Елка : Книжка для маленьких детей. 1918

  

Все иллюстрации кликабельны

 

 

 

Библиографическое описание издания:	Елка : Книжка для маленьких детей / Составили Александр Бенуа и К. Чуковский. — Петроград : Парус, [1918]. — 56 с. : ил. — (Парус. Детские книги / Под редакцией Александра Бенуа, М. Горького).   Елка : Книжка для маленькихъ дѣтей / Составили Александръ Бенуа и К. Чуковскій. — Петроградъ : Парусъ, [1918]. — 56 с. : ил. — (Парусъ. Дѣтскія книги / Подъ редакціей Александра Бенуа, М. Горькаго).
Аннотация:	«Ёлка» — детский сборник 1918 года, составленный Александром Бенуа и Корнеем Чуковским под редакцией Максима Горького. В книгу вошли сказки, стихи и рассказы для детей, проиллюстрированные известными художниками начала XX века (Ю. Анненковым, В. Лебедевым, И. Репиным и др.). Содержание включает как народные сказки («Про Иванушку-Дурачка», «Джек — победитель великанов»), так и авторские произведения М. Горького, С. Чёрного, А. Толстого и других. Книга сочетает поучительные сюжеты, юмор и яркие художественные образы, отражая дух эпохи.   “Yolka” (The Christmas Tree) is a 1918 children’s anthology compiled by Alexander Benois and Korney Chukovsky, edited by Maxim Gorky. The book features fairy tales, poems, and short stories for children, illustrated by prominent early 20th-century artists (Y. Annenkov, V. Lebedev, I. Repin, etc.). It includes folk tales (“Ivanushka the Fool,” “Jack the Giant-Killer”) as well as original works by M. Gorky, S. Cherny, A. Tolstoy, and others. The collection blends moral lessons, humor, and vivid imagery, capturing the spirit of its time.   《圣诞树》（Ёлка）是1918年出版的儿童读物合集，由亚历山大·贝努瓦和科尔内·楚科夫斯基编纂，马克西姆·高尔基编辑。书中收录了童话、诗歌和短篇故事，并配有20世纪初著名艺术家（如尤·安年科夫、弗·列别捷夫、伊·列宾等）的插图。内容既包括民间故事（《傻瓜伊万努什卡》《杰克战胜巨人》），也有高尔基、萨莎·乔尔内、阿·托尔斯泰等人的原创作品。本书融合了教育意义、幽默感和生动的艺术形象，反映了时代精神。   『ヨルカ』（樅の木）は、1918年にアレクサンドル・ベヌアとコルネイ・チュコフスキーによって編纂され、マクシム・ゴーリキーが編集した児童向けアンソロジーです。20世紀初頭の著名な画家（ユ・アンネンコフ、ヴ・レベデフ、イ・レーピン等）による挿絵が添えられ、民話（『イワヌーシュカ馬鹿』『ジャックと巨人』）や、ゴーリキー、サーシャ・チョールヌイ、ア・トルストイなどの作品を収録しています。教訓、ユーモア、鮮やかなイメージが融合し、時代の精神を映し出した一冊です。
Факсимильный скан издания:	https://disk.yandex.ru/i/q0H9PWyW5jAcJA (HQ, 350 МБ) https://disk.yandex.ru/i/7-zgEOfctqlWsQ (LQ, 101 МБ)   Источник: Библиотека Принстонского университета

 

 

 

 

  

 

 

 

 

 

 

 

Обложка — работа худ. В. Лебедева.

Титульный лист — раб. худ. В. Лебедева.

Рисунок раб. худ. Александра Бенуа.

Самовар — раcск. М. Горького, рис. худ. Ю. Анненкова.

Зайчик — стих. Н. Венгрова, рис. худ. В. Лебедева.

Джек победитель великанов, английская народная сказка, пересказал К. Чуковский, рисунки худ. В. Замирайло.

Сказка о Глупом Царе, — норвежская сказка, пересказал К. Чуковский, рис. Валентины Ходасевич.

Разговор Человека с Мышкой, которая ест его книги, — стих. В. Ходасевич, рис. худ. Б. Попова.

Блошки — стих. Н. Венгрова, рис. худ. Ю. Анненкова.

Звери для хороших детей и звери для нехороших детей, рис. худ. А. Радакова.

Как пропала Баба-Яга, — сказка Н. Любавиной, рис. худ. Б. Попова.

Моя учительница, — стих. С. Дубновой и Н. Венгрова, рис. худ. В. Лебедева.

Два жука, — стих. М. Моравской, рисун. худ. С. Чехонина.

Трубочист, — стих. С. Черного, рис. худ. В. Лебедева.

Про Иванушку-Дурачка, — русская народная сказка, пересказал М. Горький, акварель И. Е. Репина.

Ребус, — рис. худ. М. Добужинского.

Венок из васильков, стих. В. Брюсова, рис. худ. С. Чехонина.

Хочу котенка, стих. М. Моравской, рис. худ. С. Чехонина.

Домик в саду, — расск. С. Черного.

Иеремия лентяй, — сказка К. Богуславской, рис. худ. Ив. Пуни.

Фофка, — расск. гр. Алексея Н. Толстого.

Разгадка ребуса.

 

---

---

 

 

 

 

 

Было это летней ночью на даче.

 

В маленькой комнате стоял на столе у окна пузатый самовар и смотрел в небо, горячо распевая:

 

 

Дело в том, что люди забыли прикрыть трубу самовара тушилкой и ушли, оставив чайник на конфорке; углей в самоваре было много, а воды мало, — вот он и кипятился, хвастаясь пред всеми блеском своих медных боков.

 

Чайник был старенький, с трещиной на боку, и очень любил дразнить самовар. Он уж тоже начинал закипать; это ему не нравилось, — вот он поднял рыльце кверху и шипит самовару, подзадоривая его:

 

 

 

 

 

Самовар фыркает паром и ворчит:

 

 

зашипел чайник, тоже выпуская из рыльца горячий пар.

 

Этот маленький самовар и вправду очень любил хвастаться, он считал себя умницей, красавцем, ему давно уже хотелось, чтоб луну сняли с неба и сделали из нее поднос для него.

 

Форсисто фыркая, он будто не слышал, что сказал ему чайник, — поет себе во всю мочь:

 

 

А чайник шипит свое:

 

 

Самовар до того раскалился, что посинел весь и дрожит, гудит:

 

 

Так они оба все кипели и кипели, мешая спать всем, кто был на столе. Чайник дразнит:

 

 

отвечает самовар.

 

Синий сливочник, из которого вылили все сливки, сказал пустой стеклянной сахарнице:

 

 

ответила сахарница сладеньким голосом. Она была толстая, широкая и очень смешлива, а сливочник — так себе, горбатенький господин унылого характера с одной ручкой; он всегда говорил что-нибудь печальное.

 

— Ах, — сказал он, — 

 

 

Сахарница, поежившись, закричала:

 

 

— Это будет странно — слышать смех стеклянный, — невесело сказал сливочник.

 

 

 

 

 

Проснулась чумазая тушилка и зазвенела:

 

 

Но, взглянув на самовар, испугалась и звенит:

 

 

Тут проснулись чашки и давай дребезжать:

 

 

Заворчал чайник:

 

 

 

 

 

И — лопнул!

 

А самовар чувствовал себя совсем плохо: вода в нем давно вся выкипела, а он раскалился, кран у него отпаялся и повис, как нос у пьяного, одна ручка тоже вывихнулась, но он все еще храбрился и гудел, глядя на луну:

 

 

Он уж почти не мог выговаривать слов и наклонялся на бок, но все еще бормотал:

 

 

Тушилка обрадовалась, катается по столу и звенит:

 

 

Но тут — крак! — развалился самовар на кусочки, кран клюкнулся в полоскательную чашку и разбил ее, труба с крышкой высунулась вверх, покачалась, покачалась и упала на бок, отколов ручку у сливочника; тушилка, испугавшись, откатилась на край стола и бормочет:

 

 

А чашки, ничего не боясь, хохочут и поют:

 

 

 

---

---

 

 

 

 

 

Ой, как тонко-тоненько

Мишка завизжал:

Зайчик с подоконника

Прыгнул-побежал — 

С няни да на Мишку,

С Мишки — на книжку,

С книжки — на стенку,

Со стенки — на коленку,

С коленки да на пол,

С полу — на полку,

С полки — на елку,

Прямо в зубы волку.

Прыг! и пропал...

 

 

---

---

 

 

 

 

 

Хорошо было в деревне. Люди жили и радовались. Вдруг откуда-то пришел великан Корморан и поселился в пещере — страшный, рыжий, зубастый, с дубиной.

 

Каждое утро он выходил на дорогу и кого поймает, того съест: козла, петуха, свинью. Кошку поймает — и кошку съест. Схватит человека — и в рот. Один мужик вез дрова на базар, так великан Корморан сожрал и его, и кобылу, и дрова, и телегу, — даже кнута не оставил. Жадный был обжора несытый.

 

 

 

 

Мужики боялись его. Они и не думали отнимать у него свое добро, а сами же приносили ему что повкуснее:

 

— Скушайте, господин Корморан!

— Приятного аппетита, господин Корморан!

— Не желаете ли еще, господин Корморан?

 

И кланялись ему, как важному барину. А он ходит, злодей, по деревне и давит их сапогами, как мух. А то хлопнет по домишкам дубиной, домишки вдребезги, а ему хоть бы что. Шла по улице девочка Дженни, так он, бессовестный, и ее проглотил, — и как не подавился, злодей!

 

 

 

 

Но почему же мужики не прогнали его? Ведь если бы все они, сколько их есть, накинулись на него с топорами, небось, он перестал бы злодействовать, испугался бы, забился бы в берлогу, но мужики были трусы, но мужики были глупы и стукали лбом пред мучителем:

 

 — Скушайте еще, господин Корморан.

 

А господину Корморану чего же и нужно. Он растолстел, разжирел, стал такой огромный, как дом, уж ему лень повернуться: валяется в пещере весь день, а вечером проснется и крикнет:

 

— Эй ты, мужичок, иди-ка сюда, да живее, я тебя сейчас буду есть.

 

— Иду, ваша милость, иду, — покорно отзывался несчастный. — Вот он я, весь пред тобою! Кушай меня на здоровье!

 

 

 

 

И жил бы великан Корморан тысячу лет до сегодня и съел бы и меня и тебя, если бы не маленький мальчик, которого звали Джек.

 

Джек был смелый, никого не боялся; он решил наказать великана, отрубить ему голову, чтоб не смел никого обижать.

 

Такой маленький, как же он справится с этаким огромным чудовищем! Да великан его пальцем раздавит, дунет на него — и конец: Джек улетит; как пылинка!

 

И все же Джек спозаранку, чуть свет, когда все еще спали, взял отцову большую лопату, пробрался тихомолком к пещере, где жил великан, и стал тут же, у самого входа, копать большую, глубокую яму. Трудно было копать: земля мерзлая, пальцы леденеют, лопата вываливается, но Джек не унывает, копает, копает, копает, копает, копает, не остановится ни на минуту отдохнуть.

 

Великан не спит. Он сидит в пещере у костра и доедает теленка. Вот он взял огромное полено и стал ковырять им в зубах. Это его зубочистка. А какие у него страшные зубы! Торчат изо рта, как ножи.

 

У Джека сломалась лопата. Джек царапает землю ногтями. Яма все шире, все глубже. Джек прикрыл ее сосновыми ветками, а ветки засыпал снежком, — издали и незаметно, что яма; кажется, что гладкая земля.

 

Выкопав яму, Джек страшно устал, но и не подумал об отдыхе. Он отошел на несколько шагов и крикнул:

 

— Эй ты, Корморашка, вставай, или я откушу тебе голову!

 

И кинул камень прямо в лоб великану.

 

Тот разозлился и яростно, со страшным ругательством, бросился за Джеком из пещеры, да бух в яму, на самое дно! Он думал, что прыгает на гладкую землю, а прыгнул в западню, прикрытую ветками.

 

Он и туда и сюда, плачет, ругается, грозит кулаками, а Джек говорит ему:

 

— Ты сам виноват. Так тебе и надо, злодею. Ты думал, можно мучить людей безнаказанно; вот тебе награда за твои злодеяния.

 

И отрубил ему голову.

 

 

 

 

Когда в деревне узнали об этом, вот радовались, вот веселились.

 

— Он наш спаситель! — говорили о Джеке и обнимали и целовали его. А девушки подарили ему шелковый пояс, на котором были вышиты слова:

 

 

Джек опоясался этим шелковым поясом, наточил свою саблю и ушел путешествовать. Очень ему хотелось победить и других великанов, которые мучат и терзают людей. Особенно ненавистен ему был великан Блендербор, дядя Корморана, — такой же злодей, как и племянник. Джек только о том и мечтал, как бы победить Блендербора. Но пришла весна, пришло лето, а Блендербор не попадался. Вот однажды, устав от духоты и жары, Джек кинулся в канаву и заснул, а мимо, как нарочно, идет Блендербор. Прочитал Блендербор, что вышито у Джека на поясе, и задумал его погубить:

 

— Я отомщу тебе, негодный мальчишка, за моего милого дядюшку.

 

Блендербор был не простой великан, а двухголовый: у него были две головы — одна маленькая, другая большая. Они вечно враждовали друг с дружкой и откусили бы друг-дружке носы, если бы великан не давал им щелчков. Увидя спящего Джека, одна голова закричала, что его нужно сварить, а другая — что его нужно изжарить. От злости они начали стукаться лбами.

 

— Сварить! — кричала одна голова.

— Изжарить! — кричала другая.

 

Увидев, что Джек проснулся, они сразу прикусили языки, притворились добрыми и ласковыми и вдруг тоненькими голосками запели:

 

 

Тут они засмеялись и шопотом сказали друг-дружке:

 

 

Они думали, что он не слыхал этих слов, но Джек отлично их слышал. Он понял, что злодей Блендербор замышляет взять его к себе во дворец — и сесть. Он попробовал улизнуть, но тот схватил его и сунул в карман. Принес к себе во дворец, вынул из кармана и положил на кровать.

 

— Спокойной ночи, деточка! — сказала одна голова.

— Приятных сновидений, малюточка! — сказала другая.

 

Обе они ласково поклонились ему, но Джек слышал, как они говорили за дверью: «когда этот мальчишка уснет, цокнем его дубиной по голове, положим в кастрюльку и сварим».

 

— Нет, изжарим!

— Нет, сварим!

 

Джек вскочил на ноги и стал в ужасе бегать по комнате. Убежать бы! Но комната заперта. И вдруг он придумал хитрую штуку. Вот здорово! Он спрячется тут за печкой, а на кровать положит, вместо себя, вот это полено из печки: оно как-раз такого роста, как он. Сказано — сделано: полено лежит на кровати, Джек укрывает его одеялом, а сам прячется за печкой и ждет. Вот послышались шаги великана, весь дворец задрожал, как коробочка. В руках у великана дубина, он подкрался к Джекиной кровати и как хлопнет по полену: раз! раз! Перебил полено пополам, а Джек сидит себе за печкой невредимый.

 

— Наконец-то я покончил с мальчишкой! — весело сказал великан и ушел, а дверей не закрыл. Джек пробрался к великану в спальню. Тот лежал на кровати и спал. Джек засунул руку под подушку и вытащил большой железный ключ, на котором было написано: ключ от подвала. Джек давно уже знал, что у великана в подвале дворца томится в неволе прекрасная принцесса Монесса; он побежал в подземелье, выпустил принцессу на волю, а сам скорей в опочивальню и заснул.

 

Утром он проснулся, умылся и входит в покой к великану. Великан как увидел его, задрожал. Неужели это Джек? Откуда? Ведь он сам своею рукою раздробил ему череп дубиной:

 

— Ты живой! Ты не умер?

 

— С чего же мне умирать! — сказал Джек.

 

— А ночью... ты не чувствовал ударов?

 

— Пустяки! — сказал Джек, — пробежала какая-то мышка, хлопнула меня по носу хвостиком — и убежала.

 

«Ну и силач!» — подумал великан. — «Не даром он победил Корморана. Для него моя дубина — все равно что мышкин хвост. Он гораздо сильнее меня».

 

Пошел великан в подземелье, а принцессы Монессы нет: Джек освободил ее из плена. «Должно быть, этот Джек чародей», — подумал великан, оторопев; побежал к Джеку, да бух на колени:

 

— Не погуби, пощади, больше не буду, ей-Богу.

 

— Не божись! — сказал Джек, — я и так тебе верю. Встань, я дарю тебе жизнь. Но помни: если ты обидишь хоть одного человека, я отрублю тебе обе твои головы.

 

И повел великана в город. Тот шел за ним, как маленький ребенок. Джек привел его на ярмарку к содержателю цирка, который посадил его в клетку и стал показывать детям. Дети очень полюбили великана, кормили его сахаром, изюмом, гладили его по головам.

 

 

 

 

А Джека позвал к себе старый король, отец прекрасной принцессы Монессы.

 

— Ты спас мою дочь, — сказал он. — Возьми же ее себе в жены.

 

Но Джек ответил:

 

— Спасибо, не надо. Не охота мне жениться на принцессе. Я женюсь на свинопасовой дочке.

 

Вот была свадьба! Пировали всю ночь, а потом пошли к великановой клетке и стали кормить великана пряниками.

 

 

 

 

---

---

 

 

 

 

 

 

  Жил-был Петер, без отца, без матери. Он варил себе кашу. Вдруг видит: идет к нему царь. Вздумал Петер подшутить над царем: вытащил из печки котел, в котором варилась каша, поставил котел на пол, а сам сел у котла и запел:

 

 

Царь вошел в избу и удивился:

 

— Что это ты, Петер, сидишь на полу?

 

— Кашу варю, — отвечает Петер. — Видишь, булькает, сейчас закипит.

 

— А где же огонь? где же печка?

 

— А я без огня, — отвечает Петер. — Поставлю ее на пол, и кипит. На огне всякий дурак сварит кашу, а ты попробуй, свари без огня!

 

— Без огня!

 

— Смотри сам.

 

Сел царь на корточки, смотрит: каша и вправду кипит — булькает в горячем котле!

 

Сунул царь палец, обжегся.

 

— Вот так чудо! — удивляется царь. — Что это у тебя за чудесный котел?

 

— Заколдованный! — отвечает Петер. — Сыпь в него что хочешь, ставь его на голой земле, все сварит, и печки не надо.

 

У царя от жадности даже слюна потекла. Ласково посмотрел он на Петера:

 

— Продай мне, Петруша, этот котел.

 

— Нет, не продам, не могу. Не охота мне за дровами ходить.

 

— Ну, пожал