наверх
 
Удмуртская Республика


Архитектура Омейядского и Аббасидского халифатов

Архитектура стран Средиземноморья, Африки и Азии. VІ—XIX вв. / Под редакцией  Ю. С. Яралова (ответственный редактор), Б. В. Веймарна, В. А. Лаврова, А. М. Прибытковой, М. А. Усейнова, О. Х. Халпахчьяна. — 1969 Архитектура арабских стран
 
Всеобщая история архитектуры в 12 томах / Государственный комитет по гражданскому строительству и архитектуре при Госстрое СССР, Научно-исследовательский институт теории, истории и перспективных проблем советской архитектуры. — Ленинград ; Москва : Издательство литературы по строительству, 1966—1977.
  • Том 8 : Архитектура стран Средиземноморья, Африки и Азии. VІ—XIX вв. / Под редакцией  Ю. С. Яралова (ответственный редактор), Б. В. Веймарна, В. А. Лаврова, А. М. Прибытковой, М. А. Усейнова, О. Х. Халпахчьяна. — 1969. — 491 с., ил.
    • Глава 1. Архитектура арабских стран / В. Л. Воронина. — С. 15—109.
      • Архитектура стран Ближнего Востока. — С. 21.
        • Архитектура Омейядского халифата. — С. 21—31.
        • Архитектура Аббасидского халифата. — С. 31—40.
 
 
 
—стр. 15—
 

АРХИТЕКТУРА АРАБСКИХ СТРАН

 
Арабские народы, заселявшие в древности главным образом Аравийский полуостров, в VII—VIII вв. расселились по берегам Средиземного моря, на севере Африки, проникли на Пиренейский полуостров, на Иранское нагорье, в Среднюю Азию. В результате захвата стран Азии и Африки образовалась обширная, пестрая по этническому составу держава — халифат, существовавшая несколько столетий.
 
Быстрое продвижение арабов на север, восток и запад было обусловлено социальными переменами — созреванием феодальных отношений. Упадок примитивного скотоводческого хозяйства кочевников-бедуинов требовал расселения племен за пределами Аравии, что было возможно лишь при их совместных действиях и централизации власти. Почву для объединения племен подготовил монотеизм — с 622 г. ислам стал знаменем объединения арабских племен и подогревал их воинственное рвение. «Священная война» — джихад, покорение дальних стран и распространение там новой религии объявлены священной обязанностью принявших ислам — мусульман. Движение за веру возникло в Хиджазе, на западе Аравии, под началом племени курейш, к которому принадлежал пророк Мухаммед.
 
Из Хиджаза арабы направились к югу и северу: в 30-х годах VII в. заняли Химьяритское царство (территория современного Йемена), а к 640 г. покорили византийскую Сирию. Менее чем за 40 лет они прошли на восток до Инда, достигли границ Китая и в 715 г. появились в Средней Азии. Энергично продвигаясь на запад, арабы захватили весь север Африки, проникли на Пиренейский полуостров, а в 721 г. перешли Пиренеи.
 
Первые правители — халифы, были выборными; халиф соединял в своих руках не только светскую, но военную и теократическую власть. В ту пору центром государства оставался Хиджаз со столицей в Медине и священным городом Меккой. Династия Омейядов (661—750 гг.) правила одной из самых обширных империй мира, включавшей все захваченные арабами страны. Но по мере расширения границ халифата все резче проступало численное несоответствие между массой покоренных народов и арабской правящей верхушкой. Протест населения выливался в форму религиозных течений — хариджизма, шиизма (противники Омейядов шииты были сторонниками потомков Али, зятя пророка). При Аббасидах (750—1258 гг.) начался политический раскол — в Египте образовался халифат Фатимидов (они называли себя потомками дочери пророка Фатимы), возникли берберские государства Северной Африки, эмираты Пиренейского полуострова, отпали иранские и среднеазиатские владения. Монгольское нашествие довершило гибель халифата Аббасидов. В XIV в. Османская империя захватила земли до Евфрата, Аравию, Египет, средиземноморское побережье Северной Африки и удерживала за собой Ближний Восток вплоть до первой мировой войны. В настоящее время почти все эти страны представляют собой самостоятель-
 
 
—стр. 16—
 
 
 
—стр. 17—
 
ные арабские государства, где арабы слились с местным населением.
 
Арабское завоевание, сопровождавшееся разрушением памятников культуры покоренных стран, в некоторых отношениях сыграло положительную роль. Омейядское государство объединило народы, пребывавшие в состоянии непрерывных войн, сплавило древние цивилизации, в том числе античную. Достижения народов Востока в области науки были развиты и переданы впоследствии Западу. Широкие торговые и культурные связи способствовали расцвету науки, искусств и ремесел. До эпохи Возрождения уровень культуры стран Востока был выше европейской. Арабский язык, на котором писались труды по истории, географии, естественным наукам, стал «латынью Востока».
 
Интенсивные экономические и политические связи содействовали обмену строительным опытом. Но как не было «мусульманской архитектуры», не было и нет единой «арабской архитектуры». Едва ли можно вообще говорить об арабской архитектуре в первые годы халифата. Арабы не принесли с собой опыта капитального строительства, наоборот, они сами учились строить у покоренных народов. Они использовали местных зодчих — коптов, греков, сирийцев, иранцев, привлекая для отделки зданий художников-христиан — живописцев и мозаистов. Заимствовали мраморные колонны из римских и византийских построек, что положило специфический отпечаток на ранние мечети. Тем не менее синтез разнородных частей дает ростки ряда локальных школ с собственными характерными чертами. В X—XI вв. проступают особенности архитектур Ирака и Сирии, Египта и Северной Африки.
 
Вчерашние кочевники оказались энергичными градостроителями — закрепляя свои военные успехи, они закладывали на новых землях города. Первые города возникали как военный лагерь и местопребывание гарнизона; многие из них сложились вокруг рабатов, или рибатов, — пограничных укреплений и форпостов «Священной войны». Со временем военный лагерь превращался в резиденцию правителя. Постройкой столицы отмечалось начало блестящих династий (Багдад, Каир, Фес). Из боязни народных волнений резиденция отделялась от столицы, образуя особый, обычно недолговечный «царский город» (Самарра в Двуречье, Мадинат ас-Захра близ Кордовы и др.). Из городов первых лет ислама некоторые зачахли (Куфа), другие, будучи удачно поставлены на торговых путях, в благоприятных географических условиях, процветают и поныне (Басра, Багдад, Фес и др.).
 
В местоположении и конфигурации городов первостепенную роль играла топография местности. Для города выбирали скалистое плато, склон горы, выступающий мыс, где его оборона облегчалась природными условиями; поэтому правильная конфигурация характерна лишь для городов равнины. От римлян арабы переняли прямоугольный «гипподамов план» с пересечением в центре двух главных магистралей (Сфакс в Тунисе); в Двуречье утвердился круглый план, как в сасанидских Ктесифоне и Гуре (таков ранний Багдад).
 
Основание города начиналось с возведения укреплений, дворца и главной мечети. Город окружался крепостной стеной, нередко двойной. На верхней точке рельефа над городом — мединой — господствовала цитадель — касба. В стенах города прорезались ворота — с четырех сторон или по числу путей, связывавших его с другими значительными городами страны. Городская застройка делилась на кварталы по этническому или производственному признаку. Эти кварталы, становившиеся нередко гнездом племенной розни, огораживались и запирались на ночь. В центре города размещались главная мечеть и торговые кварталы, где каждая улица была отведена определенному ремеслу, рынки нередко выходили за ворота (например, дровяной и по продаже скота). За стенами расстилались обширные кладбища; в этом отношении города Востока отличались от европейских, где хоронили в городской черте близ церквей. Города снабжались водой из реки, источника или колодцев, которые часто становились ядром растущего поселения. Нередко города имели разветвленную сеть канализации с крытыми коллекторами.
 
Типология зданий и сооружений обусловлена в первую очередь природно-климатическими факторами, феодальным укладом жизни, требованиями культа, а отчасти заимствована у покоренных народов.
 
До ислама фортификация в Хиджазе была практически неизвестна; один го-
 
 
—стр. 18—
 
род Таиф был защищен стенами. Медина не имела стен, и только при Мухаммеде была окружена рвом. По дороге в Дамаск и Двуречье арабы встретили римские пограничные форты, по образцу которых стали возводить свои укрепленные замки и рибаты — почти квадратные в плане, чаще всего около 70×70 м, с круглыми башнями на углах и полукруглыми вдоль стен, с помещениями вокруг двора. У римлян проход в воротах всегда прямой, и арабы долго сохраняли эту черту в своих укреплениях (таковы ворота Каира XI в.). Однако коленчатый вход был известен с древности в Малой Азии (Синджирли), Двуречье (Ашшур), Средней Азии; он появляется в укреплениях Багдада, а позднее в Халебе и Дамаске. Ход для стрелков шел обычно по гребню стены, но иногда и в толще стен (Ухайдир в Двуречье, 776 г.; стены Каира, XI в.). Уже с VIII в. арабы вели навесной бой через щели арок (стены и ворота Ухайдира, ворота Каира XI в.) и в этом намного опередили Западную Европу, где машикули появились с конца XII в. Римляне делали в воротах опускные решетки, такая решетка была в Ухайдире. Таким образом, арабы за полтора столетия сделали значительные успехи в фортификации.
 
На востоке арабы познакомились с архитектурой сасанидских дворцов, от которых переняли купольный аудиенц-зал с открытым на фасад трехнефным сводом-айваном в качестве его преддверия. Это сочетание, определяя формы дворцов Двуречья, отчасти проникло и в композицию замков Иордании. Правители и наместники никогда не пользовались жилищем своих предшественников; выбирая для него из соображений престижа и безопасности новое место, они тем самым обрекали старый дворец на разрушение. Вот почему известны лишь немногие памятники дворцовой архитектуры.
 
Среди многообразных типов жилища можно выделить два основных — замкнутый дворовый и башенный. Дворовый хорошо приспособлен к условиям сухого жаркого климата с песчаными бурями. Башенный тип жилища, распространенный в Аравии и горном Марокко, сложился в обстановке племенной вражды. Еще задолго до н. э. утвердилось деление жилища на мужскую и женскую половины, существовавшее во дворцах Ассирии и ахеменидского Ирана, в домах Древней Греции и Рима. Феодальному Востоку оставалось только канонизировать эту структуру жилища. Некоторые элементы жилища, как лоджия-айван, занесенные с востока на запад, появились на берегах Африки.
 
В первые годы ислама мусульмане были невзыскательны к помещению для молитвы. Первая мединская мечеть представляла собой простой навес во дворе жилища Мухаммеда. В захваченных городах арабы приспосабливали под молитву церкви и здания иных культов, даже не брезговали молиться бок о бок с христианами, отнимая у них часть здания. Во вновь отстроенных городах они довольствовались навесом или просто огороженным клочком земли. Со временем архитектура была призвана поддержать престиж новой религии, и мечеть стала главным объектом строительства наравне с дворцом. Оформилась строительная программа. Предельно простые формы литургии не были связаны с какими-либо специальными требованиями к культовому зданию. Если в церкви совершается служба, за которой следят верующие, и если храмы других культов представляли собой святилище или дом божества, то мечеть является всего лишь местом молитвы. Этой функции вполне удовлетворял так называемый арабский тип мечети, состоявшей из зала с кровлей на столбах и лежащего перед ним двора.
 
Со второго года хиджры молящиеся обращают лицо в сторону Каабы — домусульманского святилища Мекки, почитание которого включается в религиозный кодекс мусульман; соответствующим образом ориентируются и мечети. Направление к Каабе называется кибла. Нужное направление указывает ниша — михраб, с арочным венчанием. Происхождение форм этой детали не вполне ясно: в разных странах могли оказать воздействие домашние алтари доисламских культов, апсидальные ниши тронного зала, обращенная в сторону Иерусалима ниша синагоги (как в Дуре).
 
Обязательная деталь мечети, михраб, появляется, однако, лишь на рубеже или в начале VIII в.
 
Арабы становились на молитву рядами, как в строю, отсюда преобладание ширины зала над глубиной. Плоские балочные кровли ранних мечетей ложились на столбы или колонны, образуя поперечные
 
 
—стр. 19—
 
нефы, параллельные стене с михрабом; такой тип мечети называется мекканским. Его аморфная структура позволяет производить гибкую трансформацию плана: уширять здание в любом направлении, удлиняя нефы и увеличивая их число.
 
Из Дамаска, где были свежи традиции античного и византийского зодчества, заимствована базиличная композиция мечети с продольными нефами. От базилики пошло также выделение более широкого и высокого среднего нефа, ведущего к михрабу; этим достигается бо́льшая выразительность плана с акцентом главной оси.
 
Двор арабской мечети, необходимый по условиям климата, органически включается в композицию здания (это отличает мечеть от храмов иных культов). Нефы зала обычно свободно открываются во двор. Как правило, прямоугольный двор предшествует залу и может быть расположен в плане: либо вдоль оси здания, как в мединской мечети, либо поперечно, как в Дамаске (таковы мечети дальнего Запада). Дворы первого типа всегда более просторны. Для защиты от солнца двор окружен галереями. В первом типе двора боковые галереи размещаются в один—два нефа, во втором они гораздо шире, составляя три—четыре нефа. Молитва совершается и во дворе, поэтому на дворовом фасаде нередко делается михраб, который в этом случае называется аназа. Во дворе устраивается бассейн для ритуальных омовений перед молитвой.
 
Христиане призывали молящихся колокольным звоном, иудеи собирались в синагогу под звуки трубы; мусульмане стали возглашать призыв к молитве. Первое время о начале молитвы возвещали с крыши мечети или близлежащего высокого здания и лишь примерно через полвека для этой цели стали возводить специальные башни — минареты. Прообразом минарета явились, с одной стороны, сигнальные башни, с другой — христианские колокольни: отсюда идут различия круглых восточных и квадратных западных минаретов.
 
Мечети различаются своими размерами и функциями. В городе строилась большая соборная мечеть ал-масджид ал-джами для общегородской пятничной молитвы и десятки малых квартальных. Стоящая посреди города большая мечеть была не только культовым, но политическим и культурным центром. При мечетях создавались крупные библиотеки, там читались лекции, а некоторые мечети, как каирская ал-Азхар или Каравийин в Фесе, стали прославленными университетами мусульманского мира.
 
В соборных мечетях важной принадлежностью служит помимо михраба деревянная ступенчатая кафедра — мимбар, которая появляется уже в ранних мечетях. При отделке мечети на этих двух деталях сосредоточены усилия лучших мастеров. После покушения на одного из омейядских халифов для правителя или наместника выделяется близ михраба деревянная решетчатая ограда — максура, тоже превосходного исполнения. В крупных городах были пригородные мечети мусалла для молений по годовым праздникам с большим стечением народа. Такие мечети представляют собой обширную площадь, обнесенную прямоугольником стен, но крытые постройки в них необязательны.
 
С религиозным культом связаны и некоторые другие типы зданий. Это прежде всего духовные семинарии — медресе. Порождение ортодоксального схоластицизма, они выражали суннитскую реакцию против многочисленных ересей, пышно расцветавших на почве политических неурядиц. Духовные семинарии представляли собой опору ортодоксальной религии, политический государственный институт, где прививались доктрины, апробированные государством. Отсюда выходили теологи и законоведы, дипломаты и духовные наставники. Студенты и наставники жили при медресе за счет установленного вакфа, т. е. приписанных к медресе доходных заведений — бань, рынков и т. п. Идея медресе и ее архитектурное воплощение оформились в Бухаре и Хорасане (север Ирана) уже в X—XI вв. На рубеже XII в. медресе появились в Дамаске, отсюда проникли в Египет. В плане они представляют собой окруженный худжрами — кельями студентов — двор с мечетью и аудиторией. Часто в медресе, в особом помещении под куполом, устанавливалась гробница его учредителя. Медресе по своей функции сооружение скорее общественное, чем культовое.
 
В отличие от христианства и буддизма ислам не знал монастырей. Существовали суфийские религиозные учреждения: на западе завия, на востоке — ханака. Такие убежища мистиков-суфиев — центры про-
 
 
—стр. 20—
 
паганды идей мистицизма, начинают распространяться с XII в., когда суфизм оформляется в виде отдельных сект или орденов, и достигают обширных размеров к XV в., когда деятельность орденов захватывает политические сферы. В состав завия входят общежития, трапезные, залы для радения, мечеть, бани, гробница покровителя ордена. Гробницы почитаемых аскетов и мистиков, купольные павильоны, чаще всего в форме открытого на четыре стороны арками киоска, так называемые кубба, возникают как выражение чисто народных культов — противоположный полюс учреждению официального культа, мечети. Они стоят либо изолированно, либо среди кладбищ, скрашивая однообразие всхолмленной могилами поверхности. Мавзолеи правителей, членов их семьи и приближенных часто входили в состав мечети или медресе, иногда объединялись в династийные некрополи.
 
Сложилась развитая сеть зданий общественного назначения. Интенсивная караванная торговля вызвала строительство в городах и на путях постоялых дворов караван-сараев фундук. Средневековые рынки сук образовали систему крытых улиц с мастерскими и лавками; для торговли тканями отводились особые крытые пассажи кайсария. Среди рынков и по соседству располагались караван-сараи. Особое значение в городской жизни получили бани хамам, служившие помимо своего прямого назначения местом деловых встреч и приятельской беседы. Уже с VIII в. в Сирии и Египте возникают больницы маристаны. Это были обширные комплексы с помещениями для стационарных и приходящих больных, с отделением для душевнобольных, баней, кухней и др. В городах средневековой Европы подобные учреждения были неизвестны. Предпринимались серьезные работы гидротехнического характера: малое количество осадков требовало создания продуманной системы ирригации, устройства наземного и подземного водопровода, водоемов и крытых цистерн.
 
Арабы развивают строительную технику занятых ими стран, используя сообразно с местными условиями камень, кирпич, каркасную конструкцию. Византийская кладка с чередованием рядов камня и кирпича подсказала арабским зодчим применение поясов разноцветного камня — этот прием получил с XIII в. развитие в Сирии и особенно в Египте. Формы арок образуют множество вариантов: стрельчатая, подковообразная, стрельчато-подковообразная, трех- и многолопастная и др. Стрельчатый профиль, зародившийся на Востоке, вызван стремлением повысить дугу архивольта, что важно при бескружальной кладке. Подковообразное очертание повышает центр кривой; это способствует большей выразительности профиля, причем пяты маскируются напуском кладки с оштукатуркой; в многолопастных арках этот основной элемент умножается и получает декоративный характер. В некоторых мечетях высота нефа повышается путем наращивания аркады в два яруса; здесь конструкция римских акведуков нашла развитие в вариации типа арок каждого из ярусов. Арки опираются на колонны или на пилоны.
 
На Ближнем Востоке преобладают сводчатые покрытия, на западе — стропильные. Переход от четверика стен к куполу осуществляется различно, но в основе лежат две конструкции — тромп, т. е. арочное перекрытие углов с заполнением оболочки, и парус. Широко употребляются декоративные тромпы в виде раковины — излюбленное завершение ниш в византийских постройках. Разработаны декоративные виды куполов — ячеистые, на гуртах и нервюрах.
 
Формы архитектуры пространственны. В жилых и культовых зданиях развивается тема внутреннего двора в окружении галерей и аркад. Но внешние стены глухие. В композиции, соединении элементов, их соподчинении, тектонике есть своя логика. Элементами членения стеновой плоскости в отличие от европейской архитектуры служат преимущественно ниша, арочный проем. Главный внешний акцент архитектуры — портал входа, внутри мечети — михраб. В их формах заметно много общего. Соединительные элементы стены — панель в основании стен, тяги или орнаментальный бордюр на уровне пят арок (разорванный аркой или огибающий архивольт), бордюр и карниз вдоль гребня стены. Карнизы в основном двух видов: сталактитовый — в камне и стуке, консольный — в дереве. Ордер распадается на два существенно различных варианта: самостоятельный — конструктивный и пристенный — декоративный. Конструктивный ордер в виде свободно стоящих колонн из цельного камня распростра-
 
 
—стр. 21—
 
нен главным образом в Магрибе, где в формах колонн переработаны детали римского и византийского ордера. Декоративный зародился на Востоке, отражая тектонику кирпичных зданий — колонны ставятся в четверть под архивольты арки портала, михраба, на поворотах панели и по углам пилонов.
 
В сфере культа изобразительное искусство изгонялось, здания лишались скульптуры и сюжетной живописи, поэтому возрастала роль архитектурного декора и орнамента. Специфику декора арабских стран и ближнего Востока составляют сталактиты (по-арабски мукарнас — соединенные). Этот вид декора, образуя призматические группы, действительно напоминает сталактиты или пчелиные соты. Трудно сказать, где он зародился, но появился в XI в. на востоке (Иран) и западе (Магриб). Этот вид декора универсален: сталактиты составляют карнизы и несут полочки, заполняют ниши, тромпы и паруса, купола и полукупола, украшают софиты арок. Выполняются они в кирпиче, камне, стуке, дереве, поливной и неполивной керамике.
 
Орнамент покрывает ковром стука поверхность стен из бетона и выявляет фактуру благородных материалов — камня, мрамора, дерева ценных пород. Он подчеркивает соподчинение частей здания, акцентирует важнейшие его элементы: портал входа, михраб мечети, купол покрытия перед михрабом, мимбар. Портал и михраб богато орнаментированы. Вдоль стен орнамент разбивается на панно и ленточные бордюры. Один и тот же узор употребляется равно в камне, дереве, металле, в постройках и художественном ремесле.
 
По характеру узора орнамент в основном делится на растительный, геометрический и эпиграфический. Растительный орнамент развивает построения римских, византийских, иранских, коптских образцов. Геометрический орнамент в IX—X вв. проходит еще начальную фазу развития, и его расцвет падает на XII—XIII вв., отражая быстрые успехи математики; сложные раппорты строятся на лучевой сетке. В отличие от христианства и буддизма ислам отказался от изобразительных образов для пропаганды своих идей. В связи с этим в культовых зданиях был необходим какой-то эквивалент, который принял бы идейную нагрузку. Эта роль была отведена эпиграфике — надписям преимущественно коранического содержания. Так родился третий вид орнамента, неизвестный в Европе. Разрабатываются орнаментальные почерки, все более сложные. С архитектурой средних веков особенно связан геометрический почерк куфи, родиной которого считается город Куфа в Ираке. Все три вида тесно сосуществуют; растительные мотивы заполняют ячеи геометрической сетки линий и перевивают буквы письма; иногда в узор включаются и зооморфные мотивы. Орнамент арабских стран, так же как и Ирана и Средней Азии, отличается от европейского интенсивным развитием геометрических форм, эпиграфический же орнамент в корне чужд искусству Европы.
 
 
 

АРХИТЕКТУРА СТРАН БЛИЖНЕГО ВОСТОКА

 
 

АРХИТЕКТУРА ОМЕЙЯДСКОГО ХАЛИФАТА

 
Первые халифы, занятые формированием арабского государства, не интересовались строительством. Начало истории средневекового зодчества арабских стран связано с правлением мекканского аристократического рода Омейядов, первой наследственной династии халифов, пришедшей к власти в 661 г. Их политическое могущество достигло вершины в конце VII в. Прежде всего Омейяды перенесли столицу из Медины в Дамаск. Центром и оплотом государства, границы которого продолжали раздвигаться, стала Сирия. Прежде арабское государство, халифат становится мусульманской империей, простиравшейся в 30-х годах VIII в. от берегов Атлантики до Инда, от Сыр-Дарьи до Нильских порогов. Омейяды расстались с аскетическими идеалами первых лет ислама и устремились к роскоши, насаждая ее в придворном быту и в архитектуре.
 
На территории собственно Аравии постройки халифата немногочисленны и к тому же они утратили свой первоначальный вид. Судить о них можно главным образом на основании письменных источников.
 
Мекканское святилище Кааба, к которой обращены все мечети мира, имеет
 
 
—стр. 22—
 
длинную историю. На рубеже VII в. здесь была только изгородь, окружавшая клочок земли около 6×9 м со священным колодцем Земзем. В 608 г. было возведено здание Каабы, о котором в письменных источниках говорится, что стены его сложены из рядов камня и дерева, а крыша опиралась на шесть столбов. Потолок, стены и столбы были расписаны изображениями христианских святых и ангелов. Все эти черты, характерные для раннесредневекового зодчества Эфиопии, позволяют предполагать, что строитель был родом оттуда. В 684 г. Кааба отстроена после пожара заново из камня и украшена мозаиками, снятыми из церкви VI в. в Сане (Йемен). Второе святилище Аравии находится в Медине на месте дома Мухаммеда, где мастера из Сирии и Египта поставили в 707—709 гг. мечеть с двором и галереями.
 
Исламизация Химьяритского царства отмечена в 632 г. постройкой мечети Джанадия в городе Джанаде, ныне разрушенном (25 км к северу-востоку от Таиза). Дворового плана здание из камня и обожженного кирпича окружено стеной 14 м высоты, увенчанной ступенчатыми зубцами, а ее минарет октогонального плана поднимается на 73 м. Формы постройки с гладкими стенами суровы и сдержанны. Это по существу самое раннее монументальное здание мечети, созданное на десятом году хиджры (632 г.) — до правления династии Омейядов. В 70-х годах в Сане появилась другая значительная постройка — мечеть ал-Джами ал-Кабир. Возведенное по арабскому плану с крытыми галереями вокруг двора, здание было расширено в 705—714, 911, 1113 гг. В настоящее время оно насчитывает 174 колонны, на которых покоятся арки и купола. Среди двора поставлено по образцу Каабы святилище в форме куба, сложенное чередующимися рядами красного и черного камня. По преданию, это святилище, так же как и внешние стены мечети, возведено из камня разрушенного химьяритского замка Гумдан. Действительно, на хорошо отесанных камнях северо-западного фасада мечети сохранились рельефные изображения зверей и птиц явно доисламского происхождения. Два минарета мечети, поставленные в 879 г., были перестроены в 1261 г.
 
На территории богатых колоний Византии — Палестины (современная Иордания) и Сирии — арабы встретились с древней культурой, сложившейся со времен Александра Македонского под влиянием эллинизма. Здесь были превосходные строительные материалы — красивый и прочный известняк, могучие ливанские кедры. В городах стояли великолепные здания из тесаного камня с аркадами на мраморных колоннах и многоцветными стеклянными мозаиками.
 
Ранние произведения арабского зодчества, особенно в Иордании, несмотря на сильный отпечаток античных влияний, отражают новые идеи. Традиции Рима и Византии совмещаются со строительными концепциями Ирана и декоративными фантазиями Двуречья. Свежие творческие силы халифата проявили себя в широком размахе строительства, богатом и разнообразном убранстве зданий. С перемещением центра халифата в Сирию потребовалось создать собственную святыню для привлечения паломников. Нужно было к тому же поддержать престиж ислама перед христианством с его прославленными церквами. В 687—691 гг. в окрестностях Иерусалима возводится великолепный купол Куббат ас-Сахра — Купол скалы: объектом поклонения избрана скала, куда якобы Мухаммед ступил ногой при вознесении на небо (идея заимствована из христианского мифа).
 
Формы здания необычны (рис. 1). Деревянный купол 20,44 м в диаметре покоится на высоком барабане, прорезанном шестнадцатью окнами; барабан стоит на четырех пилонах и двенадцати колоннах, окружающих скалу. Внешние стены образуют октогон со стороной около 20,6 м. Покатая деревянная, крытая свинцом кровля опирается на систему из восьми промежуточных пилонов и шестнадцати колонн. Вокруг скалы обеспечен таким образом ритуальный ход паломников. Части здания связаны в плане ясной и четкой геометрической схемой. В окружность ротонды вписан квадрат, по углам которого стоят пилоны, второй такой же квадрат очерчен под 45° к первому. Пересечение продолженных сторон этих квадратов отмечает второй ряд пилонов и углы внутреннего октогона; на сторонах октогона построены два больших квадрата, углы которых определяют внешний обвод стен. Отсюда гармоническое совершенство пропорций внутреннего пространства здания. Каменные стены 1,3 м
 
 
—стр. 23—
 
толщиной разбиты на высокие панели по семь в каждой стороне; в нижнем их ярусе прорезаны четыре двери, в верхнем — 40 окон.
 
Фасад первоначально был декорирован стеклянными мозаиками. В 1552 г. при турецком владычестве облик здания был искажен поливной облицовкой, полуциркульным аркам придали слегка стрельчатое очертание. Решетки окон в стенах и 16 окон барабана, сделанные, видимо, из мрамора с заполнением разноцветным стеклом, не сохранились. Внешние железные решетки заменены изразцовыми, пропускающими мало света. Под облицовкой скрылись венчающие фасад нишки с полукуполом, по 13 на каждой грани октогона. Внутреннее убранство великолепно: стены и пилоны одеты мрамором, тимпаны и софиты арок сверкают мозаиками глубоких зеленых и синих тонов с золотом и перламутром. Мраморные колонны завершаются золочеными капителями коринфского и композитного ордеров (в галерее они дополнены импостами), пяты арок лежат на деревянных связях, окованных в галерее чеканной бронзой. Расписные кассетированные потолки внутреннего кольца галереи в 1780 г. были украшены фарфоровыми дисками (блюдами?). Более низкие потолки внешнего кольца, тоже разбитые на отделанные резьбой и росписью кассеты, относятся, вероятно, к более раннему времени (предположительно 1318—1319 гг.).
 
Купол высотой до вершины 35,3 м из двух оболочек возведен заново фатимидом ас-Захиром взамен рухнувшего в 1022—1023 гг. Он покрыт извне свинцом и золоченой медью, внутри расписан и раззолочен по штукатурке.
 
Образцом для Купола скалы послужило здание Гроба господня, в первоначальном виде тоже купольная ротонда. Купола значительного пролета из дерева, по-видимому, возводились в доисламской Сирии, тогда богатой лесом, и для зодчих такая конструкция не была новшеством. Мозаики, акант и другие мотивы орнамента интерьера тоже вторят сирийской традиции. Таким образом, первое монументальное сооружение омейядского халифата было чисто сирийским по духу, конструкциям и орнаменту.
 
 
1. Иерусалим. Куббат ас-Сахра, 681—691 гг. Общий вид, разрез, план 1. Иерусалим. Куббат ас-Сахра, 681—691 гг. Общий вид, разрез, план
1. Иерусалим. Куббат ас-Сахра, 681—691 гг. Общий вид, разрез, план
 
 
Купол скалы стоит среди большой площади Харам аш-Шариф слегка трапецеидального плана (450×260—285 м), куда ведут 10 ворот. Вокруг купола огорожено тех же очертаний меньшее пространство (160×125×150 м). На южной стороне
 
 
—стр. 24—
 
площадь замыкает главная мечеть ал-Акса.
 
 
2. Иерусалим. Мечеть ал-Акса, начало VIII в. План
2. Иерусалим. Мечеть ал-Акса, начало VIII в. План
 
 
Эта первая мечеть Иерусалима, перестроенная в начале VIII в. из христианской базилики, часто разрушалась от землетрясений и восстанавливалась (капитальная перестройка 1035 г. повторяла план второй половины VIII в.). Если восстановить первоначальный облик мечети по данным письменных источников, то получится прямоугольник стен 102,80×69,20 м (3:2), разбитый поперечными кибле аркадами на 11 нефов (первый образец базиликального плана). Более широкий средний неф заканчивался у михраба, как и теперь, куполом на барабане (рис. 2). В остальном нефы покрыты на два ската по деревянным стропилам. Арки опирались на мраморные колонны. По обе стороны купола его распор уравновешивали два ряда арок, связывавших нефы вдоль южной стены. В этой части некоторые арки и колонны сохранились от омейядской мечети, а в северной — остатки мозаик 1035 г. Позднее мечеть была декорирована резным стуком и деревом.
 
Дамаск стал колыбелью династии Омейядов, центром политической, культурной и религиозной жизни огромной империи. А сердцем Дамаска была Большая мечеть, построенная в 708 г. халифом ал-Валидом. Мечеть стоит внутри обширной огороженной площади 385×305 м, окруженной базаром. Сама мечеть с двором также занимает значительную площадь 157,5×100 м (рис. 3). Каждый угол ограды был отмечен башней квадратного плана, из которых сохранилась лишь юго-восточная. Внешние фасады стен высотой около 14 м расчленены пилястрами. Для мечети отчасти использованы стены базилики I в., впоследствии превращенной в церковь. Две окованных бронзой двери и тройной вход восточной стороны ведут во двор размером 122,5×50 м. С трех сторон двор обнесен портиком, а с юга ограничен молитвенным залом 132 м длиной и немного более 37 м глубиной, образованным тремя параллельными фасаду аркадами.
 
Открытые во двор фасадные арки покоятся на пилонах, внутренние — на мраморных колоннах. Колонны надстроены карликовыми аркадами, по две арочки на одну нижнюю. Аркады интерьера перестроены в 1893 г. после пожара, причем пилоны верхних аркад заменены парными колоннами. Соответствующие арочки дворового фасада были заполнены стуковыми решетками, такие же арочки прорезаны на внешнем фасаде. Каждый неф покрыт на высоте 15 м над полом двускатной стропильной крышей. Аркады прорезает ведущий к главному михрабу осевой трансепт, обращенный во двор тройной аркой на двух мраморных колоннах; его щипец высится на 10 м над фасадами зала. Купол средокрестия на пилонах, также перестроенный после пожара, отличается от первоначальной конструкции 1082—1083 гг. К трем михрабам южной стены недавно добавлен четвертый.
 
Дворовые аркады на пилонах и колоннах, так же как и в зале, дополнены аркатурой. Арки со слабо выраженной стрельчатостью в зале слегка подковообразной формы. Четыре угловые башни служили минаретами. На юго-восточном углу в 1340 г. поставлен вместо башни очень тонкий непропорциональный зданию минарет на квадратном основании, а в 1488. г. уцелевшая юго-западная башня дополнена граненым трехъярусным минаретом с балконами. Квадратный минарет у северных ворот был возведен в конце XII в. вместо более раннего. В западном конце двора стоит восьмигранный купольный павильон на колоннах, относящийся ко времени постройки мечети. В здании сохранились лишь скудные остатки былого великоле-
 
 
—стр. 25—
 
пия: стены внизу облицованы мрамором (им были вымощены двор и полы), а вверху, вплоть до потолка, покрыты великолепными мозаиками, изображавшими сады и дворцы на золотом фоне. Общая поверхность мозаик превосходила по площади все когда-либо существовавшие в мире образцы. Капители колонн были золоченые.
 
Масштабы здания и его убранство поражали воображение современников. Образ мечети Омейядов теснейшим образом связан с историей города, и одно лишь упоминание о Дамаске вызывает в памяти постройку ал-Валида. Она оказала глубокое и длительное воздействие на зодчество последующих веков как в Сирии, так и за ее пределами. Первым, почти одновременным воспроизведением была Большая мечеть Халеба, или мечеть Захария (715 г.), менее роскошная, но просторная (она дошла в измененном виде: после монгольского нашествия, в конце XIII—XIV вв., колонны заменили пилонами, стропильные покрытия — крестовыми сводами, а трансепт упразднили). Архитектура Большой мечети Дамаска сыграла немалую роль в формировании строительных традиций Средиземноморья. Впоследствии правители кордовского халифата пытались воскресить ее облик в Большой мечети Кордовы.
 
Вдоль караванных путей, связывавших города Сирии, стояли постоялые дворы; вдали от городов строились укрепленные дворцы, замки халифов и приближенных двора. Все они возводились из камня — известняка, базальта обычно по одной системе — квадрат стен с окружающими двор помещениями, которая воспроизводила увеличенный в размерах более или менее усложненный план жилого дома. Характерны башни этих замков — почти круглые на углах и полукруглые промежуточные, чаще массивные. Разбивка замков не всегда правильная, и углы получались меньше или больше прямого. Суровая внешняя ограда замков заключала богато декорированные залы со скульптурой и живописью, резным орнаментом и мозаиками, мечеть, бани, великолепие которых могло поспорить с дворцом; к замку примыкали обширные парки и охотничьи угодья.
 
 
3. Дамаск. Мечеть ал-Валида, 708 г. Интерьер, план 3. Дамаск. Мечеть ал-Валида, 708 г. Интерьер, план
3. Дамаск. Мечеть ал-Валида, 708 г. Интерьер, план
 
 
4. Кусейр-Амра, начало VIII в. План, общий вид
4. Кусейр-Амра, начало VIII в. План, общий вид
 
 
В пустынях Иордании рассеяны остатки омейядских замков, из которых многие получили широкую известность. В 65 км
 
 
—стр. 26—
 
восточнее Аммана стоит небольшой охотничий замок Кусейр-Амра. В постройках красноватого известняка различаются аудиенц-зал 8,5×7,5 м с альковом, фланкированным двумя апсидальными помещениями, и связанная с ним баня (рис. 4) Постройки сохранились вплоть до сводчатых покрытий. Интересна система цилинд-
 
 
5. Мшатта, VIII в. План ансамбля и фасад зала в реконструкции Кресвелла, резной каменный пилон   5. Мшатта, VIII в. План ансамбля и фасад зала в реконструкции Кресвелла, резной каменный пилон
 
5. Мшатта, VIII в. План ансамбля и фасад зала в реконструкции Кресвелла, резной каменный пилон
5. Мшатта, VIII в. План ансамбля и фасад зала в реконструкции Кресвелла, резной каменный пилон
 
 
—стр. 27—
 
рических сводов аудиенц-зала, лежащих на двух поперечных арках слегка стрельчатого очертания. Два помещения были покрыты сводами, цилиндрическим и крестовым, третье — куполом. Помещения были замощены мраморными плитами, а в одной из апсидных зал пол выложен мозаикой. Мировую известность получила эллинистического характера фресковая живопись Кусейр-Амра, нанесенная по штукатурке над мраморными панелями: изображение правителя под балдахином (альков), сцены охоты, музыканты и т. п. На сводах росписи сливаются в орнаментальные и изобразительные мотивы. Установлено, что замок построен халифом Валидом в 711—715 гг.
 
Насколько мал замок Кусейр-Амра, настолько величав и грандиозен замок-дворец Мшатта в 25 км к югу от Аммана. Квадрат каменных стен 150×150 м заполняли расчерченные с удивительной логикой и симметрией залы, дворы, комнаты (рис. 5). Две параллельные стены выделяли среднюю официальную часть дворца с группой вестибюля впереди и аудиенц-залом в глубине; их разделяет квадратный двор, углы которого лежат на диагоналях внешнего квадрата стен. Большой базиликальный зал официальной части заканчивался купольным триконхом. Это соединение трехнефного сводчатого айвана с купольным залом, характерное для сасанидских дворцов, сочетается с формами Рима и Византии. Кружевной резной орнамент широким поясом охватывает подножие двух граненых башен внешнего фасада по обе стороны ворот: зубчатая линия профилированной тяги разбивает поверхность на равносторонние треугольники с крупными медальонами в центре, густая вязь виноградной лозы покрывает поля треугольников, у основания которых вырезаны фигуры зверей в геральдических позах. Медальоны и обломы сплошь заполнены растительным орнаментом. Высота резной панели — до 5 м — отвечает масштабам сооружения. В этом удивительном образце резного декора перекинут мост от античных канонов запада к новым идеалам средневекового Востока.
 
К востоку и к западу от Пальмиры халиф Хишам построил два укрепленных замка, окруженных садами; теперь их руины лежат в пустыне. Раскопки великолепного замка Каср ал-Хайр ал-Гарби (727 г.) дали множество фрагментов стукового орнамента, скульптуры и фресковой росписи. В отличие от замков Иордании его помещения равномерно распределены в два ряда с выделением на оси более крупных залов (рис. 6). Двор был обнесен портиком. Стены, выведенные из сырца на каменном цоколе, не сохранились (лишь ворота были целиком каменные). Плоские деревянные покрытия лежали на подпружных арках.
 
Самым замечательным из всех омейядских замков является Хирбат ал-Мафджар в долине Иордана (2,5 км к северу от Иерихона), построенный во второй четверти VIII в., незадолго до падения династии. Своеобразие форм, богатство, разнообразие и изящество деталей с трудом поддаются описанию. В отличие от других сооружений этого типа обычные четырехугольные стены с башнями связаны в единый ансамбль с другими расположенными вне стен частями — баней, мечетью, особым передним двором (рис. 7).
 
 
6. Каср ал-Хайр ал-Гарби, VIII в. План (пунктиром отмечены линии водопровода)
6. Каср ал-Хайр ал-Гарби, VIII в. План (пунктиром отмечены линии водопровода)
 
 
Помещения из тесаного камня-известняка были покрыты кирпичными сводами, дворы замощены каменными плитами. Помещения замка 67×63 м огибали двор в два этажа. Вдоль восточной и западной стороны они разбиты в два ряда, к северной стороне примыкает длинный шестистолпный зал. Среднее южное помещение
 
 
—стр. 28—
 
с апсидой служило предположительно мечетью, а рядом на массивном выступе стоял минарет. Дворцовые фасады затенялись аркадами. Вестибюль имел вид башни, гладь фасада которой подчеркивали резные медальоны и завершали ступенчатые зубцы.
 
 
Хирбат ал-Мафджар
 
Хирбат ал-Мафджар  Хирбат ал-Мафджар  Хирбат ал-Мафджар
7. Хирбат ал-Мафджар, VIII в. План
1 — замок; 2 — мечеть; 3 — баня; 4 — павильон с бассейном. Детали: стуковый купол в бане, напольные мозаики, стуковый орнамент
 
 
Вестибюль состоял из двух залов — квадратного внешнего и прямоугольного внутреннего, разделенных широкой дверью в рамке резного по камню наличника. Неожиданно и своеобразно решено покрытие первого зала крестовым сводом из желобчатых камней, выходивших на фасад руб-
 
 
—стр. 29—
 
чатым архивольтом с декоративной аркатурой (ее колонки с круглым основанием и акантовыми капительками напоминают факелы). С каждой стороны зал фланкирован тремя нишами с трехчетвертными угловыми колонками и резным полукуполом. Внутреннюю часть вестибюля занимал сводчатый зал. Он, как и внешний, служил приемной, на что указывают вытянутые вдоль стен скамьи с подлокотниками, разделенные пилонами из собранных в пучки колонн. Стены покрывала стуковая резьба геометрического узора. Из верхнего помещения против ворот выходило во двор круглое каменное окно с решеткой звездчатого узора, предвосхищавшее готическую «розу».
 
К северу от дворца, через двор, находилась баня — квадратный зал около 30×30 м с полукруглыми экседрами вдоль каждой стены. Сводчатые покрытия этого величавого здания посредством арок опирались на 16 мощных устоев с колоннами по углам, в центре высился купол на парусах. План бани отличается как от римских терм, так и бань средневекового Востока. Огромный зал с бассейном у южной стены совмещал функции аподитерия и фригидария; с севера примыкали сравнительно небольшие тепидарий и кальдарий, согреваемые подпольной жаровой системой. Главный вход с востока был отмечен портиком с широкой аркой входа, витыми колоннами в два яруса по углам фасада, тремя нишами (средняя со скульптурой); плоскости и тимпаны покрывал резной узор по камню и стуку. По верхнему краю фасада, как и во дворце, шли зубцы. Великолепно орнаментирован был софит арки.
 
Над вестибюлем поднималась покрытая резьбой чаша купола на барабане со скульптурами в нишах. В основании барабана шел фриз с рельефными фигурами баранов. Барабан опирался по углам на декоративные фигуры атлантов — полуобнаженные мужские фигуры на фоне парусов с узором виноградной лозы. Орнамент и скульптура были выполнены в резном стуке. Особенно щедро декорирован зал бани. Стены арки и софиты над нишами и пилонами покрыты резным стуком вперемежку с росписями растительного узора «под мрамор» или «под мозаику». Коринфские капители пилонов собраны в пучок. Полы выстланы разноцветной каменной мозаикой геометрического узора с бесконечными сочетаниями прямых и кривых линий, прямоугольников, кругов и полос. Мозаики прекрасной сохранности еще и теперь производят сильное впечатление. Удивительна деталь средней экседры западной стороны — в замковый камень вделана цепь в 1,5 м длиной, звенья которой вырезаны из цельного каменного блока.
 
Величественный зал бани затмевает роскошь римских терм: как будто идея ахеменидской ападаны облечена в формы античности с экседрами, капителями и обломами коринфского ордера. Ассоциация с дворцовым зодчеством древнего Ирана не случайна и с социальной точки зрения, так как фригидарий Хирбат ал-Мафджара безусловно был прежде всего местом общественных приемов. Резной стук (перлы, пальметты, гирлянды, виноградная лоза, сочетание геометрической сетки с растительным заполнением) стилистически тяготеет к сасанидскому декору. Смелое сочетание изобразительного рельефа с орнаментом напоминает пластику Хатры.
 
В северо-западном углу бани расположено небольшое квадратное (4,5 м ширины) помещение с апсидальной нишей-альковом, со скамьями в нише и вдоль стен. Исключительно богатый декор комнаты
 
 
—стр. 30—
 
позволяет предполагать, что здесь уединялся владелец замка. В процессе раскопок она получила название «диван» (аудиенц-зал). Чудесные мозаики пола и скамей найдены нетронутыми. В алькове мозаики изображали «древо жизни» — обычный символический мотив искусства древнего и раннесредневекового Востока. По левую сторону от дерева стоят две лани, справа лев терзает лань. По обломкам резного стука можно установить, что комната была покрыта куполом с розеткой в зените, где изображены рельефом шесть кудрявых женских головок среди листьев аканта. Свет падал через решетчатые окна барабана. Низ барабана опоясывал фриз с птичками, а на парусах размещались рельефные медальоны с изображением крылатого коня.
 
 
8. Куфа. Дворец VIII в. План
8. Куфа. Дворец VIII в. План
 
 
Между дворцом и баней находилась мечеть 23,6×17,1 м. Ее покрытие, видимо, стропильное, опиралось на восемь поставленных в два ряда мраморных колонн. На внешнем дворе, над прудом, стоял павильон с куполом на четырех арках и внешней аркадой восьмиугольного абриса. Вдоль стен двора тянулась аркада. Возможно, к ансамблю принадлежал также караван-сарай — севернее бани видны остатки какого-то здания. К востоку от дворца простирался окруженный стеной сад. Дворец и его угодья снабжались водой из Иордана и других речек, подведенной при помощи акведуков.
 
Наиболее значительной в политическом и экономическом отношении провинцией Омейядов было Двуречье, где они развили энергичную градостроительную деятельность, расширяя старые и закладывая новые города по берегам Тигра и Евфрата. В 637—638 гг. ниже их слияния близ сасанидского города Тиридон возник город-порт Басра (ныне руины в 8—10 км к западу от современного города). На правом берегу Евфрата росла Куфа, заглушая столицу лахмидов Хиру. В 640 г. расширен арабами сасанидский Бадардашир, получивший название Мосул, что означает «узел», «перекресток» на караванных путях. В 703—704 гг. на равном расстоянии между Куфой и Басрой основан Васит — блестящая резиденция наместника и административный центр.
 
На богатой строительными традициями территории, усеянной величавыми руинами сасанидских и парфянских зданий, была заложена основа сильной местной школы зодчества. Строительство сразу же приобрело широкий размах. Возводились из обожженного кирпича и тесаного камня обширные дворцы наместников с множеством сводчатых залов, комнат и переходов. Дворцово-замковая планировка получила отчетливые формы, ярко выраженные в Дар ал-Имара, открытом раскопками дворце Куфы: квадрат толстых внешних стен свыше 170 м длины с полуциркульными и круглыми на углах массивными башнями обрамляет внутренний квадрат дворцового здания, заполненный серией сгруппированных вокруг дворов помещений (рис. 8). Единственные внешние ворота соединяются с парадным двором, куда открывался обращенный к северу трехнефный айван, связанный с купольным тронным залом. В планировке акцентирована ось, основные массы уравновешены, но полной симметрии нет. Омейядские дворцы Ирака отличались от замков Сирии более сложным планом и наличием внешнего двора, где размещались жилища челяди, склады, гарнизон и т. п.
 
В новоотстроенных городах Ирака арабы первое время обходились без мечетей. В Басре пространство для молитвы под открытым небом было обнесено лишь камы-
 
 
—стр. 31—
 
шевой изгородью. В Куфе территория первой мечети (638 г.) была, как сообщают письменные источники, «намечена полетом стрелы из центра на четыре стороны»; получившийся квадрат шириной в два полета стрелы затем окружили рвом, а со стороны киблы, т. е. с юга, на всю ширину построили навес, для которого за 10 км из Хиры привезли мраморные колонны. Только в 60-х годах, в связи с большим политическим значением мечетей, начинается их расширение и украшение, появляются большие пятинефные залы. Куфинская мечеть в 670 г. была перестроена местными каменщиками, поставившими колонны из каменных пустотелых барабанов, проложенных свинцом и скрепленных железными скобами. Главная городская мечеть всегда примыкала вплотную к стенам дворца.
 
 
 

АРХИТЕКТУРА АББАСИДСКОГО ХАЛИФАТА

 
К середине VIII в. власть Омейядов была расшатана народными волнениями в покоренных странах. В 750 г. утвердилась новая династия Аббасидов (потомков дяди пророка — Аббаса), скорее мусульманская в широком смысле слова, чем арабская. Возведенные на престол в результате шиитской пропаганды и восстаний в Хорасане, Аббасиды придерживались во взглядах и политике иранской ориентации, к управлению государством привлекались министры иранского происхождения. Арабская и иранская культура образовали сложный синтез. Восточная ориентация Аббасидов выразилась в перемещении политического центра на берега Тигра, где возникла новая столица Багдад. Границы халифата при Аббасидах сжимаются: со второй половины VIII в. Египет, а с IX в. Магриб становятся фактически самостоятельными, отпадают восточные владения, и с X—XI вв. государство занимает только территорию Двуречья. Золотым веком аббасидского халифата было правление первых трех халифов этой династии — Мансура, Харуна ар-Рашида и Мамуна, когда возводились величавые здания, расцветало изобразительное искусство, ремесла, поэзия.
 
 
Багдад. Схематический план
9. Багдад. Схематический план
А — круглый город 766—941 гг. с дворцом в центре; Б — пригород Карх; В — Багдад с 1095 г. Ворота: 1 — Баб ал-Муазем, 2 — Баб ал-Вастани, 3 — Баб ал-Халаба или Ворота талисмана, 4 — Баб ал-Шарки, 5 — дворец Аббасидов, 6 — медресе Мустансирия, 7 — минарет Сук ал-Газаль, 8 — мавзолей шейха ас-Сухраварди, 9 — хан Ортма, 10 — мечеть — усыпальница Гайлани (1515 г.), 11 — мавзолей Зубейды, 12 — мечеть — усыпальница Мааруфа ал-Кархи (1215 г., перестроена в XVIII—XIX вв.)
 
 
Архитектура, продолжая достижения зодчества омейядского периода, по-прежнему тесно связана с местной традицией. Планировка новой столицы следует сасанидским образцам. Багдад, заложенный Мансуром на западном берегу Тигра, неподалеку от Ктесифона, по круглому плану, достигал в поперечнике 2,5 км (рис. 9). По словам арабских авторов, среди города стоял дворец со сводчатым айваном, подводившим к тронному залу под высоким зеленым куполом—отсюда название Куббат ал-Хадра. Есть основания думать, что композиция здания отвечала принципам сасанидского дворцового строительства, четко выявленным уже во дворце Куфы. Размеры дворца были 400 локтей, к нему примыкала мечеть 200 локтей шириной. Дворцовый ансамбль отделялся от жилых кварталов круглой стеной. Двойная внешняя городская стена была прорезана четырьмя воротами и укреплена 112 башня-
 
 
—стр. 32—
 
ми — по 28 между воротами. К югу от города вырос пригород Карх, тоже обведенный стеной. Багдад — значительный культурный и экономический центр средневекового Востока, средоточие наук и искусства, составлял славу и гордость мусульманского мира. Он назывался Мадинат ас-Салам — «город мира». Закончив в 766 г. постройку столицы, Мансур приступил к строительству загородного дворца и мечети на восточном берегу реки; это место получило название Русафа.
 
Раннеаббасидский замок Ухайдир (около 778 г.) в пустыне, в 200 км южнее Багдада, и поныне высоко поднимает свои стены, выведенные из грубоотесанного известняка на гипсовом растворе. Это одна из самых впечатляющих руин (рис. 10). Бросается в глаза сходство плана с дворцовым ансамблем Куфы, которому он не уступает в размерах. Прямоугольный комплекс построек окружен крепостными стенами и примыкает к ним с севера (внешняя ограда 175×169 м, внутренняя — 112×82). Но здесь в отличие от Куфы было четверо ворот. Внешние стены, сохранившиеся до 17 м высоты, первоначально достигали 19 м. По верху стен шла сводчатая галерея для стрелков со щелями для навесного боя, прорезанными в толще фасадных арок (на этом уровне ширина стен достигает 4,6 м). Над воротами закреплялась опускная решетка, а покрытие из раздельных арок позволяло лить на неприятеля расплавленный свинец и кипящее масло. По обе стороны ворот ведут на галерею лестницы. Дворцовый ансамбль в основе симметричен. Глазная его часть — парадный двор 32,7×27 м, окруженный слепыми аркадами на полуколоннах. Сюда ведет от северных ворот сводчатый зал-вестибюль 15,5×7 м, самое большое помещение ансамбля; свод его опирался на апсидальные ниши. Распор свода уравновешивали поперечные сводчатые комнаты в три яруса, в остальном постройки дворца одноэтажны. На южной стороне двора расположен аудиенц-зал в виде сводчатого айвана с примыкающим квадратным, тоже сводчатым залом и серией комнат по обе стороны. Официальную группу замыкает со всех сторон коридор протяжением 70,82×31,2 м. Жилые помещения разбиты вокруг четырех малых дворов с портиками и айванами. С запада к вестибюлю примыкала мечеть с арочной галереей по трем сторонам двора. Арки портиков опирались на круглые столбы.
 
 
10. Замок Ухайдир, VIII в. План, разрез по вестибюлю
 
10. Замок Ухайдир, VIII в. План, разрез по вестибюлю
10. Замок Ухайдир, VIII в. План, разрез по вестибюлю
 
 
Все помещения были покрыты сводами, составлявшими одновременно конструкцию и украшение дворца. Особенно изысканны формы сводов двух комнат к западу от главного айвана — расчлененная попереч-
 
 
—стр. 33—
 
ными арками оболочка свода была оформлена рубчатой стуковой фактурой и геометрическими кассетами вдоль шелыги; свод единственного нефа мечети завершался по торцам рубчатыми полукуполами на таких же тромпах. Конхи арок большого двора были выполнены узорной кладкой из обожженного кирпича. Формы Ухайдира — прямое продолжение сасанидских: интерьер вестибюля находит ближайшую параллель в сервистанском дворце, арки на парных колонках северного дворового фасада и вестибюля напоминают детали дворца в Ктесифоне.
 
 
11. Самарра. Дворцовый комплекс Джаусак, IX в. План
11. Самарра. Дворцовый комплекс Джаусак, IX в. План
 
 
Волнения среди турецких наемников побудили Халифа Мутасима покинуть Багдад и основать в 736 г. южнее новую столицу Самарру. Мутасим собрал мастеров со всей страны и разослал гонцов за мрамором и деревом в Басру, Латакию, Александрию. Будучи последовательно резиденцией нескольких халифов, Самарра строилась разновременно и лишена какого-либо планировочного единства. Отдельные группы дворцовых построек с мечетями и прилегающими жилыми кварталами тянулись узкой полосой вдоль обрывистого восточного берега Тигра на 33 км, не превышая в ширину 2 км. Ядро города составляет самый ранний средний район, где дворец Мутасима Джаусак занимает 175 га (рис. 11). Грандиозный комплекс неправильных очертаний заключал официальную часть, гарем, сокровищницы, казармы, бани, крытые цистерны, площадку для поло, сады и павильоны. Тронный зал крестообразного плана венчал высокий купол. Дворец выходил к реке трехайванным входом Баб-ал-Амма, откуда сбегали к воде ступени широкой лестницы. Средняя арка айвана была высотой 11,1 м. Помещения дворца оживляла обильная орнаментальная и
 
 
—стр. 34—
 
сюжетная живопись, резной стук стилизованных растительных мотивов, местами изобразительные рельефы — фриз идущих верблюдов над входом цистерны (рис. 12), резное дерево. Тематика живописи типична для придворного искусства средневекового Востока: сцены охоты, фигуры всадников и танцовщиц, вкомпонованные в завитки орнамента и фризы, изображения зверей и птиц.
 
 
12. Самарра. Джаусак, фрагмент резного стукового фриза
12. Самарра. Джаусак, фрагмент резного стукового фриза
 
 
К югу от дворца стояла Большая мечеть, построенная халифом Мутаваккилем (847—861 гг.). Прямоугольная в плане, обнесенная стенами толщиной до 2,65 м из обожженного кирпича, она превосходила своими размерами (240×156 м) все мечети мусульманского мира (рис. 13). Двор окружали галереи с балочным потолком на кирпичных пилонах восьмиугольного сечения с угловыми колонками из мрамора и гранита. Число опор было 464. Высота до балок составляла 10,35 м. Стены покрывала мозаика, рисунок которой выделялся на золотом фоне; с нею контрастировала белизна резного по стуку михраба. Извне стены между полукруглых башен венчал фриз, разбитый на квадратные кассеты; с южной стороны над ним были прорезаны по числу нефов 24 арки. В плаче появилась характерная черта: помимо внутреннего обнесенного галереями двора мечеть окружал с трех сторон внешний двор зиада (эта особенность перенесена, видимо, из дворцовой архитектуры). Отдельно от мечети против северной ее стены высился на квадратном цоколе минарет ал-Мальвия с внешним спиральным ходом. Здесь в своеобразных формах возродилась традиция зиггурата.
 
 
13. Самарра. Мечеть Мутаваккиля, 847—861 гг. Минарет ал-Мальвия, план 13. Самарра. Мечеть Мутаваккиля, 847—861 гг. Минарет ал-Мальвия, план
13. Самарра. Мечеть Мутаваккиля, 847—861 гг. Минарет ал-Мальвия, план
 
 
В южном конце города располагался дворец халифа Мутазза — Балькувара (между 849 и 859 гг.). Этот ансамбль отличается от Джаусака геометрическим рисунком плана, но по масштабам уступает ему лишь немного (рис. 14). Квадрат стен
 
 
—стр. 35—
 
1250×1250 м укреплен башнями. Для того чтобы попасть в тронный зал, нужно было миновать три двора и трое ворот. Крестообразный зал стоял на верхней точке рельефа, и через арки открывались великолепные перспективы на четыре стороны горизонта. По другую сторону зала лежал сад, опускавшийся к реке с пристанью. Трехарочные фасады зала покрывали стеклянные мозаики с растительным узором по золотому полю, двери были украшены росписью и позолотой; в интерьере над стуковой панелью поднимались фигурные ниши в обрамлении из перлов, окна прикрывали решетки с цветным стеклом. По обе стороны зала теснились жилые постройки, разбитые по стандартной сетке и разделенные на кварталы. В остальных дворах, почти не застроенных, размещался гарнизон. Деление плана на три полосы сближает Балькувару с Мшаттой, но масштабы строительства неизмеримо выросли — дворец Мутазза превосходит Мшатту по площади более чем в 17 раз. Это целый город с улицами, рынком, мечетями и банями.
 
Севернее Джаусака выделены стенами два обособленных поселения. Одно из них — «Старый Багдад» — было обнесено стеной из глины с галечником. Стены образовывали четырехугольник длиной до 1 км, шириной 500 и 250—300 м, где теснились дома из камня и обожженного кирпича. Самый северный район сложился вокруг дворца халифа Мутаваккиля; тут находилась построенная из сырца мечеть Абу Дулаф (860—861 гг.) с минаретом, повторяющим в миниатюре формы ал-Мальвии. Ее аркады опирались на прямоугольные пилоны.
 
Плоскокровельные одноэтажные жилые дома с замкнутым двором; куда выходили айваны, украшались резным стуком (рис. 15). В стуковом орнаменте Самарры различаются три стиля: для первого характерен мотив виноградной лозы, для второго — розетки с заполнением растительного узора, для третьего — техника отливки в формы и слабый рельеф.
 
Некоторые постройки стояли на западном берегу. Куббат ас-Сулайбия, усыпальница халифа Мунтасира, стала первым мавзолеем мусульманского мира. Это был квадратный купольный зал, окруженный сводчатой галереей восьмиугольного обвода. Поперечник здания достигал 18,21 м. Укрепления замка Каср ал-Ашик (878—882 гг.) площадью 139,8×93,2 м с башнями обычного типа обведены рвом. С севера выступает предвратное сооружение, где был деревянный подъемный мост. Стены между башнями увенчаны аркатурой с фестончатыми арочками. Обе постройки сложены из блоков искусственного камня (глина, кварц и гипс).
 
 
14. Самарра. Дворец Балькувара, 849—859 гг. План внутренней части.
14. Самарра. Дворец Балькувара, 849—859 гг. План внутренней части.
 
 
Образование Самарры, города-резиденции, было искусственным, и расцвет ее оказался недолгим. Город опустел и превратился в руины после того, как уже в 892 г. правители вернулись в Багдад. В обширном и неоднородном государстве Аббасидов к тому времени обнаружились признаки распада. Власть халифов, окруженных то тюркскими, то иранскими наемниками, угасала. Архитектура между тем впитывала поступавшие с востока новые идеи.
 
 
—стр. 36—
 
15. Самарра. Резной стук из жилых домов
15. Самарра. Резной стук из жилых домов
 
 
16. Багдад. Дворец Аббасидов, XII в. План
16. Багдад. Дворец Аббасидов, XII в. План
 
 
После того, как Багдад пострадал от наводнения 941 г., быстро растет значение восточного берега — Русафы. Круглый город между тем заброшен и ныне известен лишь по письменным источникам. Восточный Багдад, связанный с западным берегом наплавными мостами и обнесенный в 1095 г. стеной с десятью круглыми башнями, принял форму вытянутого вдоль реки четырехугольника площадью 340 га. К настоящему времени стены снесены и единственные уцелевшие ворота Баб ал-Вастани (1221 г.) используются под музей оружия. Эта круглая башня с восьмиугольным внутренним помещением стояла среди наполненного водой рва, соединяясь крытыми мостами с городской стеной и противоположным берегом. Разбитые вокруг двора помещения дворца XIII в. с фигурной кладкой из обожженного кирпича, резной терракотой и сталактитовыми куполами реставрированы и заняты под музей древностей (рис. 16). В 1227—1232 гг. построено огромное двухэтажное медресе Мустансирия с великолепной библиотекой, госпиталем и банями. Его отличают вытянутые пропорции плана, при которых оказалось целесообразным группировать по три портала на длинных сторонах двора (рис. 17); изысканный декор в айванах и тимпанах арок образован геометрическим плетением выступающего ребром кирпича, причем звездчатые и полигональные фигуры узора заполнялись плитками резной терракоты. Минареты, как и в Иране, имеют круглый ствол с декором из обожженного кирпича и терракоты. Среди города стоит минарет Сук ал-Газаль (1279 г., мечеть X в. перестроена в XVIII в.); его ствол с плоско выведенным из кирпича геометрическим узором завершался венцом в 5—6 рядов сталактитов (сильно разрушены). С XIII в. в Ираке распространился тип мавзолея с высоким ячеистым куполом — таков мавзолей Зубейды, по преданию усыпальница жены Харуна ар-Рашида (рис. 18). Восьмигранный объем здания расчленен поясами и лопат-
 
 
—стр. 37—
 
ками на поля с нишами в нижнем ярусе и квадратными орнаментальными панно в верхнем; узорная кирпичная кладка включает резные терракотовые плитки. Над зданием парит высокий конический ячеистый купол с тонкой оболочкой. Таким же, но еще более стройным куполом увенчан мавзолей шейха ас-Сухраварди (1234 г.).
 
 
17. Багдад. Медресе Мустансирия, 1227—1232 гг. План
17. Багдад. Медресе Мустансирия, 1227—1232 гг. План
 
 
В XII—XIII вв. достиг расцвета Мосул, главный пункт на большом караванном пути из Европы в Индию. Город, разбросанный по склону холмов на правом берегу Тигра, в средние века занимал до 3 км². Он был обнесен каменной стеной, которая образовывала на западе полукруг и неправильную линию со стороны реки. Еще и поныне сохраняются ворота Баб ал-Имади, Баб ал-Джадид, Баб ал-Лакиш; над воротами Баб ас-Синджар, ныне несуществующими, прежде были вставлены плиты с высеченными в камне барельефами зверей. К юго-востоку от Мосула разрастался пригород.
 
 
18. Багдад. Мавзолей Зубейды, XIII в. Разрез сталактитового купола, план
18. Багдад. Мавзолей Зубейды, XIII в. Разрез сталактитового купола, план
 
 
В центре города стоит каменная главная мечеть ал-Джами ал-Кабир, или ан-Нури. В первоначальном варианте (1148 г.) она представляла, видимо, зал с куполами и сводами на пилонах. В 1170—1172 гг. мечеть была перестроена в форме вытянутого в широтном направлении зала, при этом здание уменьшилось в размерах (65×16 м), а плоские потолки легли на те же пилоны квадратного сечения с алебастровыми трехчетвертными колоннами по сторонам с лировидными капителями (рис. 19). Михраб украшен резьбой по стуку. Различаются еще четыре ремонтных периода: 1233—1259 гг. (к этому времени относится пирамидальный купол перед михрабом); 1466—1478 гг.; 1640 г.; 1844 г. Перед залом отгорожено пространство, на внешней стороне которого стоит резной из камня-алебастра михраб XIII в. На северо-западном углу большого двора высится минарет 1148 г. Опоясанный семью рядами рельефного кирпичного узора, он стоит на орнаментированном квадратном цоколе и,
 
 
—стр. 38—
 
в противоположность приземистым багдадским минаретам, необыкновенно строен, достигая высоты 45 м (рис. 20).
 
 
Мосул. Мечеть ан-Нури, 1148 г. с перестройками. План
19. Мосул. Мечеть ан-Нури, 1148 г. с перестройками. План
1 — мечеть; 2 — остатки старых пилонов; 3 — внешний михраб; 4 — фонтан;
5 — минарет. Капитель колонны
 
 
От обширного каменного дворца Кара-Сарай (1233 г.) уцелела на берегу Тигра лишь торцовая стена трех сводчатых помещений со следами второго этажа, где потолки были плоские; под пятами сводов тянулся прекрасный стуковый фриз-аркатура с поясными человеческими фигурами в арочках и птицами в тимпанах, растительным орнаментом и лентой надписи.
 
Два кирпичных мавзолея XIII в. покрыты шатровыми куполами. Машхад (гробница) имама Ибн ал-Касима квадратного плана. Главный и обращенный к реке западный фасады отмечены панно резной и поливной терракоты (геометрический узор с растительным заполнением), вход прикрыт портиком в три арки на колоннах. Стены завершаются поясом резного по алебастру куфического письма. Помещение 7,12×7,12 м украшают резные по алебастру высокого рельефа панель, вставки на стенах растительного орнамента и резной деревянный кенотаф; купол оформляют внутри сталактиты. Кубический объем машхада Аун ад-Дин завершается фризом геометрического узора и полуразрушенной надписью, выложенной из кирпича (рис. 21). Две двери обрамлены резными каменными наличниками: первый (XIII в.) с полосой надписи, второй (1727 г.) кроме надписи содержит мотив арочек и растительный узор (в этом проеме навешена окованная железом дверь с накладным геометрическим орнаментом).
 
 
20. Мосул. Минарет мечети ал-Джами ал-Кабир. XII в.
20. Мосул. Минарет мечети ал-Джами ал-Кабир. XII в.
 
 
При Аббасидах на севере Ирака существовали христианские общины, которые строили церкви, монастыри и капеллы. Ряд таких сооружений сохранился и поныне. Любопытна длинная сводчатая постройка X в.
 
 
—стр. 39—
 
Мар Тахмазгерд в Киркуке. Это был предположительно «мартирион» — гробница мучеников (рис. 22). Глубокие стеновые ниши со сводами на парных полуколоннах напоминают конструкции дворцового зала Сервистана (см. ВИА т. I). К залу Мар Тахмазгерда примыкает квадратная капелла Маккабеер с монастырским сводом; ее алтарь оформлен арками на двух колоннах. Среди каменных церквей Мосула выделяется Мар-Ахуддемех, XII в., с тремя сводчатыми нефами на пилонах, ребристым куполом над алтарной частью и богатым резным орнаментом иконостаса вокруг барельефного изображения девы Марии; над входом высечены по камню сюжеты из библей-
 
 
21. Мосул. Мавзолей Аун ад-Дин, XIII в. Общий вид, оформление входа 21. Мосул. Мавзолей Аун ад-Дин, XIII в. Общий вид, оформление входа
21. Мосул. Мавзолей Аун ад-Дин, XIII в. Общий вид, оформление входа
 
 
22. Киркук. Церковь-усыпальница Мар Тахмазгерд X в. Разрез, план
22. Киркук. Церковь-усыпальница Мар Тахмазгерд X в. Разрез, план
 
 
—стр. 40—
 
ских сказаний (рис. 23). Базиликальный план характерен для мосульских церквей XII—XIII вв., так же как и примыкающий сбоку небольшой двор.
 
 
23. Мосул. Церковь Мар Ахуддемех, XII в. План, деталь входа 23. Мосул. Церковь Мар Ахуддемех, XII в. План, деталь входа
23. Мосул. Церковь Мар Ахуддемех, XII в. План, деталь входа
 
 
В 1258 г. монгольское нашествие положило конец халифату Аббасидов.
 

 


27 июня 2017, 18:25 0 комментариев

Добавить комментарий

Партнёры
Алюмдизайн СПб
СОЦГОРОД
АО «Прикампромпроект»
Pine House Corporation
Копировальный центр «Пушкинский»
Компания «Вентана»
Джут