наверх
 

Архитектура Белоруссии конца XVIII — начала XIX веков

Том 6 : Архитектура России, Украины и Белоруссии. XIV — первая половина XIX вв. / Под редакцией П. Н. Максимова (ответственный редактор), А. И. Власюка, А. А. Кипарисовой, Ю. А. Нельговского, М. И. Рзянина, А. Г. Чинякова. — 1968  
 
 
Всеобщая история архитектуры в 12 томах / Государственный комитет по гражданскому строительству и архитектуре при Госстрое СССР, Научно-исследовательский институт теории, истории и перспективных проблем советской архитектуры. — Ленинград ; Москва : Издательство литературы по строительству, 1966—1977.
  • Том 6 : Архитектура России, Украины и Белоруссии. XIV — первая половина XIX вв. / Под редакцией П. Н. Максимова (ответственный редактор), А. И. Власюка, А. А. Кипарисовой, Ю. А. Нельговского, М. И. Рзянина, А. Г. Чинякова. — 1968. — 568 с., ил.
    • Часть третья. АРХИТЕКТУРА БЕЛОРУССИИ
      • Глава 4. Архитектура конца XVIII — начала XIX в. / В. А. Чантурия. — С. 532—540.
    • Заключение / П. Н. Максимов. — С. 541—542.
 
 

АРХИТЕКТУРА БЕЛОРУССИИ конца XVIII — начала XIX в.

 
—стр. 532—
 
Воссоединение Белоруссии с Россией (1772—1795) было поворотом в судьбах края. Под влиянием русской экономики Белоруссия стала быстро развиваться.
 
Широкие градостроительные работы велись при участии русских архитекторов. Значительный круг местных мастеров окончил Петербургскую академию художеств.
 
Влияние русской архитектуры можно наблюдать и в некоторых постройках 70—90-х гг. XVIII в. в западных районах страны, присоединенных позднее. Определяющим видом монументального строительства здесь остается дворец магната, культовая архитектура по сравнению с архитектурой предшествующего времени теряет значение.
 
После воссоединения города застраиваются кирпичными зданиями, появляются большие кирпичные заводы, увеличивается количество каменщиков. Ремесленники по-прежнему организованы в цехи. При больших усадьбах работают крепостные мастера.
 
Магнаты приглашали мастеров из Италии, Франции и соседних стран (Джузеппе Сакко, 1735—1798, Карло Спампани, 1750—1783, Габриэль, Ян Беккер, Михаил Шульц, 1769—1815).
 
Градостроительство. Города восточной Белоруссии были включены в планы переустройства городов России. Проектным планам присущи черты планов русских городов. Составление планов городов можно разбить на четыре этапа: I — 1778 г.— первая и самая большая партия планов (Бабиновичи, Витебск, Климовичи, Полоцк и др.); II — 1800 г. — серия планов городов Минской губернии; III — первая половина XIX в. — планы городов Бреста, Минска (новый), Пинска и др.; IV — середина и вторая половина XIX в. — планы западных городов.
 
С конца XVIII в. определялись новые принципы проектирования, основанные на идеях классицизма. Планам, как правило, придавались формы прямоугольников или правильных многоугольников.
 
Проекты в основных чертах были осуществлены в первой половине и середине XIX в. Капитальная застройка: монастыри, ратуши, каменные жилые дома, а также закрепившиеся улицы и площади учитывались при переустройстве. Сложившиеся ансамбли почти всегда являлись началом композиции плана.
 
Небольшие города иногда переносились на новое место (Климовичи, рис. 1). Здесь принципы регулярности проведены последовательнее. Иногда регулярные планы проектировались без учета рельефа местности; они осуществлялись частично и подвергались коррективам (Чериков).
 
Перепланировка подчинялась интересам господствующего класса: лучшие земли отводились для административных учреждений и домов знати, беднейшее население оттеснялось к окраине и в предместья. Города разбивались на районы и кварталы с обязательными правилами застройки. На окраинах строили деревянные дома, в центре возводились каменные здания.
 
Композиционными осями служили главные улицы. Центральная площадь обычно размещалась в месте пересечения осей. Этим достигались не только выделение
 
 
—стр. 533—
 
центра, но и привязка его к отдельным частям города. В больших городах проектируемый центр обычно совмещался с исторически сложившимся главным ансамблем города. Архитектура центра определялась как новой застройкой, так и монументальными зданиями предшествующих столетий, что придавало своеобразие главным площадям.
 
 
1. Климовичи. План, 1778 г.
1. Климовичи. План, 1778 г.
 
 
Новый план Полоцка (рис. 2) учитывал существующую уличную сеть и капитальные сооружения. Ранее сложившаяся прямоугольная сеть приобрела геометрическую четкость, чему способствовал равнинный характер территории. Упорядочение свелось к ликвидации узких улиц, укрупнению кварталов, увеличению ширины основных улиц. Особое внимание было уделено созданию центра из двух площадей, связанных тремя параллельными улицами. Средняя, главная, улица являлась осью композиции. Прямоугольная площадь перед зданиями иезуитской академии и костела (постройки впоследствии были переданы кадетскому корпусу) была главной. В ансамбль площади во второй половине XVIII в. вошли административные здания. Вторая площадь, выше по течению реки, служила торговым центром. По проекту в ее застройку вошли здания магистрата (не осуществлено), торговых рядов, склады, амбары и жилые дома. В городе было намечено устройство еще нескольких рыночных площадей для продажи сена и дров, молочных продуктов и пр.
 
 
2. Полоцк. План, 1778 г.
2. Полоцк. План, 1778 г.
 
 
Несмотря на излишнюю схематичность проектных планов, недостаточный учет рельефа местности и перспектив развития городов, регулярная планировка была прогрессивным явлением; город планировался как единое целое, сгруппированное вокруг регулярного центра. Важно отметить массовость планировочных работ.
 
Дворцовое строительство. После воссоединения началось обширное строительство дворцово-усадебных комплексов дворянами, получившими от царского правительства земли в Белоруссии. Дворец занимал центральное место в композиции. К концу XVIII в. на смену регулярным приходят пейзажные парки. Многие парки больших усадеб создавались с участием русских мастеров, однако важнейшая роль принадлежала местным крепостным садоводам.
 
Дворцы были, как правило, симметричными зданиями, с анфиладно расположенными парадными помещениями в центре. Во второй половине XVIII в. в западных районах также формируется новый тип дворца, имеющий открытый план, связанный с окружающей природой.
 
Дворец в Свяцке (1779 г., арх. Д. Сакко) расположен среди прудов и каналов, охватывающих его живописным полукольцом (рис. 3). Дворец состоит из центрального корпуса и двух флигелей, построенных позднее. Центральная, более высокая часть расположена на вершине холма. Центр подчеркивают выступ среднего ризалита, пандус, широкая лестница. Размещение более высоких парадных помещений во втором этаже обусловило выделение этого этажа на фасаде.
 
В план введены различные по форме анфиладно связанные залы и кабинеты. Оформление парадных залов второго этажа носило черты как барокко, так и классицизма. Стены главного зала украшались
 
 
—стр. 534—
 
колоннами, наличники дверей изящным рельефом, в нишах стояли камины со скульптурами. Роспись стен изображала романтические пейзажи, античные статуи, вазы и пр.
 
 
3. Свяцк. Дворец, 1779 г., арх. Д. Сакко
3. Свяцк. Дворец, 1779 г., арх. Д. Сакко
 
 
 
Дворец в Ружанах (рис. 4) является произведенной Яном Беккером перестройкой (1788 г.) раннего здания. Дворец находится на холме над городом и состоит из главного и двух симметричных боковых корпусов. В замкнутом обширном парадном дворе основное место занимает центральный корпус, содержащий парадные помещения. На противоположной стороне высятся каменные монументальные ворота, украшенные гирляндами мореного дуба. Дерево применено и в аркаде, объединяющей дворец с корпусами.
 
 
4. Ружаны. Дворец, 1788 г., арх. Ян Беккер
4. Ружаны. Дворец, 1788 г., арх. Ян Беккер
 
 
Памятником, отразившим особенности русского классицизма, является дворец Румянцева в Гомеле (рис. 5), заложенный в 1785 г. Дворец расположен на высоком берегу Сожа. Планировка примыкающего к дворцу Гомеля свелась к двухлучевой системе улиц, обращенных к дворцу. Главный корпус — двухэтажный объем с повышенной центральной частью, завершенной куполом. В центре находится квадратный зал с гостиными в глубоких нишах. Построение плана восходит к русским дворцам. Основным элементом декорации зала являются коринфские колонны, покрытые искусственным белым мрамором. Интерьеры были украшены живописью и лепниной. В 1794—1805 гг. по бокам главного корпуса были построены галереи и павильоны. В 1837—1848 гг. сооружены павильон и многоярусная южная башня.
 
 
5. Гомель. Дворец Румянцева, с 1785 г.
5. Гомель. Дворец Румянцева, с 1785 г.
 
 
Грандиозный дворец Рдултовского в Снове (начало XIX в., рис. 6), несмотря на большую длину (около 140 м), не кажется монотонным, так как сооружение разбито на отдельные разновысотные части. В середине, в первом этаже, располагаются парадные помещения. Фасад дворца близок к фасаду дворца Потемкина в Днепропетровске (арх. И. Старов). Однако Сновский дворец более изыскан в трактовке центра и имеет более развитое построение.
 
Другой большой ансамбль был создан в начале XIX в. в Жиличах (рис. 7). Вначале был возведен главный П-образный корпус, позже к нему пристроили крыло с церковью. Образовавшийся двор открылся к парку. Сооружение напоминает городской дворец. В нем нет связи с примыкаю-
 
 
—стр. 535—
 
щим поселением, как во дворцах Гомеля и Снова. Почти замкнутый комплекс является самостоятельным ансамблем.
 
 
6. Снов. Дворец Рдултовского, начало XIX в. 6. Снов. Дворец Рдултовского, начало XIX в.
6. Снов. Дворец Рдултовского, начало XIX в.
 
 
Жилое строительство. Рядовые усадебные дома тяготели к усадебным дворцам. Обычно к дому примыкали парадный двор и парк, иногда регулярный у дома. На первом этаже находились парадные помещения, на втором или антресолях — жилые комнаты.
 
 
7. Жиличи. Дворец, начало XIX в. 7. Жиличи. Дворец, начало XIX в.
7. Жиличи. Дворец, начало XIX в.
 
 
Архитектура классицизма оказала влияние на формы деревянного зодчества. Распространились деревянные колонны, антаблементы и пр., в связи с чем изменились пропорции ордера: увеличился пролет между колоннами, утонились стволы, уменьшилась высота антаблемента, упростились профили. Деревянная обшивка стен стала имитировать каменный руст.
 
В небольших деревянных усадебных домах местные традиции были более устойчивыми. Здесь характерны симметричные
 
 
—стр. 536—
 
планы, высокие крыши и скромные фасады с деревянными дорическими портиками посередине. Иногда центральная часть здания выполнялась из камня. Встречается одновременное применение дерева и камня в конструкции стен.
 
 
8. Радзивиллимонты. Жилой дом усадьбы, начало XIX в.  8. Радзивиллимонты. Жилой дом усадьбы, начало XIX в.
8. Радзивиллимонты. Жилой дом усадьбы, начало XIX в.
 
 
Дом усадьбы в Радзивиллимонтах представляет собой симметричный деревянный корпус, центральная часть которого частично сложена из кирпича. Внутренние стены кирпичные. Важным элементом композиции является деревянный покрашенный дорический портик. Обшивка стен имитирует руст. Белый портик хорошо рисуется на зеленоватых проросших мхом стенах (рис. 8).
 
Зал в центре выходит к парку. Благодаря тому что колонны смещены к стенам, зал очень просторен. Небольшой полукруглый зимний сад находится в торце дома. Впечатлению «открытости» зимнего сада способствовали не только частые большие окна. Есть основание полагать, что простенки были расписаны деревьями и цветами, что зрительно сливало помещение с парком.
 
 
9. Хальч. Жилой дом усадьбы, начало XIX в.
9. Хальч. Жилой дом усадьбы, начало XIX в.
 
 
Усадьба в Xальче имеет планировку, построенную по оси, проходящей через поставленное на краю обрывистого спуска к реке главное здание (рис. 9). Два одинаковых деревянных флигеля с портиками на торцах образуют перед ним парадный дворик, открытый к въезду. Дом двухэтажный; первый этаж каменный, второй деревянный. Декор имитирует каменные формы.
 
Планы обоих этажей одинаковы. Парадные комнаты, в том числе главный зал с выходом на террасу, занимают второй этаж.
 
Жилые дома в городах в ряде случаев строились по «образцовым» или повторным проектам, что облегчало строительство и способствовало ансамблевой застройке городов.
 
Особенно широкий размах «образцовое» строительство принимает в первой половине XIX в. В 1809—1812 гг. были выпущены альбомы проектов жилых домов, утвержденные правительством. Реализация облегчалась тем, что допускались отступления от утвержденных типов. Альбомы являлись средствами внедрения определенного комплекса художественных приемов. Широкое распространение получило и повторное строительство. В этом случае по апробированному в натуре проекту строилось несколько зданий.
 
Для городских рядовых домов, имеющих простой, невзыскательный декор, характерна торцовая ориентация. Под крышей размещается мансарда (рис. 10).
 
С XIX в. в городах появляются особняки, выходящие на красную линию улицы. Деревянный дом такого типа сохранился
 
 
—стр. 537—
 
в Гомеле (рис. 10, 2). Детали имитируют каменные формы.
 
Рядовые деревянные дома сельского типа близки к крестьянским избам. По традиции они располагаются на узких и длинных участках, поставлены торцом к улице и отделены от нее палисадником. Вход в сени по длинной стороне. В торце располагаются обычно две комнаты, а в противоположной стороне — кладовые. Хозяйственные постройки находятся за домом, примыкая к нему, или в глубине участка. Наиболее интересными являются амбары, часто двухъярусные с галереей на квадратных столбах.
 
 
10. 1 — Новогрудок. Жилой дом на торговой площади, первая половина XIX в.; 2 — Гомель. Жилой дом, первая половина XIX в.
10. 1 — Новогрудок. Жилой дом на торговой площади, первая половина XIX в.; 2 — Гомель. Жилой дом, первая половина XIX в.
 
 
Общественные здания представлены ратушами, торговыми рядами, корчмами, разнообразными административными зданиями. Торгово-административный комплекс сохранился в Шклове (рис. 11, 1, конец XVIII в.). К увенчанному башней зданию ратуши примыкают торговые ряды, образующие прямоугольный двор. Центральный проезд помещался под ратушей и был ориентирован на главный магазин.
 
В 30-х гг. XIX в. в Новогрудке на месте деревянного рынка были построены каменные ряды (рис. 11, 2). Два вытянутых одноэтажных корпуса стояли друг против друга. В каждом корпусе, украшенном дорическими колоннадами, фронтон выделял центр.
 
 
11. 1 — Шилов. Ратуша и торговые ряды, конец XVIII в. 2 — Новогрудок. Торговые ряды, 30-е годы XIX вв.
11. 1 — Шилов. Ратуша и торговые ряды, конец XVIII в. 2 — Новогрудок. Торговые ряды, 30-е годы XIX вв.
 
 
К тому же времени относятся каменные ряды в Лиде и Пружанах — низкие протяженные симметричные здания, поставленные в середине или по контуру площади. Фасады состояли из многократно повторенной ячейки. Как правило, торговые ряды строились в формах классической архитектуры, при этом излюбленным ордером, часто имитировавшимся в дереве, был дорический.
 
Деревянные торговые ряды не сохранились. Некоторые из них (ряды в Полоцке, Клецке и Давид-Городке) известны по документам. Деревянные ряды сходны с каменными. Иногда они проектировались в камне и дереве одновременно (Пружаны).
 
Корчмы, так же как и в предыдущий период, представляли собой простой объем, покрытый полувальмовой крышей. Со стороны главного вытянутого фасада размещался навес, который придавал зданию живописный характер.
 
Городские постоялые дворы отличались от сельских корчм составом помещений и размерами. Въезд располагался с торцов здания, жилые помещения находились по сторонам сеней.
 
Корчмы обычно были деревянными. В каменных наблюдается большее разнообразие в планировке и объемном построе-
 
 
—стр. 538—
 
нии. Иногда жилая часть составляла отдельное здание — гостиницу. Конюшня и каретник оставались деревянными.
 
 
12. Казенные дома в Полоцке для губернатора, магистрата и земского суда
12. Казенные дома в Полоцке для губернатора, магистрата и земского суда
 
 
Другие общественные здания почти не сохранились. Следует выделить театр в Гродно, который был заложен в 1780 г. рядом с дворцом Тызенгауза. Скромная архитектура небольшого театра подчинена архитектуре дворца.
 
После воссоединения Белоруссии с Россией началось интенсивное строительство дорог и сопутствующих им служебных зданий. Почтовые станции создавались по принципу повторного строительства и часто занимали значительное место в населенном пункте (Кобрин).
 
Типовое и повторное строительство в Белоруссии в конце XVIII — начале XIX вв. применялось и для зданий административно-общественного назначения и различных складских сооружений. Здания губернского правления в Витебске, Полоцке (рис. 12), уездных управлений в Городке, Дриссе, Себеже и других городах представляли собой компактные двухэтажные дома.
 
В конце XVIII в. в культовом строительстве намечается переход к простоте и сдержанности декора.
 
 
13. Могилев. Собор св. Иосифа, 1781—1798 гг., арх. Н. А. Львов 13. Могилев. Собор св. Иосифа, 1781—1798 гг., арх. Н. А. Львов
13. Могилев. Собор св. Иосифа, 1781—1798 гг., арх. Н. А. Львов
 
 
—стр. 539—
 
Наиболее ранним и значительным памятником классицизма был собор св. Иосифа в Могилеве (арх. Н. А. Львов, 1781—1798, рис. 13). В основу плана был положен квадрат, к которому по оси восток—запад примкнули апсида и притвор. Отношение высоты к длине собора (1:2) резко отличалось от отношений, принятых в баро́чных храмах. Некоторую приземистость придавал сооружению также пологий на невысоком барабане купол. Фасады строги и сдержанны. В противовес им интерьер был насыщен рельефом и живописью. Его украшали парные ионические колонны, ниши со статуями и скульптурные медальоны. Декор дополняли композиции В. Боровиковского. Интерьер был отделан искусственным полированным мрамором: светло-желтым — стены, зеленым — колонны.
 
Собор св. Петра и Павла в Гомеле (1809—1819, арх. Кларк) в плане имеет форму вытянутого креста. Над средокрестием возвышается купол на высоком барабане, благодаря чему сооружение родственно Могилевскому собору (рис. 14). В соборе получило дальнейшее развитие сочетание портика и купола.
 
 
14. Гомель. Собор св. Петра и Павла, 1809—1819 гг., арх. М. Кларк
14. Гомель. Собор св. Петра и Павла, 1809—1819 гг., арх. М. Кларк
 
 
С конца XVIII в. широко распространилось строительство церквей в форме ротонд (костел св. Иосифа в Лиде, начало XIX в.).
 
Другой разновидностью центрических сооружений являются церкви в Стрешине и Славгороде. К кубическому объему церкви в Стрешине примыкают четыре одинаковых апсиды. Сооружение венчает купол.
 
Деревянные церкви сводятся к традиционным односрубным, с алтарным прирубом, трехсрубным и пятисрубным храмам. Впечатление нарядности создавали венчающие части: шатры, купола и главки.
 
 
15. Слуцк. Михайловская церковь, конец XVIII в.
15. Слуцк. Михайловская церковь, конец XVIII в.
 
 
Церкви с одним большим сферическим куполом встречаются преимущественно в восточной части Белоруссии (в Ельске, Гомеле, Рассохах). В центральных и западных районах распространены церкви с несколькими ярусами и системой шлемовидных куполов (в Слуцке, Рубеле, Кожан-Городке).
 
Брусчатые стены обшивались досками вертикально, горизонтально, наискось или в «елку». Часто в одном сооружении встречается сочетание разных обшивок.
 
 
16. Кожан-Городок. Николаевская церковь, 1818 г.
16. Кожан-Городок. Николаевская церковь, 1818 г.
 
 
Наиболее распространенным был второй тип храма, трехсрубные церкви (Михайловская в Слуцке, Ильинская в Гомеле, Крестовоздвиженская в деревне Гошево, Брестская область). Михайловская церковь в Слуцке (рис. 15) состоит из трех срубов и одноэтажной галереи, окружающей церковь. Высота шатров нарастает к западу. Силуэт покрытий, пропорции отдельных частей здания и контраст между большими
 
 
—стр. 540—
 
поверхностями стен и легкими барабанами и куполами создают впечатление величия, свойственного большим деревянным церквам.
 
К третьему типу пятисрубных храмов относятся Николаевская церковь в Кожан-Городке (1818, рис. 16) и Троицкая церковь в Ельске (конец XVIII в.). Колокольни расположены над входами. Центрическое построение подчеркнуто средним срубом, выделяющимся размерами. Николаевская церковь богато украшена внутри резьбой и скульптурой.
 
В архитектуре происходит сближение приемов и форм деревянного и каменного строительства. Близки к Петропавловскому собору в Гомеле деревянные церкви Троицкая и Ильинская в Ельске.
 
В деревянной Троицкой церкви в Шилове материал дорических колонн, антаблемента, фронтона и стен имитирует камень. Подражание каменным формам особенно заметно во внутреннем убранстве.
 
 
В конце XVIII в. классицизм стал единственным архитектурным направлением, в духе которого создавались все сооружения. Подъем экономической и культурной жизни, наступивший после воссоединения Белоруссии с Россией, стимулировал строительство. Новые, прогрессивные идеи проникают в градостроительство и архитектуру. Массовые градостроительные мероприятия изменили планировочную структуру и художественный облик городов.
 
 
 
—стр. 541—
 


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 
На протяжении шести веков архитектура России, Украины и Белоруссии прошла через три этапа, хронологические рамки которых различны для каждой из них. На первом этапе архитектура начала возрождаться после татарского нашествия, и в ней еще только зарождались национальные особенности.
 
На втором этапе национальные особенности достигли своего наивысшего развития, причем это было наиболее заметно в русской архитектуре второй половины XV—XVI вв., времени подъема национального самосознания всех слоев населения, вызванного свержением татарского ига и сложением могущественного национального централизованного государства, и в архитектуре Восточной Украины после 1654 г. В архитектуре Западной Украины и Белоруссии, остававшихся в составе Польши, национальные особенности были менее заметны и развивались главным образом в народном зодчестве — крестьянских избах и сельских деревянных церквах.
 
XVII и XVIII вв. были временем наступления третьего этапа развития, когда архитектура России, Украины и Белоруссии стала сближаться как между собой, так и с архитектурой западноевропейских стран. На первых двух этапах города развивались еще на единой древнерусской основе, но в русских городах господствовал кремль, возле которого располагался торг, что обусловило господство радиальной системы планировки. В украинских и белорусских городах, кроме замка, заменившего кремль, возник второй центр — рыночная площадь с ратушей и городским собором. На третьем этапе, с конца XVIII в., как русские, так и украинские (кроме Западной Украины) и белорусские города реконструировались по регулярным планам, разрабатывавшимся в Петербурге.
 
Наряду с общими с Россией типами зданий (таких как сельский и городской жилые дома, городские и монастырские укрепления и православная соборная, монастырская и приходская церкви) на Украине (особенно Западной) и в Белоруссии появились феодальные замки, ратуши, католические костелы, синагоги, церкви-крепости. С конца XVIII в. типы городского и усадебного дворца на Украине и в Белоруссии все более сближались с русскими, а административные здания, учебные заведения и т. п. строились одинаково по всей империи, нередко по типовым проектам.
 
И в области строительной техники одинаковым для России, Украины и Белоруссии приемам возведения рубленых стен и покрытий деревянных зданий и кирпичным цилиндрическим и сомкнутым сводам и куполам на световых барабанах сопутствовали свойственные только русской архитектуре кирпичные шатры и крещатые своды или специфически украинские приемы перехода от четвериков к восьмерикам и между восьмериками каменных церквей. Некоторые конструктивные особенности украинских и белорусских построек XV—XVI вв. — стрельчатые арки, нервюрные (а в Белоруссии и сотовые) своды и уступчатые контрфорсы — говорят об усилении связей с Западом. На третьем этапе развития кирпичные купола большего пролета, сложные деревянные висячие стропила,
 
 
—стр. 542—
 
подвесные потолки и мостовые фермы применялись в России, на Украине и в Белоруссии.
 
Уже в древнерусской архитектуре XII — начала XIII в. ясно обозначились национальные особенности, отличавшие ее от архитектуры соседних народов и получившие дальнейшее развитие в XIV—XVII вв. Это был русский стиль с разнообразными местными вариантами.
 
Так же сильно были выражены национальные особенности и в архитектуре Левобережной Украины и Киева XVII — середины XVIII вв., где декоративные элементы Возрождения и барокко в их польской трактовке подчинялись местным художественным традициям.
 
В Белоруссии и Западной Украине в XV—XVI вв. были созданы своеобразные центрические церкви-крепости, где местные черты сочетались с готическими и романскими. Во второй половине XVI—XVII вв. в каменной архитектуре господствовали Возрождение и барокко, не уничтожившие ее национальных особенностей, позволяющих говорить о местных вариантах этих стилей.
 
О русском барокко можно говорить лишь с XVIII в., но именно как о русском, подобно русскому классицизму второй половины XVIII — начала XIX в., наделенному большим национальным своеобразием. Эти стили говорят не об утрате русской архитектурой ее национального характера, но лишь об усилении экономических и культурных связей России с другими странами, приведших к появлению в ней черт этих общеевропейских стилей, к которым каждая страна пришла своими путями и трактовала их по-своему. В русском барокко особенно следует отметить сочетание богатого убранства фасадов и интерьеров с рациональностью планировки и четкостью объемов, облегчившими переход к классицизму. Классицизм в России совпал по времени с необычайным расцветом градостроительства, своими масштабами далеко превзошедшего градостроительство Западной Европы. В это время в России появился ряд архитектурных ансамблей с простыми и строгими формами зданий. То же относится и к архитектуре Украины и Белоруссии конца XVIII — начала XIX вв., где, как и в России, классицизм господствовал до 1830—1840-х гг.
 
В русских, украинских и белорусских постройках XIV—XVI вв., а отчасти и XVII в. композиция зданий и формы их деталей имели самобытный и цельный характер. Позднее такое единство сохранилось в народной архитектуре. В работах архитекторов-профессионалов XVIII — первой половины XIX в. с большим искусством сочетались новое назначение зданий и различные строительные материалы с ограниченным числом «канонических» композиций и форм. Но в позднем классицизме в одинаковых приемах построения зданий разного назначения, в несоответствии канонизированных фасадов изменяющимся планам и в выполнении одинаковых форм в различных строительных материалах уже наметился разрыв между функциональной, конструктивной и художественной сторонами архитектуры, подготовлявший пути будущему стилизаторству и эклектике.
 
 

18 июня 2022, 13:45 0 комментариев

Комментарии

Добавить комментарий

Партнёры
ООО «Алюмпарк»
Дмитрий Петрович Кочуров, юрист
Архитектурное бюро КУБИКА
Архитектурное бюро Шевкунов и Партнеры
СК «Стратегия»
ООО «АС-Проект»
Архитектурное ателье «Плюс»
Архитектурное бюро «РК Проект»