труда в общественном масштабе означает развитие торговли, как внешней, так и внутренней. Города и служат теми центрами, которые, подобно сердцу в организме, гонят кровь (товары) по всему общественному организму.
Централизованное управление содействует строительству Городов по плану.
Распространение «регулярного» города может быть отнесено в Греции к V веку до н. э., а в Риме — в основном к эпохе империи.
О том, что города начинают строиться по плану, говорят приведенные в данном томе сами планы таких городов, как Милет (194 стр.), Книд (195 стр.), Олинф (197—199 стр.) и др.
Наличие таких качеств, как пересечение улиц под прямым углом, наличие многих улиц одинаковой ширины, свидетельствующее о стремлении к некоторому стандарту, выделение центра, мобилизующего периферию города, а также одной или двух главных улиц-магистралей, — говорит о том, что регулярный город отнюдь не был случайным результатом строительства, а уже стал некоторым обобщением, использованным также и в позднюю — эллинистическую — стадию античных Греции и Рима.
Распространенный в буржуазной литературе о греческих городах взгляд, что регулярная планировка, получившая широкое распространение лишь в эпоху эллинизма, — в V и IV веках до н. э. применялась лишь в единичных случаях, опровергается материалом, полученным в результате раскопок, произведенных самими же буржуазными исследователями.
Не представляет сомнения тот факт, что регулярная планировка была уже настолько освоена греками в V—IV веках, что могла появиться блочная застройка кварталов (Олинф), сообщавшая жилой застройке скромный и единообразный вид, на фоне которого ярко выделялись отдельные общественные сооружения.
Очень важен и другой факт, опять-таки отмеченный и подчеркиваемый в настоящем издании, — чрезвычайное многообразие форм планов регулярных городов в отношении ориентации главных улиц с учетом оздоровляющих и вредоносных ветров: «единого для всех случаев типового решения ориентации улиц не было...» (стр. 197).
Менее известны жилые дома Греции, несколько больше — римского государства.
Материал, из которого строились дома, был недолговечен, и созданные из него сооружения погибли, не выдержав влияния времени. Однако раскопки в Олинфе, проводившиеся в 20-х и 30-х гг. XX века, сделали возможным нарисовать картину различных стадий перистильного дома. Эта картина резко противоречит старому представлению об обычном типе жилого дома, для которого, якобы, характерно отсутствие удобств. Жилье отражало классовую дифференциацию общества и имущественное неравенство в самом рабовладельческом классе. Богатые дома имели ванные комнаты, в отдельных случаях даже две. Помещение для мужчин (андрон) в таких домах имело мозаичные полы.
Материал данной книги, относящийся к классическому периоду античной Греции, убеждает читателя в том, что слава греческой архитектуры этого периода вполне ею заслужена; почти во всех практикуемых тогда видах сооружений зодчества созданы подлинные шедевры. Их всегда высоко оценит советский человек, живущий в эпоху социализма, но они не только совершенно недоступны пониманию империалистической реакционной буржуазии, но даже враждебны и противны ее вкусам, ее идеологии.
Но в V—IV веках до н. э. кончился расцвет античного искусства и архитектуры.
Эллинистическая эпоха богата и научными достижениями и множеством произведений, созданных в самых различных отраслях искусства, а также большим количеством богатых и пышных городов, рассеянных по всему Средиземноморскому бассейну.
Эллинистическую культуру и архитектуру нельзя ни отрицать, ни третировать. Но всегда надо помнить слова Маркса о том, что высочайший внутренний расцвет Греции совпадает с эпохой Перикла, высочайший внешний расцвет — с эпохой Александра.
Рабовладение уже изживало себя. На границе III—II веков до н. э. восстания рабов стали особо частыми и охватывающими все большие их массы.
Рост торгового и ремесленнического элемента в рабовладельческом классе уже не вел к демократизации городского населения и государственного устройства. Напротив, этот рост был связан с усилением экономической и политической мощи рабовладельческой верхушки, сосредоточившей в своих руках производство товаров, морской торговый флот, а также кредитное и разменное дело.
В классический период рабовладельческая демократия была прогрессивной частью греческого общества и являлась носительницей полисного патриотизма.
В эллинистическую эпоху личный частный интерес отодвинул на второе место интересы общественные и нередко был прямо противоположен им. Патриотизму все сильнее противостоит космополитизм, выражавшийся обычно в механическом сочетании античного греческого с восточно-азиатским, и в утере прежней глубокой связи архитектуры с местными строительными традициями.
Материализм VI—IV веков дон. э. отступает под натиском таких философских течений, как стоицизм, основывающийся на позициях абсолютного релятивизма, и скептицизм, подвергающий сомнению возможности научного познания.
Но практические знания поощряются. Стремление к ним вызывает развитие не только геометрии, астрономии, но и механики, ботаники, анатомии. III и II века до н. э. славны именами математиков Эвклида, Архимеда, Аполлония, Аристарха Самосского.
Создаются и вырастают прославленные библиотеки (александрийские, пергамская).
В архитектурной области распространяются технические новшества, тематика становится все более светской, а культурные сооружения приобретают богатую и пышную форму. Дома знати обеспечиваются большим комфортом и богатой отделкой.
Настоящий том «Всеобщей истории архитектуры» показывает действительную сущность эллинистического зодчества, подтверждающую слова Маркса о внешнем расцвете эллинистической эпохи, это положение подкрепляется довольно многочисленными типичными примерами, позволяющими делать обоснованные обобщения.
Начало упадка рабовладения в Риме тоже было связано именно с внешним расцветом культуры и зодчества, который должен был компенсировать отсутствие внутренней содержательности. Торжественно, но грубовато выполненные ансамбли площадей и монументальных сооружений, связанные с именем того или другого императора, торжественные, но тоже грубоватые арки, посвященные тем же императорам, культовые сооружения, предназначенные примирить разные религии, кричащие богатством украшения, о характере которых можно иметь некоторое представление по известному афоризму Дидро: «Нерон приказал испортить позолотой статую Александра. Это мне нравится: мне приятно, когда у чудовища нет вкуса».
Изучая архитектуру разных времен и народов, постигая закономерности ее развития, в конечном счете, в причинной связи с закономерностями той экономической базы, на которой она возникает, мы ставили перед собой задачу большого значения: выяснить, что из античного зодчества может быть нами унаследовано и почему? Еще Энгельс высмеял Дюринга, который нигилистически отбрасывает старое, объявляя его полностью устаревшим для социализма. Энгельс писал¹: «...Что касается эстетической стороны воспитания, то в этой области г. Дюринг намерен все создать заново. Вся прежняя поэзия для этого не годится. Там, где запрещена всякая религия, — там, само собой разумеется, не может быть терпима в школе обычная у прежних поэтов «мифологическая и прочая религиозная стряпня». Равным образом негоден «поэтический мистицизм, к которому, например, был сильно склонен Гете». Таким образом, г. Дюрингу придется самому дать нам те поэтические шедевры, которые отвечают «более высоким запросам примеренной с разумом фантазии» и нарисовать настоящий идеал, «означающий завершение мира». Пусть не медлит только».
____________
¹ Энгельс. «Анти-Дюринг». 1945. Стр. 303.
Архитектура, как и все на свете, развивается закономерно, и одна из закономерностей такова, что завтрашнее не уничтожает сегодняшнего, а его «снимает», т. е. развивает, что-то отвергая и что-то сохраняя на возвышенной основе и одновременно создавая новое.
В постановлении ЦК ВКП(б) от 10 февраля 1948 г. «Об опере «Великая дружба» Б. Мурадели» этому композитору поставлено в обвинение то обстоятельство, что он «пренебрег лучшими традициями и опытом классической оперы вообще, русской классической оперы в особенности»; существенным же признаком музыки формалистического направления назван тот факт, что она «попирает лучшие традиции русской и западной классической музыки», «третирует композиторов, которые пытаются добросовестно осваивать и развивать приемы классической музыки».
Проблема освоения наследства в искусстве марксизмом-ленинизмом поставлена четко: ценно в прошлом все то, что способствует художественному выражению современного прогрессивного содержания, обеспечивая выполнение познавательной и воспитательной функций художественного произведения.
Маркс поэтому и писал о греческом искусстве и эпосе, что они не только «связаны с известными формами развития», но и продолжают еще «доставлять нам художественное наслаждение и, в известном смысле, сохраняют значение нормы и недосягаемого образца»¹.
____________
¹ Маркс. «К критике политической экономии». 1930. Стр. 81.
Содержанием же античного греческого искусства, эпоса, как мы знаем из слов Маркса, служило «детство человеческого общества», которое «обладает для нас вечной прелестью, как никогда не повторяющаяся ступень»².
____________
² Маркс. Там же. Стр. 82.
Как мы любуемся нормальными детьми, когда они играют или занимаются по-своему чем-то серьезным, когда они спят или смеются, или внимательно созерцают что-то, — так мы любуемся и детством человечества, получившим выражение в художественных произведениях.
Социализм — не детство человечества, а его зрелый возраст, и у него иное содержание, чем у человечества начальной стадии цивилизации. Совершенно ясно, что, любуясь архитектурными творениями античного мира, мы не можем и не хотим их копировать.
Но в творчестве античной классики имеется и методическая сторона, которая должна быть освоена всяким передовым реалистическим искусством и уже, конечно, искусством социалистического реализма.
Прежде всего, это — удивительно развитая способность классического мира антики и прежде всего Греции наполнять свое художественное творчество большим социальным содержанием. Греческое и римское античное искусство — поэзия, драма, скульптура, архитектура — в эпоху классики почти не знает мелких, социально незначительных тем. Вся мифология отражает родовой строй в противоречиях его развития.
Только в эллинистический период в Греции и в эпоху римской империи появляются интимные личные темы и, как следствие, архитектура, прикрывающая богатством форм бедность содержания.
Социальное содержание — вот главное достоинство античного классического искусства.
Метод социалистического реализма требует от художественного творчества большого социального содержания, и мы высоко ценим это качество в античной классике.
Вторым достоинством античного классического искусства надо считать его удивительное умение находить такую художественную форму, которая и соответствует содержанию и делает его особо ясным, отчетливо выраженным и возвышенным.
Попытки механического перенесения в современную архитектуру античных классических форм неизбежно терпят фиаско, так как социальное содержание времени рабовладения и социализма совершенно различны.
«Мужчина не может сделаться снова ребенком, не становясь смешным»¹.
____________
¹ Маркс. «К критике политической экономии». 1930. Стр. 81.
Но учиться у античной классики органическому единству содержания и формы мы должны.
Третье достоинство античной классической архитектуры, которое вошло в сокровищницу вечного в искусстве, заключается в умении находить много форм для одного (по существу) содержания, соответствующих последнему. Формалисты всех времен бесконечно обеднили классическое античное искусство, найдя в нем какие-то неподвижные каноны — пропорции.
Выше мы отметили, что зодчество интересующей нас эпохи чрезвычайно подвижно, многообразно, диалектично.
Эта сторона в античном зодчестве в настоящее время приобрела особое значение. В стране социализма строятся десятки тысяч зданий одного назначения: школы, театры, клубы, библиотеки, дворцы Советов, вокзалы и т. д. Рациональное строительство в социалистических масштабах не может не быть стандартным, по крайней мере когда речь идет о производстве массовых сооружений одного назначения.
В греческом зодчестве мы находим эти типизированные элементы и в храмах, и в театрах, и в стадионах, и в городах V—IV веков до н. э. Это типизирование, однако, вовсе не означает копирование одного образца.
Несколько сооружений, сходных, как особи одного вида, могут так сильно отличаться друг от друга, что только опытный глаз специалиста увидит в них существенные тождества.
Надо, наконец, сказать и еще об одном замечательном достоинстве античного классического зодчества, — об отсутствии в нем излишних украшений, о работе архитектурными средствами — объемом, силуэтом, пространством, ансамблем, художественно переработанной строительной конструкцией. Античная классика привлекает в архитектурном творчестве скульптуру и живопись только как средства, не нарушающие органичной целостности сооружения: греческая архитектура V века, до н. э. говорит спартанским языком — коротко и ясно, словам тесно, мыслям просторно.
Выше мы сказали, что современной буржуазии классическое античное искусство чуждо и даже враждебно.
Архитектура империалистического мира или совершенно свободна от художественных элементов (доходный дом, завод и пр.) или манерно проста (корбюзианство), или криклива и эклектична.
Не буржуазии дать верную оценку античному искусству: она только прикрывает свою антихудожественную наготу именами Эсхилов, Фидиев, Иктинов.
Изучение античного искусства, особенно классического, поставлено на действительно научные основания только в советской науке. Но то, что сделано к настоящему времени, — лишь начало предстоящей большой работы. Советская наука должна будет не только показать основы художественной ценности античного классического зодчества и его особую роль в последовавшем развитии архитектуры, — но и выявить его значение для строительства социалистической культуры.
Материалы буржуазной истории архитектуры недостаточны для серьезных обобщений, а методы — формалистичны или эмпиричны.
Изыскания, ведущиеся советскими исследователями, пока еще также не позволяют дать достаточно полную и разносторонне обоснованную историю античного зодчества. Это обстоятельство обусловило слабые стороны настоящего издания.
Такая, например, существенная проблема, как соответствие художественной формы содержанию, за недостаточностью исторических и археологических данных, находящихся в нашем распоряжении, — может быть освещена только в отношении некоторых важнейших сооружений или же целых периодов античной истории (архаического, классического и периода распада рабовладельческого общества), тогда как по большинству памятников приходится ограничиться возможно точным их описанием.
Даже некоторые вопросы истории ордеров не получают требуемого освещения из-за недостатка исторических данных: например, советской наукой еще недостаточно вскрыты общие социальные причины зарождения дорического и ионического ордеров в разных областях Эллады и дальнейшего повсеместного распространения их, так как сказать что-либо вполне определенное по этому вопросу нельзя, не вдаваясь в сферу субъективного произвола или необоснованных предположений.
Все же античная архитектура впервые показана в органической связи с общественно-экономической рабовладельческой формацией, с ее способом производства и классовой борьбой, этой основной пружиной общественного развития.
Показана также картина технической стороны дела — строительные материалы, характер кладки, основные конструкции и т. п.
Описание разнообразных памятников основано на использовании обширного археологического материала, доступного сегодня, науке, и дано с той полнотой, которую допускал объем тома, предоставленного архитектуре античных Греции, и Рима.
СОДЕРЖАНИЕ [1-й книги 2-го тома]
От редакции ... V
Предисловие ... VII
АРХИТЕКТУРА ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ
Введение ... 3
Общие сведения о Древней Греции ... —
Основные этапы развития древнегреческой архитектуры ... 7
Часть первая
АРХИТЕКТУРА ДРЕВНЕЙШЕЙ ЭПОХИ
Зарождение греческого зодчества ... 11
Греция в XII—VIII веках до н. э. ... —
Древнейшая строительная техника ... 12
Архитектура гомеровской Греции ... —
Древнейшие греческие города ... —
Жилой дом древнейшего периода ... 13
Древнейшие святилища и зарождение храма ... 14
Типы храмов ... 16
Древнейшие памятники ... 17
Храмы ... —
Модели из Аргоса и Перахоры ... 21
Заключение ... 23
Часть вторая
АРХИТЕКТУРА АРХАИЧЕСКОЙ ЭПОХИ (VII—VI ВЕКА ДО Н. Э.)
Греческая архитектура в VII—VI веках до н. э. ... 27
Архаическая Греция и ее культура ... —
Строительная техника ... 28
Ордера ... 32
Ордерная система ... —
Композиция ордера ... 33
Дорический ордер ... 35
Ионический ордер ... 39
Обломы ... 42
Город архаической эпохи ... 44
Постройки дорического ордера ... 46
Переход от дерева к камню и развитие архитектуры в VII—VI веках до н. э. ... —
Ранние дорические храмы ... 49
Храм Геры в Олимпии ... —
Храм Аполлона в Фермосе ... 52
Храм Аполлона в Кирене ... —
Фрагменты ранних дорических храмов ... 53
Дорические Храмы Великой Греции ... 54
Храм Аполлона в Сиракузах ... 55
Селинунт ... 56
Посейдония (Пестум) ... 62
Дорические храмы метрополии ... 68
Храм Аполлона в Коринфе ... —
Храмы афинского Акрополя ... 69
Древний Фолос в Дельфах ... 70
Храм Аполлона в Дельфах ... 71
Сокровищница гелоян в Олимпии ... 72
Сокровищница афинян в Дельфах ... 73
Особенности дорики VI века до н. э. ... 74
Постройки ионического ордера ... 78
Эолийская архитектура ... —
Храм в Неандрии ... 79
Развитие ионического ордера ... 80
Типы ионических построек ... 81
Формы раннего ионического ордера ... 82
Мраморные ионические диптеры ... —
Храм Геры на о. Самосе ... —
Храм Артемиды в Эфесе ... —
Храм Аполлона в Дидимах ... 85
Малые памятники ионического ордера ... 86
Особенности ионики в VI веке до н. э. ... 88
Общественные сооружения и ансамбли ... 89
Общественные здания ... —
Стадионы и гимнасии ... 90
Инженерные сооружения VII и VI веков до н. э. ... 91
Ансамбли архаической эпохи ... 92
Олимпия ... 93
Святилище Геры в Аргосе ... 94
Дельфы ... 95
Скульптура в ансамблях архаики ... 97
Сады и парки ... 98
Надгробные сооружения ... 99
Заключение ... 100
Часть третья
АРХИТЕКТУРА КЛАССИЧЕСКОЙ ЭПОХИ (V—IV ВЕКА ДО Н. Э.)
Греция в эпоху расцвета ... 103
Афины в V и IV веках до н. э. Культура и искусство классической эпохи ... —
Строительная техника ... 109
Архитектура первой половины V века до н. э. ... 112
Общий характер классической архитектуры V века до н. э. ... —
Дорические храмы ... 119
Храм Афины Афайи на острове Эгине ... —
Дорические храмы Сицилии ... 122
Храм Зевса в Олимпии ... 126
Храм Посейдона в Посейдонии (Пестуме) ... 130
Архитектура второй половины V века до н. э. ... 134
Афинский Акрополь ... —
Ансамбль Афинского Акрополя ... —
Пропилеи ... 142
Храм Ники Аптерос (Бескрылой Победы) ... 146
Парфенон ... 151
Эрехфейон ... 161
Гефестейон в Афинах ... 173
Памятники архитектуры Аттики вне Афин ... 176
Храм Немезиды в Рамнунте ... —
Храм Посейдона на мысе Суний ... —
Телестерион в Элевсине ... 178
Архитектура Пелопоннеса ... 182
Храм Аполлона в Бассах ... —
Архитектура Ионии и Великой Греции ... 190
Малая Азия ... —
Великая Греция ... 192
Город и жилище классической эпохи ... 193
Греческое градостроительство в V и IV веках до н. э. ... —
Возникновение «регулярного» города ... —
Застройка городов ... 196
Архитектура жилища V—IV веков до н. э. ... 204
Некрополи и парки ... 211
Некрополи V—IV веков до н. э. ... —
Греческие парки V—IV веков до н. э. ... 214
Архитектура IV века до н. э. ... 215
Общий характер архитектуры IV века до н. э. ... —
Театры ... 216
Общественные здания и храмы Пелопоннеса ... 230
Святилище в Эпидавре ... —
Театр в Эпидавре ... 234
Мегалополь ... —
Храм Афины Алей в Тегее ... 237
Храм Зевса в Немее ... 240
Храм «Матери Богов» в Олимпии ... 241
Филиппейон в Олимпии ... —
Монументы и культовые здания Малой Азии ... 242
«Львиная гробница» в Книде ... 244
Строительство в Галикарнасе ... —
Мавзолей в Галикарнасе ... 245
Храм Артемиды в Сардах ... 250
Храм Артемиды в Эфесе ... 251
Храм Афины в Приене ... 252
Общественные здания и монументы Аттики ... 253
Арсенал в Пирее ... —
Портик Филона в Элевсине ... —
Стадион для панафинейских состязаний ... 254
Театр Диониса в Афинах ... —
Памятник Лисикрата в Афинах ... —
Заключение ... 255
Часть четвертая
АРХИТЕКТУРА ЭПОХИ ЭЛЛИНИЗМА (III—I ВЕКА ДО Н. Э.)
Эллинистический мир и его архитектура ... 263
Эллинистические государства ... —
Культура эллинизма ... 265
Искусство и художественные ремесла ... 267
Строительная техника ... 268
Изменение роли ордера ... 270
Город ... 271
Типы сооружений ... 273
Сады и парки ... 276
Города и памятники эпохи эллинизма ... 277
Малая Азия ... —
Приена ... —
Пергам ... 289
Милет ... 296
Эфес, Магнесия на Меандре и другие центры ... 303
Острова Эгейского моря ... 315
Остров Самофрака ... —
Остров Делос ... 321
Греческая метрополия ... 329
Афины в эпоху эллинизма ... —
Другие центры Аттики. Дельфы ... 335
Пелопоннес ... —
Великая Греция и Восток ... 338
Сицилия ... —
Египет ... 339
Сирия ... 343
Заключение ... 355
ТАБЛИЦЫ (349—510)
УКАЗАТЕЛИ
Библиографический указатель ... 513
Перечень иллюстраций (с указанием важнейших источников) ... 516
Иллюстрации в тексте ... —
Географические карты ... 522
Таблицы ... —
Указатель архитектурных памятников (по их местонахождению) ... 525
Указатель имен и географических названий ... 530
Предметный указатель ... 535
 Том ІІ : Архитектура античного рабовладельческого общества : Книга вторая : Архитектура Древнего Рима / Под общей редакцией Д. Е. Аркина (главный редактор), В. Д. Блаватского, Н. И. Брунова, Н. Я. Колли, И. Л. Ма́ца, Ю. Ю. Савицкого. — 1948. — 437 с., ил.ОТ РЕДАКЦИИ
Книга 2-я II тома «Всеобщей Истории Архитектуры» содержит историю архитектуры Древнего Рима, а также, в качестве приложения ко всему II тому, главу «Античная архитектура на территории Северного Причерноморья».
Составителями книги «Архитектура Древнего Рима» являются следующие авторы:
Часть I. «Этрусская архитектура» и «Архитектура Римской республики» — С. А. Кауфман.
Часть II. «Архитектура Римской империи» — И. С. Николаев, при участии А. Г. Циреса.
Приложение. «Античная архитектура на территории северного Причерноморья» — В. Д. Блаватский.
Содержание трактата Витрувия (стр. 159—162) изложено В. П. Зубовым и Б. П. Михайловым. Анализ Круглого храма в Тиволи (стр. 84—85) написан Ю. Ю. Савицким. Главы: «Архитектура при преемниках Августа» и «Архитектура времени Флавиев» переработаны и дополнены С. А. Кауфман.
Консультация по историческим вопросам осуществлена проф. Н. А. Машкиным. Таблицы по архитектуре Помпей и Геркуланума составлены И. Н. Соболевым.
Историко-географические карты составлены картографом Н. И. Клюевым.
Художественная редакция иллюстративного материала — В. Е. Свинарский.
Научная и общая редакция — С. А. Кауфман и А. Г. Цирес.
СОДЕРЖАНИЕ [2-й книги 2-го тома]
От редакции ... 5
Часть первая
ЭТРУССКАЯ АРХИТЕКТУРА
Введение. Общие условия развития этрусской архитектуры ... 9
Памятники этрусской архитектуры ... 17
АРХИТЕКТУРА РИМСКОЙ РЕСПУБЛИКИ
Введение. Общие условия развития архитектуры времени Республики ... 35
Архитектура времени ранней Республики (V—III века до н. э.) ... 47
Архитектура Италии II века — первой половины I века до н. э. ... 57
Архитектура времени поздней Республики (середина I в. до н. э.) ... 93
Заключение. Итоги развития римской архитектуры времени Республики ... 101
Таблицы ... 109
Часть вторая
АРХИТЕКТУРА РИМСКОЙ ИМПЕРИИ
Введение. Общие условия развития архитектуры в период установления Империи ... 153
Архитектура времени Августа ... 161
Архитектура при преемниках Августа ... 185
Архитектура времени Флавиев ... 201
Архитектура II века ... 214
Архитектура в восточных и южных провинциях ... 245
Архитектура III—IV веков ... 255
Заключение ... 268
Таблицы ... 271
Приложение
АНТИЧНАЯ АРХИТЕКТУРА СЕВЕРНОГО ПРИЧЕРНОМОРЬЯ
Античная архитектура на территории Северного Причерноморья ... 367
Таблицы ... 393
УКАЗАТЕЛИ
Библиографический указатель ... 447
Указатель архитектурных памятников (по их местонахождению) ... 420
Указатель архитектурных памятников (по типам архитектурных сооружений) ... 425
Указатель имен и географических названий ... 429
Перечень иллюстраций ... 433
Скачать 1-й том в формате djvu (яндексдиск, 63,6 МБ)
Скачать 1-й том в формате pdf (яндексдиск, 67,4 МБ)
Скачать 1-ю книгу 2-го тома в формате djvu (яндексдиск, 70,5 МБ)
Скачать 1-ю книгу 2-го тома в формате pdf (яндексдиск, 70,7 МБ)
Скачать 2-ю книгу 2-го тома в формате djvu (яндексдиск, 69,6 МБ)
Скачать 2-ю книгу 2-го тома в формате pdf (яндексдиск, 70,6 МБ)
Все авторские права на данный материал сохраняются за правообладателем. Электронная версия публикуется исключительно для использования в информационных, научных, учебных или культурных целях. Любое коммерческое использование запрещено. Если вы являетесь правообладателем и не желаете некоммерческой публикации настоящего издания, пишите по адресу 42@tehne.com — ссылка на скачивание будет удалена.
См. также 2-е издание Всеобщей истории архитектуры:
20 августа 2014, 18:25
0 комментариев
|
Партнёры
|
| tehne.com © 2011—2026 Все права защищены. |
Если у вас есть интересная для нас
информация – пишите на почту info@tehne.com |
|
Сайт разработан
Лабораторией дизайна «Pixel»© 2012 |
Комментарии
Добавить комментарий