наверх
 
Удмуртская Республика


Архитектура Южной и Западной Руси в XII—XIII веках

Архитектура Восточной Европы. Средние века Глава 10. АРХИТЕКТУРА ЮЖНОЙ И ЗАПАДНОЙ РУСИ В XII—XIII вв. / Ю. С. Асеев
 
 
Всеобщая история архитектуры в 12 томах / Государственный комитет по гражданскому строительству и архитектуре при Госстрое СССР, Научно-исследовательский институт теории, истории и перспективных проблем советской архитектуры. — Ленинград ; Москва : Издательство литературы по строительству, 1966—1977.
 
 

АРХИТЕКТУРА ЮЖНОЙ И ЗАПАДНОЙ РУСИ В XII—XIII вв.

 
 
—стр. 562—
 

I. АРХИТЕКТУРА ПРИДНЕПРОВЬЯ В XII — НАЧАЛЕ XIII в.

 
Со второй четверти XII в. начался новый период в истории древнерусского зодчества. Еще во второй половине XI в. в отдельных областях древней Руси сложились свои экономические и политические центры. Рост производительных сил обусловливал интенсивное развитие ремесленного производства и торговли, а это в свою очередь вело к быстрому росту древнерусских городов. С изменением исторических условий перемещались старые торговые пути. Большой путь «из варяг в греки» — с севера на юг — постепенно терял свое значение. Зато особенно оживленными становились пути, которые вели на запад, юго-запад и северо-запад, а также пути на восток и на Кавказ. С перемещением торговых путей нередко теряли значение старые, возникали и росли новые города, ремесленные и торговые поселения.
 
Экономический и политический рост областей древней Руси сопровождался все углублявшимся процессом феодального раздробления страны. В XII в. этот процесс был особенно интенсивным в центральных землях древней Руси — Киевской, Переяславской, Черниговской и Смоленской.
 
С 30-х годов XII столетия значение Киева как общерусского политического и культурного центра значительно упало. После смерти Мстислава Владимировича (1132 г.) Киев часто переходил из рук в руки. За власть над Киевом, который продолжал оставаться крупнейшим на Руси торговым, ремесленным и культурным центром, где были сосредоточены огромные богатства, шла жестокая борьба между княжескими династиями Ольговичей и Мономаховичей. Киев неоднократно громили и предавали огню войска князей-претендентов, приводивших нередко с собой и орды степняков-половцев. В результате военных действий Киев часто опустошали пожары. Сама Киевская земля дробилась на отдельные уделы-вотчины. Так, например, даже пригородная киевская крепость Вышгород иногда превращалась в резиденцию отдельного князя.
 
В XII в. в Киевской земле продолжался рост городов. Возникли многочисленные мелкие феодальные центры и крепости — Канев, Богуслав и др. В связи с изменением исторических условий теряли свое значение такие старые города, как Белгород, Юрьев, Витичев, Искоростень. В Переяславской земле, для которой XII в. был временем крайне неспокойным в связи с усилившимся натиском степных кочевников, велось крупное оборонительное строительство вдоль р. Сулы, где были сооружены крепости Воинь, Горшин, Лубен и др.
 
Весьма значительным был рост городов в XII в. в Черниговской и Смоленской землях. Роль Чернигова и Смоленска в политической и экономической жизни Приднепровья была в XII в. очень велика. Чернигов в это время стал центром большого феодального княжества, владения которого простирались от Днепра до Дона и от вятических лесов до южных степей. Черни-
 
 
—стр. 563—
 
говские князья претендовали на главенствующую роль в Приднепровье, им не раз удавалось захватывать Киев и иногда подолгу удерживать его за собой. В Черниговской земле в XII в. появились многочисленные новые города — Вщиж, Кром, Козельск, Гомий и др. Под протекторатом Чернигова находились княжества Муромо-Рязанское и Новгород-Северское, где в XII в. возникли города Путивль, Глухов, Севск, Трубеч.
 
Смоленск — один из древнейших городов Восточной Европы — был в XII в., наряду с Киевом и Черниговым, крупнейшим центром Приднепровья. В Смоленске перекрещивались важнейшие торговые пути с юга на север и с востока на запад, так как он находился почти в геометрическом центре древнерусских земель. Тут были важнейшие волоки, соединявшие бассейны Днепра, Западной Двины и Волги. Отсюда через Ловать шел путь на Новгород, древний путь «из варяг в греки». Большое значение для древнерусского зодчества XII в. имели пути на запад, шедшие через Смоленск. На водных путях в Смоленской земле возникли многочисленные города — Торопец, Дорогобуж, Вязьма, Кричев, Орша, Лугин, Ельна и др. Процесс роста древнерусских городов стал особенно интенсивным в последней четверти XII в.
 
 

1. СТРОИТЕЛЬНАЯ ТЕХНИКА

 
Быстрое развитие ремесленного производства в древнерусских городах XII в. способствовало развитию строительной техники. Строительные ремесла продолжали выделяться в отдельные отрасли. Артельная форма труда строителей становилась все более распространенной. Одновременно со свободными городскими ремесленниками на строительстве работали и мастера, находившиеся в феодальной зависимости от князя, боярина, церкви.
 
Характерной особенностью древнерусской строительной техники в XII в. был переход на местные строительные материалы. В Преднепровье, где вблизи крупных городов не было месторождений камня, основным материалом каменного строительства стал кирпич. В связи с этим здесь повсеместно развивалась техника кирпичной кладки; смешанный способ кладки, характерный для строительства эпохи древнерусского государства, исчезает. Кирпичная, так называемая равнослойная, порядовая, кладка («opus isodos») велась рядами кирпича-плинфы на известковом с примесью цемянки растворе. Швы раствора достигали 2—3 см при толщине кирпича 4—5 см. Стены зданий не штукатурились (иногда местами затирались тонким слоем раствора), швы раствора подрезались кантами, подчеркивавшими фактуру кирпичных стен и создававшими определенный художественный эффект.
 
Переход на новую технику строительства повлек за собой интенсивное развитие керамического производства, а в области архитектурного творчества — применение разнообразных конструктивных и декоративных керамических деталей и украшений: кронштейнов, лекальных частей аркатуры, фигурных кирпичей для поребрика, полуколонн и профилированных пилястр, керамических поливных плиток различной формы и размеров для полов и др.
 
С развитием техники кирпичной кладки появляются и новые связанные с ней конструкции. К этому времени относится ряд достижений киевских мастеров в технике строительства: введение определенных правил перевязки швов кладки и употребление кирпича различных размеров, освоение техники кладки крестовых сводов, применение многочисленных типов керамических деталей. Вместе с тем качество кирпича киевских построек несколько ухудшается, равно как ухудшается и тщательность их кладки, в отличие от исключительно мастерской кладки черниговских построек этого времени.
 
Техника кладки и строительные приемы (крестовые своды, кладка лекальных деталей и др.) древнерусских мастеров Приднепровья несомненно обнаруживают их знакомство со строительной техникой романского, а позднее и готического зодчества Центральной Европы. Постепенно забываются византийские традиции, как, например, смешанная кладка, которая в Приднепровье после первой четверти XII в. известна как декоративный прием лишь в одном памятнике — Михаило-Архангельской (Свирской) церкви в Смоленске.
 
 
—стр. 564—
 

2. ГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВО

 
В застройке древнерусских городов Приднепровья XII в. развиваются традиции градостроительства древнерусского государства, но вместе с тем наблюдается и ряд новых отличительных черт.
 
В Киеве сложная историческая обстановка не способствовала большим строительным работам, хотя по-прежнему каждый князь старался построить свой «вотчий» монастырь, свой феодальный двор, как в городе, так и в его окрестностях. Помимо князя строительство в Киеве теперь ведут бояре, монастыри, торговые люди. Так, под 1147 г. летопись упоминает Михайловскую божницу на Подоле, построенную новгородскими купцами. В XII в. в Киеве застраиваются посады, «концы», Подол, Козырев конец, Щековица и др. Особенно интенсивно идет строительство на Подоле. Там строят купеческие подворья, склады товаров, жилища и мастерские ремесленников. В XII в. летопись упоминает о строительстве ряда дворов на Подоле.
 
На «горе», в старом городе, продолжается строительство княжьих и боярских дворов и монастырей, однако масштаб их значительно меньше, чем прежде. Княжьи и боярские дворы приобретают характер городской феодальной усадьбы, находящейся во владении того или иного княжеского или боярского рода. В летописи упоминаются в XII в. (помимо старых) в Киеве княжеские дворы — Мстиславов, Красный, Новый, загородные дворы — «под Угорским», «Красный» и «Рай» за Днепром, боярские дворы — Глебов, Бориславов, Радиславов. В характере княжьих дворов в XII в. наблюдаются существенные изменения. Так, в XII в. прекращается строительство княжеских гридниц, столь характерных для X—XI вв. Княжеские приемы происходят «на сенях» княжеских хором.
 
Жилища горожан и городская застройка Киева мало изменились по сравнению с предшествующим временем. По-прежнему массовым типом жилища ремесленного люда остается однокомнатная полуземлянка с глинобитными стенами и двускатной крышей. Правда, здесь следует оговориться, что полуземляночные-жилища лучше изучены в связи с тем, что они после пожара дают достаточно данных для их исследования, в то время как наземные деревянные постройки сгорали почти без следа. Как можно предполагать, жилища более зажиточных ремесленников, купцов, дружинников были многокомнатными и, возможно, двух- и трехэтажными. Остатки многокомнатного жилого дома XII—XIII вв. были найдены на Подоле. В двух полуземляночных жилищах, разрушенных во время татаро-монгольского нашествия в 1240 г., были обнаружены печи, сложенные из брускового кирпича с желобками. Это самый ранний известный случай применения нового типа кирпичей, который стал характерным для зодчества Украины, Белоруссии и Литвы XIV—XVII столетий.
 
Интенсивно застраивался второй крупнейший город Приднепровья — Чернигов. В XII в. он значительно разросся, застроились Окольный город, Третяк и Предградье. На окраинах Чернигова, как и в Киеве, велось строительство в монастырях, — Елецком на западной окраине города, Ильинском — на Болдиных горах. Черниговские князья продолжали строительство храмов и дворцов в детинце. О черниговских дворцах нередко упоминают летописи. Неподалеку от Спасского собора были обнаружены раскопками остатки дворцовых сооружений XII в.
 
Строительство княжеских и боярских дворов и церквей шло не только в Чернигове, но и в многочисленных городах Северской и Муромо-Рязанской земель, которые были центрами небольших княжеств, но находились в политической зависимости от Чернигова (Новгород-Северский, Путивль, Курск, Трубчевск, Рязань и др.). Все эти города были укреплены валами, стенами и рвами. В них возникли свои административные центры.
 
Яркую картину небольшого удельного городка Черниговского княжества дало исследованное Б. А. Рыбаковым Вщижское городище, расположенное на мысу высокого берега Десны (в 50 км выше Брянска). В середине XII в. Вщиж, бывший небольшой княжеской усадьбой, стал резиденцией мелкого удельного князя. В это время произошли значительное расширение городского центра и укрепление города новыми оборонительными сооружениями. Вщижский детинец занимал территорию 1,2 га,
 
 
—стр. 565—
 
городской посад — около 2,7 га. Город был обнесен деревянными стенами, рубленными «городнями» (размер клети 3×5 м), с восьмигранными башнями на углах. Высокая многоугольная в плане башня-донжон стояла по середине детинца. Возможно, что при строительстве вщижских укреплений строители применили новую технику оборонительного зодчества, рассчитанную на арбалетный бой (шестеренка крепостного арбалета — «коловоротного самострела» — была найдена во время раскопок). Для новой оборонительной техники были необходимы высокие башни с большим радиусом обстрела. Перед башней-донжоном посреди замковой площади находились коновязи (очевидно, это было место сбора дружины), а вокруг площади стояли дома. Внутренний вал и ров отделяли детинец от посада. Неподалеку от этого вала был княжеский дворец. В центре посада, возможно на торговой площади, находилась церковь.
 
Раскопки Вщижа дали интересные данные о древнерусском жилище того времени. Все вщижские дома были наземные, рубленые, как правило, двух- (и более) частные. Дома княжеской и боярской челяди в детинце представляли собой узкие прижатые друг к другу двухчастные избы с сенями, обращенными к площади. Во втором типе двухчастных домов (дом на посаде) вход находился с длинной стороны. Обнаруженный раскопками большой княжеский или боярский дом был двухэтажным и имел в средней части высокий терем, крыша которого была обита медными листами (традиция «златоверхих теремов»). Фасад этого дома имел 14 м в длину. Все дома имели внутри печи, фундаменты которых устанавливались на деревянных срубах. Особый интерес представляют дымоходы этих печей, впервые обнаруженные в древнерусском зодчестве. Они были сложены из прямоугольных и треугольных кирпичей на глиняном растворе и выведены над кровлями домов. Как и множество других древнерусских городов, Вщиж погиб в 1238 г. во время татарского нашествия.
 
Важные материалы о древнерусском градостроительстве дали исследования Старой Рязани. В XII в. Рязань была одним из крупнейших городов древней Руси. Географическое положение города, связанного водными путями с бассейнами Волги и Дона, способствовало развитию в нем ремесел и торговли. Городище Старой Рязани (в 50 км от современного города Рязань) стоит на высоком правом берегу Оки. Мощные валы окружают обширное плато, на котором располагался город, занимавший площадь до 50 га. На широком мысу, с северной стороны городища, размещался детинец площадью 7,6 га. В XII в. городской центр находился уже в разросшемся Окольном городе на южной стороне городища, а бывший детинец заселялся ремесленниками.
 
Основная застройка города состояла из наземных срубных домов или каркасных (с плетневым с глиняной обмазкой либо деревянным заполнением) полуземлянок.
 
Дома Старой Рязани имели деревянные полы и глинобитные печи, в большинстве четырехгранной формы, поставленные на бревенчатых платформах. Обычно печи располагались по середине избы.
 
Менее других городов изучена древняя застройка Смоленска, хотя многочисленные остатки каменных сооружений XII в., намного превышающие количество известных нам каменных зданий в других древнерусских городах, свидетельствуют об очень интенсивной градостроительной деятельности в Смоленске в XII в. Смоленск расположен на холмистом левом берегу Днепра. Город занимал обширную территорию на сильно пересеченной местности. Центр городского посада находился у подножья Соборного холма, невдалеке от днепровского берега. Туда сходилось несколько древних улиц, еще с XI в. мощенных деревянными мостовыми. В этом районе находилась торговая площадь. Княжий двор, как предполагают, находился на Вознесенской горе внутри города. По соседству находится Соборная гора, где в 1101—1103 гг. Владимир Мономах построил Успенский собор.
 
Во второй четверти XII в. Смоленск стал центром самостоятельного княжества, достигшего расцвета в правление князя Ростислава Мстиславича (1127—1159). В это время были осуществлены обширные градостроительные работы. В 1136 г. был сооружен смоленский епископский двор, а также возведены новые городские укрепления. Сильно застроились низкие части, где рас-
 
 
—стр. 566—
 
положились торгово-ремесленные посады — Пятницкий и Крылошевский концы. Особенно интенсивно была застроена торговая слобода в Заднепровье — «Купеческая сотня» на Тетеревнике. Под городом возникли многочисленные монастыри — Борисоглебский, Троицкий, Печерский и другие. Вокруг города появились княжеские и епископские вотчинные усадьбы и села.
 
В середине XII в. смоленские князья основали свою резиденцию за городом, на Смядынском холме на западной окраине Смоленска. Обширная территория Смядыни, включавшая кроме княжеской резиденции Спасский, Космодемьянский и Борисоглебский монастыри, была также обнесена укреплениями. Некоторые из монастырей имели каменные ограды. Во многих местах низменной части города, в частности, на торгово-ремесленных концах — Пятницком и Крылошевском, были найдены деревянные мостовые из бревен от 20 см в диаметре и более. К особенностям смоленской городской застройки XII в. следует отнести большое по сравнению с другими древнерусскими городами распространение каменного строительства.
 
 

3. ОБОРОНИТЕЛЬНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО

 
В XII в. оборонительное строительство Приднепровья претерпело значительные изменения. На смену государственным оборонительным линиям и крепостям, защищавшим границы русских земель, пришли многочисленные феодальные замки, охранявшие подступы к владениям того или иного князя (Городок Остерский на Десне, Городец под Киевом и др.). Отдельные вотчинные города укрепляются стенами, башнями, рвами с подъемными мостами (Вручай — Овруч). Укрепляются и торгово-ремесленные концы Киева. Так, под 1161 г. летопись сообщает: «Подолие загорожено бо бяше тогда столпием от горы оли до Днепра».
 
В 80-х годах XII в. вокруг Печерского монастыря были построены мощные кирпичные стены, толщина которых была равна 2 м при высоте до 5—6 м. По технике кладки эти стены значительно отличались от каменных стен XI в. митрополичьих дворов в Киеве и Переяславле. Они были значительно толще последних и состояли из двух параллельных кирпичных стен в одну плинфу с забуткой внутренней части стены известковым бетоном. Сооружение каменных стен Печерского монастыря является единственным известным до настоящего времени случаем возведения каменных оборонительных укреплений в Приднепровье в XII в.
 
 
1. План Райковецкого городища, XII—XIII вв.
1. План Райковецкого городища, XII—XIII вв.
 
 
Примерами небольших феодальных крепостей XII в. могут служить хорошо исследованные Райковецкое и Колодяженское городища, погибшие при татарском нашествии в 1241 г. Круглое в плане Райковецкое городище диаметром около 150 м было окружено деревянными клетями — «городнями», засыпанными землей, с откосами земли, образовывавшими валы, с заборолами, шедшими поверх деревянно-земляных стен (рис. 1). С внутренней стороны клети приспосабливались для хозяйственных нужд и жилья, вероятно, для размещения гарнизона. Деревянные стены обмазывались глиной для предупреждения пожара во время военных действий. Городище двумя кольцами опоясывают рвы. Подобными были укрепления крепостей Воинь, Вырь
 
 
—стр. 567—
 
и др. Очень интересны укрепления крепости Святополч-города с несколькими рядами стен, валов и рвов, террасами спускающихся к низу холма.
 
С XI—XII в. феодальные крепости, замки, усадьбы часто строят и без учета рельефа местности, причем их план имеет либо круглую (Городище у устья Трубежа, Кснятин на р. Суле, Мирополь на р. Случ), либо полукруглую (Вигуровщина под Киевом, Григоровка на Днепре) форму.
 
 

4. МОНУМЕНТАЛЬНАЯ АРХИТЕКТУРА ПРИДНЕПРОВЬЯ 30—80-х ГОДОВ XII в.

 
В монументальной каменной архитектуре Киевской, Черниговской и Смоленской земель в XII и XIII вв. прослеживаются два стилистических этапа. Первый охватывает период с 30-х до 80-х годов XII в. Второй этап, начавшийся в конце XII в., был прерван татаро-монгольским нашествием 1238—1240 гг. Стилистическое направление первого этапа сложилось в Приднепровье в 30-х годах XII в. Для всех земель Приднепровья оно характеризуется общими типами зданий, едиными методами строительства и очень близкими архитектурными формами. Локальные различия в этот период выражаются лишь в частных особенностях типа, форм и композиционных приемов.
 
Во всех землях Приднепровья (а также в XII в. и Волыни) для первого этапа характерен тип шестистолпного (а с середины XII в. и четырехстолпного) крестовокупольного храма, восходящего к типу собора Печерского монастыря в Киеве. Общей для всего Приднепровья чертой архитектуры этого времени является кирпичная техника строительства (равнослойная кладка). При разбивке плана здания на местности зодчие Приднепровья применяли одинаковый метод, в основе которого лежали определенные пропорциональные зависимости, выработанные еще в предшествующее время. Особенное распространение получила схема пропорциональных зависимостей шестистолпного крестовокупольного храма типа Успенского собора Печерского монастыря.
 
Архитектура приднепровских храмов этого времени проста и монументальна. Параллелепипед центрального объема завершается цилиндрическим барабаном с полусферическим куполом. Фасады зданий расчленены пилястрами с мощными полуколоннами, составляющими характерную черту всех этих сооружений. Глади стен членятся узкими окнами с полуциркульным завершением. Фасады скупо декорированы орнаментальными полосами аркатуры и поребрика.
 
Для архитектуры Приднепровья этого периода характерен также ряд черт, сближающих ее с романским зодчеством. Эти черты свойственны не только некоторым элементам архитектурных украшений (поребрик, аркатура, полуколонны на фасадах) и конструктивным приемам (крестовый свод), но и самому характеру зодчества этого этапа. Суровые монастырские соборы, княжеские дворцовые церкви феодальной Руси XII в. имеют много общего с феодальной архитектурой европейских стран, Византии, Балкан. Вместе с тем архитектура древней Руси XII в. и в типах зданий, и в строительной технике, и в композиционных приемах, развивающих традиции предшествующего периода, отличается глубокой самобытностью. Черты сходства древнерусского зодчества этого этапа с романской архитектурой можно объяснить не только тесными культурными связями с Западом, которые к этому времени установила древняя Русь, но и общностью исторических и социально-экономических условий.
 
Как следует предположить, новое стилистическое направление ранее всего сложилось в архитектуре Киева. Строительство каменных церквей велось в XII в. в Киеве не менее интенсивно, чем в предыдущее время. Летописи неоднократно упоминают об этом строительстве. Так, в 1121 г. была построена церковь Иоанна на Копыревом конце, в 1129 г. — Феодоров «вотчь» монастырь и др. Каменные церкви и соборы строились в это время в Каневе, Белгороде и других городах Киевской земли.
 
Первым известным нам памятником рассматриваемого стилистического направления была церковь Богородицы Пирогощи на Подоле (рис. 2). Церковь была заложена в 1132 г. князем Мстиславом Владимировичем; строительство ее было закончено
 
 
—стр. 568—
 
в 1136 г. Сведения летописи о начале и конце постройки храма дают возможность сделать вывод о том, что здания подобного типа строили на Руси за 3—4 строительных сезона. Размеры церкви Богородицы Пирогощи сравнительно невелики. По типу — это шестистолпный крестовокупольный трехапсидный храм с одной главой и узким нартексом. Фасады были расчленены пилястрами с полуколоннами. Никаких элементов декорации фасадов во время исследований памятника выявлено не было (церковь до наших дней не сохранилась). Фактура кирпичной кладки была подчеркнута аккуратной подрезкой швов. План здания несколько перекошен, что свидетельствует о несовершенных методах разбивки. Богородица Пирогоща — типичный храм торгово-ремесленного посада, не претендующий на большое значение в общем ансамбле города.
 
 
2. Церкви XII в. 1 — Киев. Церковь Богородицы Пирогощи, 1132—1336 гг.; 2 — Киев. Васильевская (Трехсвятительская) церковь, 1183 г.; 3 — Переяслав-Хмельницкий. Церковь в Окольном городе, XII в.
2. Церкви XII в.
1 — Киев. Церковь Богородицы Пирогощи, 1132—1336 гг.; 2 — Киев. Васильевская (Трехсвятительская) церковь, 1183 г.; 3 — Переяслав-Хмельницкий. Церковь в Окольном городе, XII в.
 
 
3. Церкви XII в. 1 — Канев. Юрьевская (Успенская) церковь, 1144 г. (реконструкция северного фасада и план); 2 — Киев. Кирилловская церковь, середина XII в. (западный фасад и план)
3. Церкви XII в.
1 — Канев. Юрьевская (Успенская) церковь, 1144 г. (реконструкция северного фасада и план); 2 — Киев. Кирилловская церковь, середина XII в. (западный фасад и план)
 
 
Самым известным памятником киевской архитектуры XII в. является собор Кирилловского монастыря (рис. 3 и 4). Он очень удачно поставлен на холме, возвышающемся над северной окраиной Киева. Кирилловский монастырь был рядовым «вотчим» монастырем черниговских князей Ольговичей, а собор служил их усыпальницей. По своему типу это также шестистолпный крестовокупольный храм, увенчанный одной главой, несколько больший, чем церковь Богородицы Пирогощи. Как и там, плоскости стен расчленены пилястрами с мощными полуколоннами. Гладь стены украшали лишь вверху аркатурный пояс из лекального кирпича да мелкий орнамент поребрика. Тоненькие полуколонки членили мощные полуцилиндры апсид. Входы в церковь обрамляли двуступенчатые порталы. В нар-
 
 
—стр. 569—
 
тексе расположены аркосолии для княжеских погребений, а в южной части нартекса была устроена небольшая крещальня. Из нартекса узкая лестница в толще северной стены ведет на хоры. Над нартексом расположены широкие и светлые хоры, простирающиеся над боковыми нефами до западных подкупольных столбов (рис. 5). В южной части хор — небольшая каплица. Столбы, отделяющие хоры от внутреннего пространства храма, украшены тонкими полуколоннами.
 
 
4. Киев. Кирилловская церковь. Общий вид с северо-запада
4. Киев. Кирилловская церковь. Общий вид с северо-запада
 
 
Замечательная фресковая роспись собора представляет исключительный интерес, как наиболее полный комплекс древнерусской храмовой росписи XII в. Тематика росписей собора Кирилловского монастыря соответствует установленному церковью канону. Тона — светлые и яркие, орнаменты — красочны. Русские одежды воинов и святых, а также русские надписи свидетельствуют о работе местных мастеров. Большой интерес в росписи собора представляют огромные изображения воинов в полном вооружении. С большим мастерством выполнены композиции в нартексе и в южной апсиде, изображающие сцены из жизни Кирилла Александрийского. Очень
 
 
—стр. 570—
 
украшали храм внутри красочные полы из керамических поливных плиток и шиферных плит с мозаичной инкрустацией.
 
 
5. Киев. Кирилловская церковь. Аркады на хорах
5. Киев. Кирилловская церковь. Аркады на хорах
 
 
Хорошо сохранился до наших дней Юрьевский (Успенский) собор в Каневе, построенный киевским князем Всеволодом Ольговичем в 1144 г. (рис. 3 и 6). Каневский собор во всем повторяет описанный выше тип здания; лишь фасады собора более богато украшены рядами плоских декоративных ниш, в которых, возможно, была живопись. Хоры, подобно хорам церкви Богородицы Пирогощи, менее парадны, чем в Кирилловской церкви.
 
Во второй половине XII в. в Киевской земле стал распространенным также тип четырехстолпного кубического храма, характерный для всего древнерусского зодчества того времени. К этому типу относится небольшая Васильевская (Трехсвятительская) церковь в Киеве, построенная в 1183 г. на Великом дворе князем Святославом Всеволодовичем (см. рис. 2, 2). По своей архитектуре Васильевская церковь очень близка к церкви Богородицы Пирогощи. Фасады также расчленены пилястрами с полукруглыми колоннами, стены скупо прорезаны узкими оконными проемами. Интересно отметить новую форму оконных откосов (раструбом), сменившую во второй половине XII в. прямоугольную форму откосов. Как и другие здания Киева, церковь не была оштукатурена, о чем говорит декоративная орнаментация из кирпичей на фасаде. Как нужно полагать, здание церкви было композиционно связано с ансамблем построек Великого (Ярославова) двора, бывшего государственным центром Киева.
 
Немного сведений сохранилось о переяславской каменной архитектуре этого периода. В XII в. строительство в Переяславле сильно сократилось в связи с крайне тяжелым положением, в котором находилась Переяславская земля. Непрерывные набеги степняков и беспрестанные феодальные войны привели к уходу значительной части населения в северные и западные области. В этот период летописи ничего не сообща-
 
 
—стр. 571—
 
ют о строительстве в Переяславской земле.
 
Археологическими исследованиями в Переяславле и его окрестностях были обнаружены остатки нескольких зданий XII в., которые позволяют высказать некоторые соображения о монументальной каменной переяславской архитектуре этого времени. В первую очередь это относится к небольшой церкви, остатки которой были обнаружены в конце XIX в. на месте современного Успенского собора, на территории древнего Переяславского детинца. По своему типу она примыкает к памятникам переяславской школы конца XI в.; это прямоугольный в плане бесстолпный однонефный храм. Перекрытие его было не таким, как в крестовокупольных храмах. Возможно, что оно было осуществлено при помощи двух продольных арок, на которые были поставлены две поперечные арки таким образом, что посередине получался подкупольный квадрат. Подобным образом осуществлялось перекрытие в некоторых псковских и молдавских церквах XV—XVI столетий. В архитектуре этой церкви видны традиции переяславского зодчества конца XI в. Как и все постройки Приднепровья этого времени, здание возведено порядовой кладкой из кирпича-плинфы на известковом растворе с примесью цемянки. Фасады его были расчленены пилястрами с полуколоннами подобно памятникам Киева и Чернигова XII в.
 
В 1953 г. на территории древнего переяславского посада был раскопан большой шестистолпный крестовокупольный храм (см. рис. 2, 3). Он также весьма близок по архитектуре к киевскому зодчеству. План его очень похож на планы Кирилловской церкви в Киеве или Каневского собора, но фасады здания не имели полуколонн на пилястрах. Не было и лопаток на внутренних стенах. Западная пара столбов подкупольного квадрата имеет не крещатую, а восьмигранную в плане форму. Возможно, что в этих чертах выразились местные, переяславские особенности. Сохранившиеся остатки фресковой росписи также говорят о близости переяславской живописи к искусству Киева и Чернигова этого времени.
 
 
Канев. Юрьевская (Успенская) церковь, 1144 г.  Канев. Юрьевская (Успенская) церковь, 1144 г.
6. Канев. Юрьевская (Успенская) церковь, 1144 г. Общий вид с востока и внутренний вид
 
 
Выдающиеся памятники древнерусского зодчества XII в. сохранились до наших дней в Чернигове. Для Чернигова XII в. была характерна высокая строительная
 
 
—стр. 572—
 
культура, выражавшаяся в исключительно тщательном изготовлении кирпича и керамических деталей, в совершенстве конструкций и высоком уровне производства строительных работ. Примером может служить необыкновенная тщательность кладки собора Елецкого монастыря, Ильинской церкви и других зданий Чернигова.
 
 
7. Чернигов. Борисоглебский собор, XII в. (западный фасад, план, капитель из раскопок)
7. Чернигов. Борисоглебский собор, XII в. (западный фасад, план, капитель из раскопок)
 
 
В ряде зданий Чернигова в кирпичную кладку вводили резные белокаменные детали (как, например, капители колонн и пилястр в Борисоглебском и Благовещенском соборах). Возможно, что местные вкусы сказались и в применении ярких красок как в живописи интерьеров, так и в росписях на фасадах — на порталах, в нишах. К местным особенностям можно отнести и применение разных цветов кирпича, а также своеобразный прием оштукатуривания фасадов зданий, при котором штукатурка расчерчивалась под каменную квадровую кладку (Ильинская церковь, Борисоглебский собор, Успенский собор Елецкого монастыря).
 
Черниговские мастера обычно вырезали свои метки на боковых поверхностях кирпичных форм. Клейма черниговских кирпичей весьма разнообразны и свидетельствуют о том, что кирпич изготовлялся как свободными ремесленниками, так и мастерами, находившимися в феодальной зависимости от князя или церкви. Аналогичные знаки на кирпичах ставили мастера в Смоленске, Новгород-Северске, Путивле и ряде других городов. Черниговские зодчие в основном разрабатывали типы зданий, сложившиеся в Киеве. Особенностью черниговского зодчества была тенденция к некоторому усложнению архитектурных объемов.
 
Наиболее ярко черты черниговского зодчества XII в. выразились в двух дошедших до наших дней зданиях: Борисоглебском соборе (рис. 7) и Успенском соборе Елецкого монастыря. Постройку Борисоглебского собора обычно относят к 1120—1121 гг., хотя высказывались обоснованные предположения о более поздней дате его строительства. Остатки каких-то сооружений конца XI — начала XII в. (вероятно, первоначального Борисоглебского собора) были обнаружены под существующим зданием, которое скорее всего было построено в 70-х годах XII в. при перестройке черниговскими князьями Давыдовичами комплекса княжеского двора. Борисоглебский собор, расположенный в Черниговском кремле, был церковью княжеского двора и служил также усыпальницей черниговских князей. Об этом свидетельствуют шесть погребальных ниш-аркосолий, размещенных в северной и южной стенах. По типу собор представляет собой шестистолпный одноглавый крестовокупольный храм, очень близкий к Кирилловской церкви в Киеве (рис. 8). На широкие хоры, заходящие над боковыми нефами, как и там, ведет из нар-
 
 
—стр. 573—
 
текса лестница в толще западной стены. Фасады расчленены мощными полуколоннами и украшены аркатурными поясами с поребриком и рядами плоских полуциркульных ниш. Барабан и апсиды расчленены тонкими пилястрами. После постройки собора к нему с трех сторон были пристроены притворы. Притворы имели профилированные порталы; полы их были выложены из цветных керамических плиток.
 
Большой интерес для истории древнерусского искусства представляют обнаруженные в разное время во время раскопок в соборе белокаменные резные детали — капители и базы, в том числе известная «черниговская капитель» (рис. 9). В ряде этих деталей в орнаментальную композицию из так называемой «плетенки» (переплетение стилизованных стеблей растений) с большим мастерством введены стилизованные фигуры животных и птиц. По своим формам они имеют много общего с художественными ремесленными изделиями восточных славян, относящимися еще к VI—VII вв. (рис. 10). Внутри собор был расписан фресковой живописью. Мозаичные и цветные плиточные полы дополняли богатое и нарядное убранство дворцового храма.
 
 
8. Чернигов. Борисоглебский собор (общий вид с юго-востока)
8. Чернигов. Борисоглебский собор (общий вид с юго-востока)
 
 
9. Чернигов. Капитель XII в. из раскопок в Борисоглебском соборе 10. Чернигов. Капитель XII в. из раскопок Борисоглебском соборе
9. Чернигов. Капитель XII в. из раскопок в Борисоглебском соборе 10. Чернигов. Капитель XII в. из раскопок Борисоглебском соборе
 
 
Успенский собор Елецкого монастыря, сооружение которого можно отнести ко вто-
 
 
—стр. 574—
 
рой или третьей четверти XII в., очень близок по типу к Борисоглебскому собору, но композиция его несколько сложнее (рис. 11, 12, 2, 13, 1). С трех сторон к храму примыкали невысокие паперти-притворы; центральная апсида значительно возвышалась над боковыми. Существует предположение, что собор имел еще две боковые главы. Фасады здания расчленены пилястрами с полуколоннами и украшены не рядом декоративных ниш, как в Борисоглебском соборе, а только аркатурными поясами. В отличие от Борисоглебского собора хоры Успенского собора расположены лишь над нартексом, а самый нартекс отделен от центрального внутреннего пространства храма стенками в боковых нефах. В правой стороне нартекса находится небольшая крещальня с апсидой, выходящей внутрь храма. Апсида украшена очень тонко выполненным аркатурным карнизом с поребриком (см. рис. 11).
 
 
11. Чернигов. Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Внутренний вид
11. Чернигов. Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. Внутренний вид
 
 
Примером небольшого церковного здания черниговской архитектуры XII в. может служить Ильинская церковь (см. рис. 12, 1 и 13, 2). Это маленький монастырский однонефный одноапсидный храм, хорошо сохранившийся до наших дней. Центральная часть храма перекрыта куполом на цилиндрическом барабане. Купол с барабаном, при помощи четырех подпружных арок опирается на четыре столба, скрытых в толще стен. Северная и южная стены примыкают к щекам подпружных арок, чем увеличивается подкупольное пространство и сохраняется принцип крестовокупольной системы. Подобная система перекрытия известна в ряде построек Византии, Болгарии и Приднепровья (например, в Боянской церкви XII в. в Болгарии). С восточной стороны примыкает одна апсида, с западной — нартекс. Барабан был украшен тонкими пилястрами. Кладка стен и клейма на кирпичах близки к Борисоглебскому и Успенскому соборам. На северном фасаде Ильинской церкви сохранились древний карниз и капитель пилястры — крайне редкий для древнерусского зодчества случай.
 
Первый этап развития черниговского зодчества периода феодальной раздробленности завершают два храма, построенные в черниговском детинце во второй половине XII в. Это Михайловская церковь (1173 г.) и Благовещенский собор, построенный в 1186 г. князем Святославом Всеволодовичем¹.
____________
¹ Оба сооружения известны по археологическим раскопкам.
 
Благовещенский собор по своим размерам и убранству был одним из самых величественных храмов Чернигова. В его основе лежал шестистолпный крестовокупольный тип здания с галереями с трех сторон. Возможно, что собор завершался пятью куполами. В украшении фасадов были применены аркатурные пояса, возможно резные белокаменные детали. В раскопках найдены остатки резных колонок от фриза, подобного фризам владимиро-суздальской архитектуры. Большой интерес представляет двуцветная кладка фасадов: полуколонны на фасадах были сложены из светло-желтого лекального кирпича, а поле стены — из темно-красного. Живописности фасадов соот-
 
 
—стр. 575—
 
ветствовало богатое внутреннее убранство собора: стены и своды были покрыты живописью, а полы устланы многоцветной мозаикой. В боковых помещениях полы были сделаны из поливных и зеленых керамических плиток.
 
 
12. Чернигов 1 — Ильинская церковь, XII в. (южный фасад и план); 2 — Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. (западный фасад, продольный разрез и план)
12. Чернигов
1 — Ильинская церковь, XII в. (южный фасад и план); 2 — Успенский собор Елецкого монастыря, середина XII в. (западный фасад, продольный разрез и план)
 
 
Близкой к черниговской была в XII в. архитектура Старой Рязани¹. В политическом и культурном отношении Рязанская земля в первой половине XII в. зависела от Чернигова, во второй половине XII в. она подпала под власть Владимиро-Суздальского княжества. Это сказалось на рязанском зодчестве, до конца XII в. развивавшемся под влиянием черниговской архитектуры, к которому со второй половины XII в. присоединялось значительное воздействие белокаменного владимиро-суздальского зодчества.
____________
¹ Все здания Старой Рязани известны лишь по археологическим раскопкам.
 
Главнейшие храмы Старой Рязани — Успенский и Борисоглебский — находились в южной части города, где, вероятно, в XII в. были торговые площади и богатые
 
 
—стр. 576—
 
дома. Наиболее ранним каменным зданием Старой Рязани, очевидно, был Успенский собор (рис. 14, 2). План его очень близок к плану Успенского собора Елецкого монастыря в Чернигове и восходит к типу Успенского собора Киево-Печерского монастыря. Как и черниговский собор, Успенский собор в Старой Рязани перед тремя входами имеет притворы и крещальню с правой стороны в нартексе. В отличие от собора Елецкого монастыря пилястры на фасадах рязанского собора не имеют полуколонн. В основном собор построен из кирпича, имеющего на ребрах, подобно черниговским кирпичам, клейма со знаками мастеров. Некоторые части стен собора возведены из белого грубооколотого камня. Полы собора были выложены из керамических плиток желтого и зеленого цвета.
 
 
Успенский собор Елецкого монастыря   Ильинская церковь
13. Чернигов
Успенский собор Елецкого монастыря (общий вид с востока); Ильинская церковь (общий вид с юго-востока)
 
 
Неподалеку от Успенского собора, в той же южной части городища, находился Борисоглебский собор, постройку которого можно отнести к третьей четверти XII в. По типу это здание очень близко к Борисоглебскому собору в Чернигове. Любопытна одна надпись на кирпиче из рязанского Борисоглебского собора: «Яков творил».
 
Третий храм Старой Рязани — Спасский собор — находился в северной части Окольного города, поблизости от въезда в детинец. По типу это был четырехстолпный крестовокупольный храм с тремя притворами, из которых северный и южный имели с восточной стороны апсиды. Форма внутренних столбов окончательно не установлена, возможно, что они были круглыми в плане.
 
Важнейшим центром древнерусской архитектуры XII в. был Смоленск. В настоя-
 
 
—стр. 577—
 
щее время, включая существующие древнерусские постройки, в Смоленске насчитываются остатки более 40 кирпичных зданий XII — начала XIII в. Из всех построек уцелели лишь три; от большинства остальных остались лишь руины и фундаменты, в большинстве еще недостаточно изученные.
 
Техника строительства смоленских построек XII в. не отличалась от техники, применявшейся во всем Приднепровье. Это порядовая «равнослойная» кладка из кирпича-плинфы на известковом с примесью цемянки растворе. В отличие от Чернигова и Киева смоленские мастера не подрезали швы в кладке, а гладко их затирали. По качеству смоленский кирпич несколько уступает черниговскому. На кирпичах смоленских построек сохранились многочисленные клейма и знаки свободных княжеских и церковных мастеров. В развалинах древних зданий находят разноцветные облицовочные керамические плитки, остатки фресковой росписи.
 
Наиболее ранним зданием рассматриваемого стилистического направления в Смоленске был Борисоглебский собор Смядынского монастыря (1145 г.), очень близкий по плану к Борисоглебскому собору в Чернигове (см. рис. 14, 1). Это шестистолпный крестовокупольный храм, фасады которого были расчленены пилястрами с обычными в это время для Приднепровья полуколоннами. Апсиды были украшены тонкими пилястрами, такими же, как и в черниговском соборе. Даже форма пристроенных несколько позднее притворов с полукруглыми апсидами на восточной стороне близка к притворам Борисоглебского собора в Чернигове.
 
 
14. Церкви XII в. 1 — Смоленск. Собор Борисоглебского Смядынского монастыря, середина XII в.; 2 — Старая Рязань. Успенская церковь, XII в.; 3 — Смоленск. Петропавловская церковь, 1146 г.
14. Церкви XII в.
1 — Смоленск. Собор Борисоглебского Смядынского монастыря, середина XII в.; 2 — Старая Рязань. Успенская церковь, XII в.; 3 — Смоленск. Петропавловская церковь, 1146 г.
 
 
К этому же направлению относятся две сохранившиеся до наших дней смоленские церкви XII в.
 
Первая из них — Петропавловская церковь на Городенке (1146 г.) — была посадским храмом заднепровского торгового предместья Тетеревника (см. рис. 14, 3). По типу — это четырехстолпный крестовокупольный храм с обычными полуколоннами на фасадах. К боковым фасадам были пристроены притворы. Хорошо сохранились украшающие фасады аркатурные пояса с поребриком из лекального кирпича. Внутри церковь была украшена фресковой росписью, как и остальные храмы Смоленска. Полы были выложены из керамических глазурованных плиток.
 
Вторая церковь — Иоанна Богослова во Вражке, как предполагают, была построена в 1173 г. у Чуриловской переправы через Днепр (рис. 15). Вероятно, она относится к строительной деятельности князя Романа Ростиславича, так как в окружении церкви был обнаружен целый ряд каменных построек, что дало повод предположить, что тут, возможно, находился двор князя Романа. Возможно, что на этом дворе находилась организованная Романом школа. Церковь очень похожа на Петропавловскую и отличается от нее лишь деталями плана. К боковым ее фасадам также примыкали притворы.
 
Еще одним памятником Смоленска этого периода была известная по раскопкам Васильевская церковь Борисоглебского Смядынского монастыря (1184 г.). По типу — это четырехстолпный крестовокупольный храм, очень близкий к Петропавловской и Богословской церквам, а также к Васильевской (Трехсвятительской) церкви в Киеве, построенной в том же 1184 г. При всей типичности архитектуры смоленской
 
 
—стр. 578—
 
Васильевской церкви для всего рассматриваемого направления в ней наблюдаются некоторые черты, характерные для нового этапа смоленского зодчества. Во-первых, крайние пилястры на западном фасаде имеют усложненный профиль, как и в Петропавловской церкви на Городенке. Во-вторых, если судить по рисунку XVII в. (на плане Гондиуса), то можно предположить, что фасады церкви имели не трехзакомарное, а трехлопастное завершение.
 
 
16. Смоленск. Церковь Иоанна Богослова во Вражке, 2-я половина XII в. Общий вид с северо-востока
16. Смоленск. Церковь Иоанна Богослова во Вражке, 2-я половина XII в. Общий вид с северо-востока
 
 
К архитектуре древнего Смоленска относится еще необычное для древней Руси большое круглое в плане здание, стоявшее неподалеку от церкви Иоанна Богослова. Диаметр здания — 18,66 м. Стены, сохранившиеся на высоту до 1,5 м, сложены из плинфы на цемяночном растворе. На гуртах из кирпичей-плинфы, как и во всех остальных постройках Смоленска, большое количество знаков мастеров. Кладка по своему характеру типична для XII в. и близка к кладке церкви Иоанна Богослова (70-е годы XII в.). Вход в здание был с северной стороны. В нижнем ярусе были узкие (около 20 см в ширину) окна-амбразуры.
 
 

5. МОНУМЕНТАЛЬНАЯ АРХИТЕКТУРА ПРИДНЕПРОВЬЯ КОНЦА XII — НАЧАЛА XIII в.

 
Во второй половине XII в. в Приднепровье, как и в других областях древней Руси, наблюдается интенсивный рост городов, становящихся не только экономическими, но и политическими и культурными центрами. С этим связано и более широкое строительство каменных храмов, которые становятся меньшими по размерам, но более сложными по композиции и с более богатым декоративным убранством фасадов.
 
Формирование нового стилистического направления происходит в последней четверти XII в., хотя зародилось оно, очевидно, раньше. Для архитектуры нового этапа характерно в первую очередь существенное изменение композиционных приемов. Вместо статичных форм крестовокупольных соборов предшествующего времени, представляющих собой как бы определенный архитектурный стандарт культового здания, повсеместно получает распространение сложная, нарастающая кверху объемная композиция храмов, в чем как можно думать, находят выражение народные приемы древнерусского деревянного зодчества. Если для здания предшествующего этапа характерно было то, что главное внимание зодчего было уделено художественному убранству интерьера, то теперь главное внимание зодчего переключается на внешний облик здания. Фасады храма покрываются многочисленными украшениями, профилированные пилястры подчеркивают его высоту, башнеобразную композицию.
 
Резко изменяется и характер интерьера сооружений. Большая высота здания позволяет устраивать большое количество окон, в результате чего церковь внутри бывает хорошо освещена. Этим храмы рассматриваемого направления отличаются от полутемных внутри монастырских соборов предшествующего времени.
 
В конце XII в. особенный размах приобретает строительство в посадах, «концах», на рыночных площадях, и архитектура этого времени во многом соответствует вкусам
 
 
—стр. 579—
 
новых заказчиков — горожан. Новое стилистическое направление получает распространение не только в Приднепровье (Смоленск, Киев, Чернигов) и западных областях (Полоцк, Гродно). Оно проникает и в Великий Новгород (Пятницкая церковь), и даже в далекий Владимир на Клязьме (первоначальный собор Княгинина монастыря).
 
 
16. Овруч. Церковь Василия, конец XII в. Западный фасад, план и поперечный разрез
16. Овруч. Церковь Василия, конец XII в. Западный фасад, план и поперечный разрез
 
 
Если на предыдущем этапе в архитектуре Приднепровья были заметны черты, сближавшие ее с романским зодчеством, то на втором этапе возникновение и развитие нового стилистического направления имеют некоторые аналогии с зарождающейся в этот период в Западной Европе готической архитектурой.
 
В архитектуре Киевской и Смоленской земель развитие нового стилистического направления в значительной степени связано со строительной деятельностью смоленских князей Рюрика и Давида Ростиславичей. Особенно интенсивна была эта деятельность в Киеве после того, как Рюрик Ростиславич, который, по свидетельству летописи, «имел любовь ненасытную о зданиях», стал киевским князем. Во второй половине XII в. князь Рюрик Ростиславич строит в своем городе Овруче (на северо-западной окраине Киевской земли) Васильевскую церковь¹.
____________
¹ Васильевская церковь в 1908 г. была реставрирована в ее предполагаемом первоначальном виде акад. А. Щусевым, причем вызывает сомнение достоверность реконструкции верха здания.
 
Васильевская церковь — это четырехстолпный трехапсидный крестовокупольный одноглавый храм (рис. 16). К западному фасаду примыкают две круглых в плане башни. Фасады башен и апсид украшены профилированными вертикальными тягами. Фасады храма расчленены пучковыми пилястрами сложного профиля, подчеркивающими вертикальность композиции объема, и украшены рядами поребрика и аркатурными поясами. Кирпичную кладку стен очень украшают вставленные в стены крупные камни, отесанные и отшлифованные с лицевой поверхности. Архитектурно-художественный образ здания с его сложной композицией и богатой декорацией фасадов значительно отличается от простых и строгих по формам кубических крестовокупольных храмов предшествующего времени (рис. 17).
 
Как можно предположить на основании текста Киевской летописи, одним из ведущих зодчих этого периода был придворный архитектор Рюрика Ростиславича — Петр
 
 
—стр. 580—
 
Милонег, строивший подпорную стену в Выдубицком монастыре и являвшийся, по-видимому, автором большинства построек, выполнявшихся по княжескому заказу. Построенная Петром Милонегом в 1199—1200 гг. грандиозная подпорная стена была одним из крупнейших инженерно-строительных сооружений того времени. Возможно, Петр Милонег выполнял и другой заказ Рюрика Ростиславича — строительство церквей Василия на Новом дворе и Апостолов в Белгороде (обе в 1197 г.). О церкви Апостолов летопись писала, что она «высотою же и величием и украшением всем в диве удобрена».
 
 
17. Овруч. Церковь Василия. Общий вид с северо-запада
17. Овруч. Церковь Василия. Общий вид с северо-запада
 
 
Раскопки Белгородской церкви подтвердили ее близость к рассматриваемому стилистическому направлению. К нему же относится и раскопанный в 1947 г. в усадьбе Киевского художественного института небольшой четырехстолпный одноапсидный [как полоцкие церкви и Михайловская (Свирская) церковь в Смоленске] храм, фасады которого были украшены пучковыми пилястрами.
 
В конце XII в. новое направление повсеместно распространяется и в Черниговской земле. Замечательным памятником черниговского зодчества является относящаяся к этому направлению Пятницкая церковь (рис. 18, 19). Год постройки Пятницкой церкви неизвестен. Анализ архитектурных форм и техники строительства здания позволяет отнести постройку к концу XII — началу XIII столетия, возможно ко времени княжения в Чернигове Игоря Святославича. Существует предположение, что строителем ее мог быть зодчий Петр Милонег. Пятницкая церковь была построена в Окольном городе на торгу.
 
По типу храм представляет собой четырехстолпное крестовокупольное здание, но вся композиция его далека от статической формы крестовокупольных храмов предшествующего времени. Боковые части перекрыты полуцилиндрическими сводами, которые вместе со сводами ветвей архитектурного креста образуют трехлопастные завершения стен. Стройный барабан поставлен на подпружные арки, приподнятые выше примыкающих к ним сводов. Это сообщает большую стройность интерьеру и содействует более равномерному освещению его. Снаружи подпружным аркам соответствует второй ярус закомар, а над ними возвышается третий ярус их, не связанный с конструкциями, но придающий массам здания устремленность ввысь, подчеркиваемую стрельчатым очертанием закомар и восьмеричком в основании барабана.
 
Многочисленные метки мастеров на кирпичах дают основание полагать, что кирпич изготовлялся местными посадскими мастерами-ремесленниками. Стены сложены системой «ящиков», внутренность которых забучена известковым бетоном. Внутри стен второго яруса имелись узкие проходы.
 
Архитектурные формы Пятницкой церкви органически связаны со свойствами, фактурой и масштабом материала — кирпича. Пучковые тяги и пилястры, характер декоративной обработки фасадов аркатурными поясами, сетчатым фризом, декоративными нишами, сложные и тонкие конструкции верхних частей памятника — все это хорошо сочетается с техническими и декоративными свойствами материала. Основным элементом украшения фасадов служат
 
 
—стр. 581—
 
сложного профиля пучковые пилястры и тонкие вертикальные тяги на апсидах, подчеркивающие динамический характер устремленной вверх композиции. Перспективные порталы сложного профиля напоминают порталы романских построек. Очень интересны своеобразные «бровки» над тройными окнами на фасадах, состоящие из белых полос сложного орнамента, выполненного техникой «сграффито». Кресты из керамических поливных плиток и плоские ниши с росписью усиливали красочность фасадов. Интересен сетчатый орнамент из кирпича, заполняющий полузакомары боковых сводов. Он подчеркивает легкость заполнения стены и создает впечатление ажурности конструкций боковых перекрытий.¹
____________
¹ Пятницкая церковь была частично разрушена немецко-фашистскими захватчиками и в настоящее время восстановлена в своем первоначальном виде П. Д. Барановским.
 
 
18. Чернигов. Пятницкая церковь, конец XII — начало XIII в. Восточный фасад, план, продольный разрез, деталь портала
18. Чернигов. Пятницкая церковь, конец XII — начало XIII в. Восточный фасад, план, продольный разрез, деталь портала
 
 
19. Чернигов. Пятницкая церковь. Вид с юго-запада после реставрации
19. Чернигов. Пятницкая церковь.
Вид с юго-запада после реставрации
 
 
Раскопками были открыты фундаменты еще трех зданий этого стилистического направления в Черниговской земле. Это были церкви во Вщиже, Новгород-Северске и Путивле. Вщижская церковь была четырехстолпным крестовокупольным зданием, воз-
 
 
—стр. 582—
 
можно окруженным притворами или галереями. Архитектура ее не вполне ясна. Предполагают, что ее фасады были украшены профилированными пилястрами, а входы имели перспективные профилированные порталы.
 
 
20. Церкви XII в. 1 — Новгород-Северский. Спасский собор, конец XII в. (план); 2 — Смоленск. Церковь Архангела Михаила (Свирская), 1191—1194 гг. (план, западный фасад, поперечный разрез); 3 — Смоленск. Спасская церковь, 2-я половина XII в. (план)
20. Церкви XII в.
1 — Новгород-Северский. Спасский собор, конец XII в. (план); 2 — Смоленск. Церковь Архангела Михаила (Свирская), 1191—1194 гг. (план, западный фасад, поперечный разрез); 3 — Смоленск. Спасская церковь, 2-я половина XII в. (план)
 
 
Четырехстолпный в плане Спасский собор в Новгород-Северске с трех сторон имел притворы (рис. 20, 1). Фасады его были украшены пучковыми пилястрами, еще более сложными по профилю, чем пилястры черниговской Пятницкой церкви; в плане эти пилястры имели трехлепестковую форму.
 
Самым интересным из всех трех зданий был Спасский собор в Путивле. Это был сравнительно небольшой четырехстолпный храм с тремя апсидами с востока и западным притвором. С севера и юга к центральной части здания примыкали еще широкие полукруглые апсиды, чем усиливалась центричность композиции здания. Такие боковые апсиды нигде больше в древнерусском зодчестве не встречаются и имеют аналогии лишь в средневековом зодчестве Балкан и Кавказа. Внутренние столбы путивльского собора восьмигранные, с интересными профильными цоколями. Подобно новгород-северскому собору здание было богато декорировано сложного профиля пучковыми пилястрами.
 
Новое направление получило распространение и в Смоленской земле. Единственный твердо датированный и хорошо сохранившийся до наших дней памятник — церковь Архангела Михаила (Свирская) — был построен в 1191—1194 гг. (см. рис. 20, 2). Из остальных построек этого
 
 
—стр. 583—
 
направления, известных по обнаруженным в последние годы фундаментам, более или менее достаточно изучены две: Пятницкая церковь на Малом Торгу, дата сооружения которой неизвестна, и церковь на Чернушках, которую отождествляют с церковью Спаса (см. рис. 20, 3). Другие здания, в том числе церковь на Рачевке, очень типичная для всего направления в целом, были обнаружены раскопками, но еще недостаточно изучены. Во всяком случае, они свидетельствуют о том, что это направление было широко распространено в Смоленске в конце XII — начале XIII столетия.
 
Церковь Архангела Михаила (Свирская) — один из выдающихся памятников древнерусского зодчества (рис. 21). Сообщая о сооружении ее в 1191—1194 гг., летопись добавляет, что подобной ей не было «в полунощных странах» и многие иноземцы приходили смотреть на нее. Построенная смоленским князем Давидом Ростиславичем, церковь была придворным храмом Смядынской княжеской резиденции. Поставленный на вершине холма, храм виден с большого расстояния и прекрасно вписывается в пейзаж приднепровской долины. Как и в Пятницкой церкви в Чернигове, тут применена строго центрированная объемная пирамидальная композиция.
 
 
21. Смоленск. Церковь Архангела Михаила. Общий вид с юго-запада
21. Смоленск. Церковь Архангела Михаила.
Общий вид с юго-запада
 
 
В отличие от нарядной и изящной Пятницкой церкви в Чернигове Михайловская церковь в Смоленске была величественна и строга. В основе плана здания лежит четырехстолпный вариант крестовокупольного храма. Исключительно сильное впечатление производит церковь внутри. Уходящие вверх на большую высоту столбы создают эффектную вертикальную перспективу. На восточном фасаде выступает главная апсида, боковые апсиды вписаны в квадрат. Объему центральной апсиды соответствуют с трех сторон здания объемы высоких притворов, создающих крещатость плана и пирамидальность объема. Над фасадами, возможно, были трехлопастные фронтоны, заменившие позакомарное завершение храмов предшествующего времени. Здание завершает высокий барабан с полусферическим куполом. Фасады расчленены пилястрами сложного пучкового профиля, особенно развитыми на углах. Украшениями фасадов служат также аркатурный пояс, плоские декоративные ниши и своеобразные «бровки» над проемами. На боковых притворах в два яруса идут маленькие ниши, близкие по пропорциям к окнам и своим преуменьшенным масштабом подчеркивающие величину постройки. Этой же цели служат декоративные нишки по бокам порталов. По западнорусской традиции церковь имела невысокий цоколь. К особенностям здания следует отнести полосатую кладку с утопленными рядами, воспроизводящую киевский «opus mixtum» XI в., уже около ста лет не применявшийся в Приднепровье. Эта кладка в церкви Архангела Михаила применена лишь частично. Возможно, что тут сказалось влияние западного полоцко-витебского зодчества, сохранявшего в XII в. смешанную кладку. Это влияние сказалось и в композиционном построении объема, близкого к композиции Спасского собора Евфросиньевского монастыря в Полоцке, и в одноапсидном типе плана.
 
Близка по архитектуре к Михайловской церкви была одноапсидная Пятницкая церковь на Малом Торгу. В Пятницкой церкви
 
 
—стр. 584—
 
был лишь один притвор, в связи с чем она по типу была ближе к полоцкому зодчеству, с характерной для него вытянутостью планов. Фасады здания украшали пучковые пилястры, подобные пилястрам церкви Архангела Михаила.
 
Маленькая церковь на Чернушках значительно компактнее в плане и близка к типу кубического храма (см. рис. 20, 3). Подобно Михайловской церкви, она имела выступающую на фасаде полукруглую центральную апсиду и вписанные в квадрат боковые. С запада объему апсиды отвечал притвор. Судя по характеру плана, можно предположить, что объемное построение церкви на Чернушках было близким и к композиции церкви Михаила Архангела. С другой стороны, план ее исключительно близок к маленькой церкви конца XII — начала XIII в. в усадьбе Киевского художественного института. Как и во всех остальных зданиях этого типа, фасады чернушкинской церкви были украшены вертикальными тягами пучковых пилястр. Следует отметить, что пилястры в последних двух рассмотренных зданиях состояли из прямоугольных выступов и не имели закруглений и полукруглых в плане тяг из лекальных кирпичей, что, может быть, указывает на несколько более раннюю дату их постройки.
 
Очень близкой по архитектуре к смоленской Михайловской церкви была Пятницкая церковь в Новгороде, построенная в 1207 г. новгородскими купцами, торговавшими с заграницей. Судя по остаткам профилированных пилястр, к этому же направлению относился и собор Княгинина монастыря во Владимире на Клязьме (1200—1201 гг.). Не исключена возможность его постройки приднепровскими зодчими по заказу князя Всеволода Юрьевича. Очевидно, к этому же стилистическому направлению принадлежал и первоначальный Троицкий собор в Пскове (конец XII в.).
 
Особенности архитектурных школ отдельных земель Приднепровья в XII — начале XIII в. порой бывают едва различимыми, а иногда они так переплетаются, что их не удается проследить. Это становится вполне понятным, если учесть тесную близость экономической, культурной и политической жизни приднепровских областей, а также и то, что зодчие одного города могли работать в другом. Всей архитектуре Приднепровья присущи одинаковые методы строительства, одинаковое использование кирпича как основного строительного материала и одинаковые конструктивные и художественные приемы, характерные для каждого из двух этапов развития приднепровского зодчества в XII — начале XIII столетия.
 
Во второй и третьей четвертях XII в. зодчие Киева, Чернигова и Смоленска вырабатывают на основе архитектуры древнерусского государства тип здания с определенной системой композиции и декорации. Зодчество Приднепровья этого периода сильно влияет на другие местные архитектурные школы. Так, новое течение древнерусского зодчества из Приднепровья в конце XII — начале XIII в. распространяется на Псковскую, Новгородскую и даже Владимиро-Суздальскую землю.
 
Последний этап развития архитектуры Приднепровья дал блестящие образцы творческого мастерства древнерусских зодчих, глубоко самобытные, теснейшим образом связанные с приемами народного зодчества, обладающие ярко выраженной восточно-славянской спецификой архитектурно-художественного образа. Дальнейшее развитие этой архитектуры было прервано татаро-монгольским нашествием, надолго приостановившим монументальное строительство в этих землях.
 
 
 

II. АРХИТЕКТУРА ЗАПАДНЫХ ОБЛАСТЕЙ ДРЕВНЕЙ РУСИ В XII в.

 
К западу от Смоленского княжества на низменных равнинах бассейнов Березины и Западной Двины стояли города Полоцкой земли — Полоцк, Витебск, Менск, Логожск, Борисов, Лукомль, Голотическ, Дрютеск. Эти города играли значительную роль в
 
 
—стр. 585—
 
экономической и политической жизни древней Руси. Полоцкое княжество поддерживало тесные связи с народами Прибалтики.
 
Столица Полоцкого княжества — один из древнейших городов Руси Полоцк стоит на холмистом правом берегу Западной Двины. На высоком мысу в устье реки Полоты находился древний детинец площадью 4,5 га. В центре детинца стоит Софийский собор XI в. С незащищенной восточной стороны детинец укреплен мощным валом. К востоку от детинца на примыкающей к нему пониженной местности находится опоясанная валами территория так называемого Нижнего Замка, где размещался Окольный город. Ремесленные и торговые посады Полоцка раскинулись и на большой территории за Полотой. Эти кварталы также были окружены мощными земляными валами, шедшими от берега Западной Двины до берега Полоты в том месте, где находится Спасо-Евфросиньевский монастырь. Монастырь защищал подступы к городу с севера.
 
На другом берегу Западной Двины находился Бельчицкий монастырь. Сюда в первой половине XII в. полоцкие князья, ограниченные в своей власти вечевыми вольностями, перенесли свою резиденцию. На Бельчице были сооружены каменные княжеские храмы, терема и оборонительные сооружения.
 
Ряд не дошедших до наших дней построек на Бельчице характеризует первый этап развития Полоцкого зодчества в XII в.
 
Наиболее ранним каменным сооружением XII в. был собор Бельчицкого монастыря, постройку которого датируют 20—30-ми годами XII в. Это шестистолпный крестовокупольный храм с крещатыми внутри столбами, плоскими лопатками на фасадах и тремя притворами. По типу он близок к церкви Спаса на Берестове в Киеве и лишь несколько упрощен: в нем не выделен нартекс, отсутствует башня с крещальней. Аналогична Спасу на Берестове и техника строительства — кирпичная кладка с утопленными рядами. Эта киевская традиция оказывается чрезвычайно живучей в полоцкой архитектуре. Она удерживается там на протяжении всего XII столетия, когда в других областях древней Руси зодчие повсеместно переходят либо на порядовую кирпичную, либо на каменную кладку. На кирпичах бельчицких построек имеются знаки мастеров.
 
О традициях приднепровского зодчества свидетельствуют также найденные детали аркатурного фриза и лекальные кирпичи от полуколонок.
 
Неподалеку от Бельчицкого собора находилась маленькая Пятницкая церковь (первая половина XII в.), архитектура которой имела большое значение для дальнейшего развития полоцкого зодчества. Это был однонефный храмик, перекрытый, очевидно, коробовым сводом, с небольшим притвором — нартексом и прямоугольной в плане апсидой, что является исключением в древнерусском зодчестве. В самом типе Пятницкой церкви на Бельчице был впервые воспроизведен в камне тип деревянного трехсрубного храма, который в дальнейшем стал столь характерным для деревянного и каменного зодчества России, Белоруссии и Украины. Как можно предположить, завершение Пятницкой церкви было деревянным.
 
Третий Бельчицкий храм — Борисоглебская церковь — представляет собой уже вполне сложившийся тип храма полоцкой школы. Время ее построения — тоже первая половина XII в. Как предполагают, она была построена несколько позднее Пятницкой церкви. По типу Борисоглебская церковь — шестистолпный крестовокупольный храм с очень узкими боковыми нефами, одной сильно выступающей на восточной стороне апсидой (боковые апсиды — в толще восточной стены) и с четко выраженным нартексом. Внутренние столбы имели крещатую форму, фасады членились плоскими лопатками. Верх здания не сохранился, но его можно представить себе по его ближайшей аналогии — собору Спасо-Евфросиньевского монастыря, построенного бельчицким зодчим Иваном в 50-х годах XII в. Предполагают, что тот же Иван был строителем Пятницкой и Вознесенской церквей Бельчицкого монастыря.
 
Собор Спасо-Евфросиньевского монастыря в Полоцке — одно из выдающихся сооружений древнерусского зодчества, в котором зодчий впервые отошел от типа обычного крестовокупольного храма, создав ступенчатую башнеобразную композицию
 
 
—стр. 586—
 
верха и положив этим начало новому стилистическому направлению (рис. 22).
 
 
22. Полоцк. Собор Евфросиньевского монастыря, середина XII в., зодчий Иван. Общий вид с юго-запада
22. Полоцк. Собор Евфросиньевского монастыря, середина XII в., зодчий Иван. Общий вид с юго-запада
 
 
План небольшого собора Спасо-Евфросиньевского монастыря подобен плану Борисоглебской церкви на Бельчице. Лишь внутренние столбы в нем — не крещатые, а квадратные и восьмигранные. Нартекс и помещающиеся над ним хоры, так же как и сильно выступающая на восток центральная апсида, понижены по сравнению с кубом центрального объема храма. Подкупольный четверик развит в отдельный объем, состоящий из четырех трехлопастных фронтонов (рис. 23, 2). Такая форма верха храма напоминает «крещатую бочку» некоторых позднейших (XVII—XVIII вв.) русских деревянных построек, применявшуюся, возможно, и раньше как в деревянных зданиях, так и в «надрубленных верхах» каменных зданий. Так, вероятно, завершалась Пятницкая церковь на Бельчице. В результате этого приема собор Спасо-Евфросиньевского монастыря получил сложную ступенчатую композицию, близкую по характеру к образам русской деревянной архитектуры и далекую от статических форм крестовокупольных храмов предшествующего периода.
 
В отличие от Бельчицких построек фасады собора Спасо-Евфросиньевского монастыря расчленены не плоскими лопатками, а пилястрами с полуколоннами (неполного полукружия). Внутри собора сохранилась интереснейшая фресковая роспись, отличающаяся от росписей киевской школы и во многом близкая к художественной школе Новгорода.
 
Интересный памятник полоцкого зодчества представляет собой церковь Благовещения в Витебске, втором по величине и значению городе Полоцкого княжества (рис. 24). Церковь стоит на берегу Западной Двины, где размещался торговый посад Витебска. Год ее постройки не известен, но все черты ее архитектуры указывают на то, что она была сооружена примерно в одно время с полоцкими храмами, т. е. около середины XII в. Техника кладки витебской церкви отличается от полоцких построек XII в. Стены здания сложены по смешанному способу, близкому по характеру к византийской кладке X—XIII вв. (например, к кладке церкви Иоанна Предтечи в Керчи). Ряды кирпича-плинфы (от одного до четырех) перемежаются с рядами каменной кладки из хорошо отесанных блоков песчаника. Стены здания были оштукатурены, и на штукатурку нанесена декоративная разбивка на квадры.
 
По плану церковь Благовещения близка к типу собора Спасо-Евфросиньевского монастыря в Полоцке: у нее одна выступающая апсида и узкие боковые нефы (см. рис. 23, 4). Весь план — еще более вытянутый, чем у полоцких храмов. Купол церкви был отнесен на западную часть, боковые же порталы находились не в широких членениях фасада, соответствовавших ветвям архитектурного креста, а в более узких членениях, примыкавших к апсидной части. Форма оконных проемов с раструбами характерна для древнерусского зодчества второй половины XII в.
 
Археологическими исследованиями на территории монастыря были обнаружены остатки другого храма, характерного для полоцкого зодчества.
 
К полоцкой архитектуре следует отнес-
 
 
—стр. 587—
 
ти еще церковь на Замчище в Минске¹. Замчище — древнерусский детинец Минска — было расположено на небольшой возвышенности среди равнинной с невысокими холмами местности в излучине реки Свислочь (сейчас — центральный район г. Минска). Территория Замчища в XII—XIII вв. была густо застроена деревянными срубными постройками с деревянными настилами мостовых.
____________
¹ Памятник известен по археологическим раскопкам.
 
 
23. Церкви XII в. 1 — Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в. (северный фасад и план); 2 — Полоцк. Собор Евфросиньевского монастыря, середина XII в., зодчий Иван (западный фасад, продольный разрез и план); 3 — Минск. Церковь на Замчище, XII в. (план); 4 — Витебск. Церковь Благовещения, XII в. (план); 5 — Гродно. Нижняя церковь, XII в. (план)
23. Церкви XII в.
1 — Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в. (северный фасад и план); 2 — Полоцк. Собор Евфросиньевского монастыря, середина XII в., зодчий Иван (западный фасад, продольный разрез и план); 3 — Минск. Церковь на Замчище, XII в. (план); 4 — Витебск. Церковь Благовещения, XII в. (план); 5 — Гродно. Нижняя церковь, XII в. (план)
 
 
Среди этих построек находилась небольшая каменная церковь, бывшая по типу четырехстолпным трехапсидным храмом. Необычна для полоцкой архитектуры техника строительства здания. Стены его были возведены из отесанных блоков известняка (в среднем 40×12 см) с внутренней забуткой. Раствор, на котором возведены фундаменты и стены, чисто известковый без добавки толченого кирпича — цемянки. Церковь датируется второй половиной XII в. (см. рис. 23, 3).
 
Основываясь на наследии архитектуры древнерусского государства, полоцкое зодчество на протяжении XII в. выработало свои собственные приемы строительства и типы построек. В основном это тип удлиненного с одной выступающей и двумя скрытыми внутри апсидами храма, в котором крестовокупольная система терпит все больше изменений, пока не создается тип храма со ступенчатой композицией, нашедшей свое завершение в соборе Спасо-Евфросиньевского монастыря.
 
Близкой по характеру к полоцкой архитектуре, но очень самобытной по приемам строительства и архитектурной декорации была архитектура древнего Гродно. Гродненская земля была крайним западным ру-
 
 
—стр. 588—
 
бежом древней Руси. Здесь, на верхнем и среднем течении Немана и его притоках, располагались города Гродненской земли — Гродно, Новгородок, Волковийск, Слоним, Здитов. Отделенная от Полоцкой и Волынской земель труднопроходимыми болотами, Гродненская земля в XII в. стала небольшим княжеством, в политическом отношении чаще всего зависимым от Киева.
 
 
24. Витебск. Церковь Благовещения, XII в. Общий вид с северо-востока
24. Витебск. Церковь Благовещения, XII в.
Общий вид с северо-востока
 
 
Гродно расположен на холмах правого берега Немана. Детинец города находился на высоком мысу при впадении в Неман небольшой речки Городничанки. На смежном с детинцем плато («Новый Замок») и на окрестной местности к востоку и юго-востоку размещались городские ремесленные и торговые посады. Прибрежная часть по древнерусскому обычаю называлась Подолом.
 
Сравнительно небольшой Гродненский замок-детинец, как можно предположить, имел в системе своих оборонительных укреплений каменные башни, которые, вероятно, были соединены между собой земляным валом и городнями. С башнями отождествляют остатки двух кирпичных построек на западном и южном краях замка. От западной постройки сохранилась лишь часть стены, южная же сохранилась частично на высоту до 2,5 м. Это было довольно большое здание, квадратное (10×10 м) в плане, с входом с северной стороны. Возможно, что это здание предназначалось для жилья и одновременно было приспособленно для обороны. Стены обоих зданий сложены из кирпича-плинфы на чистом известковом, без примеси цемянки растворе порядовой системой кладки. На обычных для XII в. по форме кирпичах-плинфах сохранилось много знаков мастеров. Кирпичная кладка через каждые 60—70 см перемежается рядами кладки из валунов и грубооколотого камня.
 
Помимо остатков двух гражданских построек архитектура Гродно XII в. представлена двумя храмами — так называемой Нижней церковью, руины которой находятся в центре древнего детинца, и Борисоглебской церковью на Коложском холме, расположенном за рекой Городянкой напротив детинца. Архитектура обоих зданий настолько самобытна и, в частности, настолько оригинальны примененные гродненскими зодчими средства художественной выразительности, что это позволяет выделить архитектуру Гродно в самостоятельную архитектурную школу.
 
Наиболее ранним из этих зданий была Нижняя церковь (вторая четверть XII в.). Церковь по своему типу была шестистолпным крестовокупольным зданием (см. рис. 23, 5). О том, как завершалось здание, судить трудно, так как стены его сохранились по периметру на высоту до 3,5 м. План здания — прямоугольный с выступающим на восточном фасаде неполным полукружием центральной апсиды. Боковые апсиды устроены в толще восточной стены. Эта черта сближает гродненскую церковь с полоцкой архитектурной традицией. Шесть внутренних столбов имеют в плане форму квадрата со скошенными углами. Подкупольный квадрат расположен в западной стороне храма подобно Благовещенской церкви в Витебске, являющейся наиболее близкой аналогией Нижней церкви в Гродно. Фасады церкви расчленены плоскими лопатками, по типу восходящими к традициям XI в. К особенностям здания относятся скошенные западные углы без лопаток. Возможно, что боковые части фасадов не завершались закомарами, и весь верх имел форму, необычную для древне-
 
 
—стр. 589—
 
русских зданий. Очевидно, боковые нефы были перекрыты односкатной крышей. Лестница в юго-западном углу вела на хоры.
 
Исключительно интересна в гродненской церкви система архитектурного украшения фасадов. В кладку стен, выполненную из кирпича по порядовой системе, вставлены огромные глыбы камня неправильной формы и валуны, отесанные и отполированные на фасадах. По периметру среза камни имеют невысокие скошенные грани, что придает им вид драгоценных камней. Камни (граниты и гнейсы) подобраны по цветам: серо-розовые, серо-зеленые, а также коричневато-серые, коричневые, красновато-фиолетовые и почти черные. Кирпичная кладка на фасадах между камнями была закрыта тонким слоем обмазки. В верхних частях фасадов, где шел ряд узких арочных окон, была применена майолика. В простенках между окнами были вмурованы большие чаши, покрытые зеленой поливой. Над ними находились вставки из поставленных под углом 45° майоликовых плиток зеленого и коричневого цветов. Из таких же плиток были составлены многочисленные декоративные кресты и орнаментальные украшения. Внутри храм не был расписан фресковой живописью, что редко бывало на Руси. Большой художественный эффект создавал пол из разноцветных (желтых, красных и зеленых) майоликовых плиток различной формы. Из этих плиток в центральной части здания был выложен сложный узор.
 
Борисоглебская церковь на Коложе (рис. 25) была церковью небольшого княжеского монастыря. Год ее постройки неизвестен; вернее всего ее следует отнести к 80-м годам XII в. По типу — это восьмистолпный трехапсидный крестовокупольный храм с близкостоящими к стенам апсиды четырехгранными со срезами столбами и шестью свободностоящими круглыми столбами, из которых четыре восточных образовывали подкупольный квадрат, а на два западных, более толстых, опирались хоры (см. рис. 23, 1). Круглые столбы придают внутреннему помещению зальный характер. Глава храма поставлена в его геометрическом центре. Верх здания не сохранился, и характер его завершения неизвестен. Внутри церкви по второму этажу шел с трех сторон деревянный балкон, на котором помещались хоры. Выход на балкон был с лестниц, проложенных в толще стен южной и северной апсид. Внутрь храма выходят многочисленные отверстия голосников, расположенных в стенах в шахматном порядке. По низу идет ряд небольших ниш.
 
 
25. Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в. Деталь кладки апсиды
25. Гродно. Борисоглебская церковь на Коложе, XII в.
Деталь кладки апсиды
 
 
Большой интерес представляет характер декорации фасадов Коложской церкви. Их членят пилястры сложного профиля, характерные для стилистического направления Приднепровья конца XII в. и близкие по форме к пилястрам Васильевской церкви в Овруче. Как и в Нижней церкви, фасады (особенно в нижних частях) украшены вставленными в кирпичную кладку глыбами разноцветных камней с отполированной лицевой поверхностью. Еще больше, чем в Нижней церкви, фасады Коложской церкви украшены цветной майоликой. Вставки из поливных желтых, зеленых и коричневых плиток различной формы (всего 16 типов), из разноцветной майолики создавали исключительный художественный эффект.
 
В более ранней по времени Нижней церкви нет черт, сближающих ее с архитектурой Приднепровья середины XII в. Она принадлежит к кругу памятников западных областей и, в частности, близка к полоцкому зодчеству. При этом характер ее архитектуры имеет ряд глубоко самобытных черт (декорация фасадов, форма апсид,
 
 
—стр. 590—
 
возможно поскатное покрытие боковых нефов).
 
В Коложской церкви нет черт, сближающих этот памятник с полоцким зодчеством, зато можно отметить близость ее к стилистическому направлению Приднепровья конца XII в. (профилированные пилястры) и, в частности, к архитектуре церкви Василия в Овруче, в которой также использованы декоративные свойства камней в кирпичной кладке. Вместе с тем в коложской церкви много самобытных черт. Это — камни и керамика на фасадах, голосники в стенах, круглые столбы, деревянные хоры-балкон, ниши первого яруса, многотипность майоликовых плит.
 
Почти полностью повторяет тип Нижней церкви в Гродно церковь, обнаруженная в г. Волковыске. Она имела лишь большие размеры, и к ее юго-западному углу примыкала квадратная в плане башня. Волковысская церковь не была достроена. Вблизи нее были обнаружены штабеля плинфы, известковая, творильная яма и заготовленные для декорировки фасадов камни со шлифованными поверхностями.
 
 
 

III. АРХИТЕКТУРА ЮГО-ЗАПАДНЫХ ОБЛАСТЕЙ ДРЕВНЕЙ РУСИ В XII—XIII вв.

 
Юго-западные области древней Руси — Галицко-Волынские земли — были тесно связаны с экономической и политической жизнью Приднепровья и других русских земель. В XII в. в Галицко-Волынской земле возникают многочисленные города, застраиваются столицы княжеств, развиваются ремесла.
 
С середины XII в. Волынь, всегда игравшая важную роль в исторической и политической жизни древней Руси, становится самостоятельным княжеством. В этот период происходит значительное оживление торговых путей, идущих через Волынь с запада в Приднепровье. По этим путям идут и архитектурные связи древнерусских земель со странами Западной Европы. Постоянная угроза нападения с запада вынуждала волынских князей принимать энергичные меры по строительству оборонительных укреплений в своих городах. Особенно сильно была укреплена столица Волыни — Владимир-Волынский, бывший в XII в. одним из крупнейших русских городов.
 
О гражданской архитектуре Владимира-Волынского сведений не сохранилось. Из монументальных сооружений до наших дней дошел городской Успенский собор («Мстиславов храм»), построенный в 1160г. волынским князем Мстиславом Мстиславичем¹ (рис. 26). По своему типу, строительной технике и архитектурным формам собор близок к зодчеству Приднепровья и, в частности, к киевской архитектуре XII в. (Кирилловская церковь). Тип его восходит также к Успенскому собору Киево-Печерской лавры. Это — шестистолпный крестовокупольный храм, увенчанный одной главой (рис. 27, 1). Пропорции его плана несколько более вытянуты, чем у приднепровских памятников. Стены и перекрытия сложены из плинфы порядовой кладкой на известковом растворе с примесью цемянки. Фасады расчленены пилястрами с мощными полуколоннами и украшены аркатурными поясами. Сохранились остатки фресковой росписи, близкие по стилю к росписям Киева и Чернигова XII в.
____________
¹ Собор был сильно перестроен в XVIII в. и восстановлен в предполагаемом первоначальном виде в конце XIX в.
 
Еще более близка к приднепровскому зодчеству так называемая Федоровская церковь, фундаменты которой были обнаружены в конце XIX в. над р. Луг (см. рис. 27, 2). Церковь, очевидно, была собором загородного монастыря. Ее план почти точно повторяет типы приднепровских шестистолпных храмов XII в. Очень близка и техника строительства. Как и в черниговском зодчестве, на кирпичах Федоровской церкви можно видеть клейма мастеров.
 
Оба памятника, относящиеся ко второй половине XII в., представляют тот период волынского зодчества, когда оно находилось под сильным влиянием преднепровской архитектуры.
 
 
—стр. 591—
 
Волынская архитектура последующего времени (конец XII в. — XIII в.) до последнего времени была неизвестна. В результате последних исследований неподалеку от Васильевской ротонды XIV в. был обнаружен четырехстолпный крестовокупольный храм (предположительно — Васильевская церковь) с мощными внутренними столбами, узкими боковыми нефами и узкими лопатками на фасадах. Техника строительства здания близка к приднепровской технике конца XII в. Подобно Пятницкой церкви в Чернигове его стены сложены по системе «ящиков» с забученной известковым бетоном серединой. Близка к приднепровскому стилю конца XII — начала XIII в. и декорация апсид пилястрами с тонкими вертикальными тягами. К местным особенностям следует отнести четырехгранную форму внутренних столбов и своеобразные очертания в плане углов здания с уступами и закруглениями.
 
Следующий этап развития волынского зодчества представлен Михайловской ротондой, также недавно обнаруженной исследованиями. Как следует предположить, она была построена во второй половине XIII в. и, возможно, относится к строительной деятельности волынского князя Владимира Васильковича. В отличие от всех древнерусских построек предшествующего времени здание возведено из брускового кирпича. Раствор, на котором были сложены стены Михайловской церкви, — известковый с цемянкой, обычный для древнерусского зодчества. Михайловская ротонда представляла собой здание центральнокупольного типа, издавна существовавшего в христианской архитектуре как на Западе (церковь Сан Стефано Ротондо в Риме и др.), так и на Востоке (Звартноц в Армении, Бана в Грузии, Лекит в Азербайджане и др.). В X—XII вв. этот тип был известен как в странах Южной и Центральной Европы, так и на Руси (ротонда в Смоленске XII в.).
 
Редкий для древнерусского зодчества ротондальный тип здания мог применяться в церковных постройках в исключительных случаях. Возможно, что это были мемориальные храмы либо храмы-усыпальницы. Внешние стены Михайловской ротонды образовывали кольцо с тремя полукруглыми в плане апсидными нишами в толще восточной стены, с двумя пилястрами на восточном фасаде. Внутреннее кольцо состояло из восьмигранных и круглых в плане кирпичных столбов, на которые, как можно предполагать, опирались арки, поддерживавшие барабан и купол.
 
 
26. Владимир-Волынский. Успенский собор, 1160 г. Общий вид с запада
26. Владимир-Волынский. Успенский собор, 1160 г.
Общий вид с запада
 
 
Татаро-монгольское нашествие не прекратило строительства на Волыни. Под влиянием военной угрозы как со стороны татар, так и с Запада, во второй половине XIII — начале XIV в. там велось интенсивное каменное оборонительное строительство. До наших дней сохранилось несколько памятников этого строительства. Это — известные каменные волынские башни, находящиеся в юго-западной части Волынской земли — в районах Холма и Каменца-Литовского. Строительство этих башен было вызвано существенными изменениями, происшедшими в военном деле. С распространением арбалетов и метательных машин — «пороков» — начали строить в системе оборонительных укреплений высокие башни с большим радиусом обстрела. О подобных башнях неоднократно упоминают летописи второй половины XIII в. Так, о замке в Холме говорится: «Вежа же средь города высока, яко-же бити с нея окрест града, подздана каменьем в высоту 15 лакот, соз-
 
 
—стр. 592—
 
дана же сама деревом тесаным и убелена яко сыр, светящися на все стороны». Упоминаются и каменные башни в Гродно, Бресте.
 
 
27. Владимир-Волынский 1 — Успенский собор (западный фасад и план); 2 — церковь Федора («Старая катедра»), XII в. (план)
27. Владимир-Волынский
1 — Успенский собор (западный фасад и план); 2 — церковь Федора («Старая катедра»), XII в. (план)
 
 
Наиболее известна башня в Каменце-Литовском («Белая Вежа»), построенная в 1271—1289 гг. волынским князем Владимиром Васильковичем (рис. 28, 1). О ней летопись сообщает: «Сзда же в нем [Каменце] столп камен, высотою 17 саженей». Каменецкая башня высотой 29 м стоит на р. Лесной. Как можно предположить, она входила в систему оборонительных укреплений замка. Сложена она из брусчатого кирпича размерами 26,5×13,5×8 см, близкого к кирпичу Михайловской ротонды во Владимире-Волынском. Круглая в плане башня имела пять ярусов. Внешний ее диаметр 13,5 м при толщине стен до 2,5 м. Ярусы соединялись деревянными лестницами. В нижних частях четырех этажей устроены окна-бойницы с интересными стрельчатыми трехлопастными арочками, свидетельствующими об определенном влиянии форм готического зодчества. Верх башни венчали высокие прямоугольные зубцы.
 
Остатки башни, подобной каменецкой, были обнаружены в г. Черторыйске.
 
В районе г. Холма существуют еще две такие башни. Первая из них в с. Белавино — прямоугольная в плане (11,8×12,4 м), сохранилась на высоту 16,6 м (см. рис. 28, 3). Башня имела первоначально три яруса и была перекрыта сводами. Сложена она из хорошо отесанных блоков местного известкового камня на известковом растворе при толщине стен до 1,7 м. Узкие окна-бойницы были украшены резными наличниками из местного холмского камня. Вторая башня, четырехгранная снаружи и круглая внутри, также сложенная из блоков известкового камня, находится в с. Столпье (см. рис. 28, 2). Размеры ее в плане — 5,8×6,3 м. Сохранилась башня на высоту до 19,5 м. Как показали исследования, на высоте 10,3 м ее окружала деревянная галерея, предназначенная для стрельбы по врагу.
 
Остатки третьей подобной башни, также находившейся в районе Холма, в с. Спас, впоследствии были переделаны в церковь. Памятник этот еще не изучен. По технике строительства холмские башни близки к галицкому зодчеству.
 
Замковое строительство Волыни XIV в. (замок Любарта в Луцке, замок в Кременце и др.), в котором столь сильны традиции древнерусского зодчества, открывает историю архитектуры украинского народа. Именно на Волыни возникали в XIV в. памятники зодчества, в которых видны зарождающиеся национальные черты украин-
 
 
—стр. 593—
 
ской архитектуры. В этом отношении значение волынского зодчества XII—XIII вв., нашедшего свое непосредственное продолжение в развитии архитектуры украинского народа, очень велико.
 
 
28. Башни XIII в. 1 — Каменец-Литовский. Белая вежа, конец XIII в. (фасад, разрез и план); 2 — с. Столпье близ г. Холма. Башня, конец XIII в. (фасад и план); 3 — с. Белавино близ г. Холма. Башня, конец XIII в. (фасад и план)
28. Башни XIII в.
1 — Каменец-Литовский. Белая вежа, конец XIII в. (фасад, разрез и план); 2 — с. Столпье близ г. Холма. Башня, конец XIII в. (фасад и план); 3 — с. Белавино близ г. Холма. Башня, конец XIII в. (фасад и план)
 
 
Новую страницу в истории древнерусского зодчества открывает архитектура древнего Галича. Галицкая земля к середине XII в. становится одним из крупнейших княжеств древней Руси. Галицкие князья, подобно владимиро-суздальским, ведут борьбу с феодально-боярской оппозицией и проявляют тенденцию к собиранию русских земель.
 
В конце XII столетия произошло политическое объединение Галицко-Волынских земель под властью князей волынской династии. При них Галич стал крупнейшим центром, распространившим свое влияние на соседние земли. Особенно усилилось политическое влияние Галича в первой половине XIII в., когда галицкие князья подчинили своей власти Приднепровье и перед самым татарским нашествием даже заняли Киев.
 
В это время Галич был одним из самых больших и богатых городов Европы. Крупные градостроительные работы предпринял в Галиче в середине XII в. князь Ярослав Осмомысл, отстроивший приднестровскую столицу. Город занимал большую территорию, раскинувшуюся на холмистой местности в излучине рек Луквы и Мозлева Потока. На мысе высокого плато возвышался детинец — сильная крепость с княжескими дворцами и дворцовой церковью Спаса с северной стороны. В южной части городского центра находился городской Успенский собор. К югу от детинца, за линией мощных валов, достигающих в наши дни 8 м высоты, располагался Окольный город. За тройными валами Окольного города шли городские посады. Многочисленные пригородные села, монастыри и феодальные усадьбы окружали древний Галич. Хорошо сохранились рвы и валы укрепленного монастыря в 5 км к северу от Галича, на высоком холме при впадении р. Ломницы в Днестр. В центре этих укреплений стоит церковь Пантелеймона. К югу, в 12 км от Галича, на высоком холме, господствующем над долинами рек Днестра и Быстрицы, находил-
 
 
—стр. 594—
 
ся Борисоглебский монастырь. На его территории были обнаружены фундаменты большой белокаменной ротонды XII в.
 
 
29. Церкви XII—XIII вв. Галич: 1 — Успенский собор, 1157 г. (план); 2 — Ильинская церковь, XII—XIII вв. (план); 3 — церковь „под Дубравой“, XII—XIII вв. (план); 4 — церковь Пантелеймона, XII в. (восточный фасад, план, западный портал и его деталь); 5 — Львов. Церковь Николая, конец XIII в. (план)
29. Церкви XII—XIII вв.
Галич: 1 — Успенский собор, 1157 г. (план); 2 — Ильинская церковь, XII—XIII вв. (план); 3 — церковь „под Дубравой“, XII—XIII вв. (план); 4 — церковь Пантелеймона, XII в. (восточный фасад, план, западный портал и его деталь); 5 — Львов. Церковь Николая, конец XIII в. (план)
 
 
Городская застройка Галича мало изучена; по всем данным, она ничем существенно не отличалась от застройки других древнерусских городов. Летописи неоднократно упоминают о княжьих дворах Галича. Галичский княжеский деревянный дворец, построенный в 1152 г., был соединен деревянными переходами с хорами каменной придворной церкви Спаса, что дает основание видеть в нем комплекс, сходный с белокаменным дворцом Андрея Боголюбского в Боголюбове.
 
Техника строительства галицких каменных зданий очень отличается от строительной техники Приднепровья. Основным строительным материалом Галича был великолепный по качеству местный белый известняк. Все здания возводились на бутовых фундаментах. Кладка стен, столбов, арок и
 
 
—стр. 595—
 
сводов велась из хорошо отесанных и тщательно пригнанных блоков камня на известковом растворе. В известковый раствор галицкие зодчие не добавляли цемянки. Середина стен забучивалась известковым бетоном подобно тому, как это делали мастера Владимиро-Суздальской Руси. Полы зданий выкладывались из узорчатых поливных плиток. Особый интерес представляют тонкие керамические плитки, которыми, возможно, были облицованы стены дворцовых построек. На этих плитках с большим профессиональным мастерством вытиснены изображения грифонов, птиц, зверей и орнаменты.
 
Многочисленные остатки украшений монументальных зданий Галича находят в раскопках в виде резных архитектурных белокаменных фрагментов и узорчатых керамических облицовочных плиток.
 
От монументальных каменных построек Галича почти ничего не сохранилось. На большой территории, которую занимали Галич и его окрестности, раскопками были обнаружены фундаменты примерно 30 каменных сооружений, однако по большей части они недостаточно исследованы. Все же на основании этих исследований можно сделать некоторые выводы о типологических особенностях галицкой школы зодчества. Основной ее чертой было большое разнообразие архитектурных типов. Кроме характерного для древней Руси крестовокупольного типа, представленного в Галиче рядом четырехстолпных храмов (Успенский собор, церкви Спаса, «под Дубравой», Пантелеймона, рис. 29, 1, 3, 4), для Галича были характерны и небольшие однонефные и одноапсидные храмы и ротонды. В одном из памятников Галича (так называемая Ильинская церковь, рис. 29, 2) своеобразно сочетаются последние два типа: к круглому в плане центральному помещению примыкают прямоугольный притвор с запада и апсида с востока.
 
В разнообразии типов построек древнего Галича, как можно предполагать, имели значение его архитектурные связи не только с Приднепровьем (крестовокупольные постройки), но и с романской архитектурой Запада (однонефные храмы, вытянутые по продольной оси). Влияние романского зодчества в какой-то степени сказалось и в характере резных белокаменных украшений, в частности, обильно украшенных резьбой перспективных порталов. Белокаменная резьба древнего Галича очень близка белокаменной резьбе владимиро-суздальского зодчества и несомненно имеет с ней общие связи.
 
 
30. Галич. Церковь Пантелеймона, XII в. Апсиды
30. Галич. Церковь Пантелеймона, XII в. Апсиды
 
 
Крупнейшим зданием Галича был Успенский собор, построенный в 1157 г. князем Ярославом Осмомыслом. От здания собора сохранились лишь фундамент да незначительные остатки южной стены. В своей центральной части собор, как можно предполагать, был крестовокупольным четырехстолпным трехапсидным храмом. С трех сторон его окружали закрытые галереи. Завершался он, возможно, одной главой. План здания по общей схеме несколько напоминает планы построенных позднее Благовещенского собора в Чернигове и Успенского собора во Владимире на Клязьме. Здание было построено из белого камня,
 
 
—стр. 596—
 
фасады и порталы украшены белокаменными скульптурными деталями, резными капителями, орнаментированными деталями, масками.
 
 
31. Галич. Церковь Пантелеймона. Западный портал 32. Львов. Церковь Николая, конец XIII в. (общий вид с юго-востока)
31. Галич. Церковь Пантелеймона. Западный портал 32. Львов. Церковь Николая, конец XIII в. (общий вид с юго-востока)
 
 
Единственный дошедший до наших дней памятник древнего Галича — церковь Пантелеймона, построенная во второй половине XII в. (до 1200 г.). От древней постройки сохранились на значительную высоту наружные стены, западный и южный порталы и, три апсиды. Церковь сложена из блоков светло-желтого камня на известковом растворе. Четырехстолпный трехапсидный храм, вероятно, имел крестовокупольную структуру. Особенность его плана заключается в исключительно правильном геометрическом построении (см. рис. 29, 4). Крещатым столбам отвечают узкие лопатки, несколько не совпадающие с пилястрами фасадов.
 
Перспективный западный портал украшен колонками на пьедесталах сложного профиля с хорошо прорисованными коринфскими капителями. Такие порталы характерны как для памятников владимиро-суздальского зодчества, так и для многих романских сооружений XII—XIII вв. в Венгрии, Чехии, Польше, Силезии. Антаблемент портала украшен резным стилизованным акантовым орнаментом, перевитым жгутом. Такими же орнаментами и жгутами обрамлены архивольты портала. Более прост портал южного фасада, украшенный резными колонками с резным архивольтом. Очень изящно выполнены маленькие капители пилястр аркады, расчленяющей апсиды восточного фасада. Фасады храма не имеют украшений и тщательно выполнены в каменной кладке (рис. 30, 31).
 
По раскопкам известен еще один памятник галицкой архитектуры — церковь XII в. в Василёве, одном из южных городов Галицкой земли. Церковь стояла на приднестровском холме, соседнем с холмом, где находится городище древнего Василёва. Ее местоположение подобно Коложской церкви в Гродно, и, очевидно, так же, как и последняя, Василёвская церковь была храмом загородного княжеского монастыря. Тип здания — обычный для древнерусских храмов XII в.: четырехстолпный, крестовокупольный, с тремя апсидами. Кладка стен из белокаменных блоков обычна для галицкого зодчества. Порталы здания были украшены белокаменной резьбой.
 
В XIII в. крупный центр Западной Волыни — Холм — входил в состав Галицкого княжества. В архитектуре Холма, очень близкой к галицкому зодчеству, продолжались и развивались галицкие традиции. Многочисленные белокаменные постройки Холма не уцелели до наших дней. В Ипатьевской летописи под 1259 г. имеется описание церкви Ивана. Она была богато укра-
 
 
—стр. 597—
 
шена «хитрецом» Авдеем. На четырехсторонних капителях были высечены изображения человеческих голов. Порталы были сложены из белого галицкого и зеленого холмского камня. Окна были украшены витражами («римскими стеклами»).
 
В другой холмской церкви — Козьмодемьянской — внутренние столбы были «из целого камня», а полы — из медных, залитых оловом плит. Летопись рассказывает также об интересном древнерусском монументе — стоявшем недалеко от Холма столбе с большим каменным изваянием орла. Монумент имел значительные размеры: около 5,5 м в высоту.
 
В XIII в. был застроен новый центр Галицкой земли — Львов, сыгравший большую роль в культурной и политической жизни Галиции. Древняя планировка города типична для древнерусской градостроительной традиции. На высоком, с крутыми склонами, западном холме — Княжей горе, возвышающейся над долиной р. Полтвы, находился детинец. На северо-западных склонах и у подножья горы полукольцом располагалось Подгородье — городские кварталы с многочисленными дворами, монастырями, церквами. За Подгородьем размещались ремесленные посады, занимавшие также правый берег Полтвы. На соседнем холме, возвышающемся над восточной частью Львовской долины, находился монастырь Святого Юра.
 
В городе насчитывалось более 16 православных церквей, два католических костела, две армянские церкви. Из этих сооружений частично уцелели лишь некоторые памятники Подгородья. Церкви Иоанна Крестителя 1260 г., Пятницкая, Онуфриевская и костел Марии Снежной были настолько перестроены в последующие века, что совершенно невозможно без глубоких исследований выяснить их первоначальные формы. Несколько лучше, хотя также в значительно перестроенном виде, сохранилась церковь Николая (конец XIII — начало XIV в.), бывшая, как полагают, храмом княжеского двора (рис. 29, 5 и 32). Церковь — крестообразная в плане, с тремя апсидами. Центральная часть перекрыта куполом, боковые приделы и западный притвор — крестовыми сводами. Белокаменная кладка в сохранившихся древних частях близка по технике к кладке построек Галича.
 
Галицкое зодчество XII — первой половины XIII в., близкое в типологическом отношении к другим местным школам Южной и Западной Руси этого времени, отличалось применением тесаного камня в качестве основного строительного материала. С этим была связана и своеобразная декоративная обработка фасадов, находящая, как и белокаменная кладка, аналогию лишь в зодчестве Северо-Востока Руси — Владимиро-Суздальской земли.
 

21 июня 2018, 19:16 0 комментариев

Комментарии

Добавить комментарий

Партнёры
ООО «АС-Проект»
Архитектурное ателье «Плюс»
Компания «Мир Ворот»
Группа компаний «Кровельные системы» и Салон DOORSMAN
ГК «СтеклоСтиль»
Алюмдизайн СПб
СОЦГОРОД
Архитектурное бюро «РК Проект»
АО «Прикампромпроект»
Джут