Новиков Петр Васильевич (1899–1943)

Судьба Петра Васильевича Новикова неразрывно связана с судьбами поколения, которому революция дала возможность приобщиться к культуре, к высоким духовным ценностям, включиться в активную творческую жизнь. Выходец из крестьянской семьи, Новиков родился в д. Лядищ Селецкой волости Краснинского уезда Смоленской губернии. После переезда в Петербург отец работал литейщиком на заводе, мать — на текстильной фабрике. Новиков окончил среднюю школу, работал ретушером-корректором (1913—1917) и одновременно учился в Рисовальной школе ИОПХ у А. А. Рылова и Г. М. Бобровского. С первых дней гражданской войны он ушел в Красную Армию, воевал рядовым стрелком под Гатчиной. Служил до 1923 г. Будущий художник обладал настойчивым целеустремленным характером. Еще юношей, несмотря на слабое здоровье, он решил стать спортсменом, и в итоге не только сделался физически сильным человеком, но и успешно выступал на соревнованиях по классической борьбе. Недаром впоследствии он постоянно обращался к этой теме в своем творчестве.

 

В НБА РАХ сохранилось заявление 1923 г. от демобилизованного красноармейца Новикова с просьбой принять его в число студентов живописного факультета ВХУТЕИНа. Через год он перешел на графический факультет, избрав своей специальностью книжную графику. В 1926 г. за «не сдачу в срок научных предметов» Новикова отчислили из института.

 

Но художник упорно и целенаправленно работал, продолжая овладевать спецификой графического искусства. Он пробовал свои силы в станковом рисунке, в печатной графике. В конце 1920-х гг. Новиков поступил в типографию им. Ивана Федорова литографом. Занимаясь переводом цветных рисунков в литографию, Новиков увлекся самой задачей создания литографированной детской книжки. Его первые самостоятельные опыты в этой области относятся уже к 1930-м гг.

 

Следует вспомнить, что это время было временем расцвета детской книги в Ленинграде, триумфом школы В. В. Лебедева. Отчетливая функциональность, направленная на воспитание современного мышления ребенка, логика и конструктивность ансамблевых решений, новаторство в области художественной формы стали отличительными ее чертами. И, разумеется, в немногих сохранившихся работах Новикова влияние лебедевской школы несомненно: в конкретности характеристик и в некоторой систематизации изображений. В то же время проступают черты индивидуальности художника: в решении пространственно-композиционных задач, в мягкой тональности листов, в характере использования фактурных качеств литографского камня. В первую очередь художника привлекают спортивные и военно-спортивные темы. В книжке-картинке «Военно-лыжный поход» (1931), которая разворачивается игровой «гармошкой», движение, заданное в обложке, развиваясь, проходит через все листы, постепенно набирает силу и также, постепенно смягчаясь, приостанавливается. Художник сумел схему военных занятий лыжников-красноармейцев превратить в увлекательный изобразительный рассказ, не поступаясь познавательной достоверностью, включить в книжку игровое начало. Приглушенный цвет, зернистая поверхность проступающего литографского камня создают среду, которая позволяет почувствовать тонкую прелесть русской зимы. Совсем в ином цветовом регистре выстроена книжка-картинка «Стадион» (1930). Пространство уплощено, цвет напорист, динамичен, художник не боится резких ударных пятен, контрастных сочетаний красного и зеленого. Фигуры спортсменов напоминают россыпь цветных пятен на огромном поле стадиона. Динамичность силуэтов, логика направленного движения, некоторая схематизация людей и предметов, и в итоге конструирование книги, как художественно целостной, вводят «Стадион» — одну из наиболее выразительных детских книжек Новикова — в русло лебедевской школы.

 

В 1930-е гг. Новиков много путешествовал по стране, ездил с различными этнографическими экспедициями. Он побывал в Таджикистане. Армении, Азербайджане. Пытливость, стремление к открытию и познанию мира нового, еще неизведанного присущи его многочисленным зарисовкам, акварелям. Важнейшее событие предвоенной жизни художника — поездка на Север, в Хибины в 1933 г., куда он был послан по командировке Всекохудожника. Огромный натурный материал был собран Новиковым во время пребывания в Заполярье. Художник ставил своей целью создание серии, посвященной новому промышленному строительству в глухом северном краю. В городе Хибиногорске была организована выставка графики Новикова. Здесь, в листах из рабочего альбома «Хибины» присутствовала и точная фактография — рисунки шахт, железнодорожных станций, горнодобывающих сооружений. А рядом с ними — пейзажи, в которых раскрывался облик сурового края во всем его своеобразии и необъяснимой притягательности. Натурный материал был суммирован художником, став основой литографского цикла «Хибины», созданного во второй половине 1930-х гг. Художник сумел почувствовать первозданную мощь северной природы, ее величие, суровость. Есть что-то сказочное в листе «Рудник ночью» (1936). Фантастичными кажутся сполохи северного сияния высоко в небе над зданиями поселка и вполне современного кинотеатра, к которому сходятся и съезжаются на нартах люди («Кинотеатр в Кировске» 1936.). Во всех этих литографиях присутствует характерная новиковская интонация — мягкая, лирическая, иногда чуть наивная в своем удивлении перед неизведанностью открывающегося мира, в своем стремлении изобразительно достоверно воссоздать тот или иной индустриальный мотив. Литографии Новикова из серии «Хибины» экспонировались на ленинградских выставках. Этот цикл — наиболее значительная работа художника.

 

В годы войны Новиков вместе со своей женой, его верным другом и помощницей Марией Николаевной Бутровой, работал в бригаде художников при ЛССХе, выполняя лозунги, плакаты, участвуя в маскировке зданий. Вместе со всеми ленинградцами он делил муки и тяготы блокадной поры: голод, холод, обстрелы, бомбежки. Сохранился блокадный дневник Новикова, еще один неповторимый документ этого трагического и героического времени. Страшная блокадная зима не прошла даром. Новиков тяжело заболел и скончался в Москве, куда он с женой выехал в 1943 г.

 

Художник прожил мало, немногое успел сделать, но пусть его негромкий голос вольется в голоса тех ленинградцев. которые отдали свой труд и талант народу и были вместе с народом в дни великих испытаний.

БИБЛИОГРАФИЯ:

ВСИИ. Т. 1. М., 1965; Т. 2 М., 1967; Т. 3, М., 1973; ПОДВИГ ВЕКА (1941—1945) / СОСТ. Н. ПАПЕРНАЯ. Л., 1969. С. 373; ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ МУЗЕЙ СЕВЕРО-ОСЕТИНСКОЙ АССР. КАТАЛОГ. М., 1955. С. 48; ЛЕНИНГРАДСКАЯ СТАНКОВАЯ ЛИТОГРАФИЯ. 1933—1963. КАТАЛОГ ВЫСТАВКИ / ВСТ. СТ. Н. М. КОЗЫРЕВА. СОСТ. Н. М. КОЗЫРЕВА, И. Н. ЛИПОВИЧ. Л., 1986. С. 55.