наверх
 

А. Э. Гутнов. Город как объект системного исследования

Max Peintner. Take-Off, project (Perspective). 1974
Max Peintner. Take-Off, project (Perspective). 1974. Source: MoMA
 
 
 
Алексей Эльбрусович Гутнов (1937—1986) — советский архитектор, теоретик архитектуры и градостроительства, автор более чем ста научных статей и нескольких книг, в том числе четырёх монографий. Популяризатор архитектуры. В 1971 году Гутнов защитил кандидатскую диссертацию по теме «Влияние изменяемости городской среды на принципы её проектирования», а в 1980-м — докторскую по теме «Структурно-функциональная организация и развитие градостроительных систем».
 
Ниже мы публикуем статью А. Э. Гутнова об основных структурных уровнях изучения городской среды, об особенностях существования, действия и становления градостроительных систем, находящих отражение в их структуре, функциональной организации и истории.
 
 
 

А. Гутнов. Город как объект системного исследования // Вопросы теории архитектуры (тезисы лекций для семинаров повышения квалификации архитекторов) : Сборник статей. — Москва, 1976. — 135 с., ил. — С. 101—114.

 
 

ГОРОД КАК ОБЪЕКТ СИСТЕМНОГО ИССЛЕДОВАНИЯ

А. Гутнов

 
Город без сомнения является сложной системой. Именно этим объясняется то, что любая попытка строгого и полного описания города как системы упирается рано или поздно в недостаточно глубокое знание множества составляющих его подсистем и элементов, отсутствие исследовательских средств и математического аппарата, позволяющего выявить и формализовать отношения между ними. Трезво осознаваемый большинством современных исследователей этот факт побуждает их заведомо отказаться от построения целостной картины города и сосредоточить усилия на изучении отдельных, локальных сторон и аспектов городской действительности.
 
Существует, однако, другой выход из положения — о нем и пойдет речь ниже. Можно, не отказываясь от общей идеи построения целостной картины города, попытаться получить ее не на основе перебора совокупности влияющих на нее факторов, а с помощью сильно упрощающих реальную действительность моделей, адекватно отражающих лишь самые общие (но и самые главные) характеристики явлений — принцип внутреннего строения города и динамику его развития во времени. Сущность этого предложения заключается в установке на исследование структуры города, т. е. того, что можно назвать «общей архитектоникой системы».¹ Представив город, а точнее — городскую среду, как иерархию «вкладывающихся» друг в друга структур, можно далее исследовать специфику его пространственной организации на основе широкого использования аналогий в структурном построении систем, имеющих различные размеры, физическую природу и тип функционирования.
____________
¹ См. А. Малиновский. «Теория структур и ее место в системном подходе» в сб. «Системные исследования». М., 1970.
 
Ниже мы наметим пути реализации предложенного подхода к исследованию города. Вначале попытаемся обозначить основные структурные уровни изучения городской среды, а затем рассмотрим некоторые особенности существования, действия и становления градостроительных систем, которые находят отражение в их структуре, функциональной организации и истории.
 
Даже самое краткое обращение к истории города ясно показывает многозначность понятия «город», которое эволюционировало вместе с самим городом и включало в себя все большее многообразие значений: город как тип среды; город как образ жизни; город как форма освоения. Сегодня слово «город», обозначает сложный и неоднородный по составу конгломерат явлений, в котором, однако, объективно выявляются по меньшей мере три иерархически взаимосвязанных уровня. В общих чертах эти уровни соответствуют трем исторически сложившимся областям практической и проектной деятельности по организации жизненной среды человека: архитектуре, градостроительству и районной планировке.
 
Первый уровень. Городская среда формируется сооружениями. Однако несмотря на то, что сооружение традиционно всегда было основным объектом профессиональной деятельности архитектора, само по себе, взятое в отдельности, вне связей с другими сооружениями, оно не определяет тип среды, ее состояние или изменение. Поэтому на уровне городской среды в качестве основного объекта исследования следует рассматривать не отдельное сооружение, а пространственно обособленный участок среды, т. е. систему сооружений и городских пространств, образующих единый градостроительный комплекс. Такой комплекс может сформироваться на основе стилевого единства, общности ландшафтных характеристик или специфики функционального использования. Однако безотносительно к тому, по какой именно причине этот комплекс возникает, он всегда характеризуется пространственной целостностью и определенной степенью функциональной связанности. Любой достаточно большой участок города естественно распадается на отдельные градостроительные комплексы. Такими комплексами являются, например, район Сретенки или Арбатских переулков в центре Москвы.
 
В качестве элементов комплекса следует рассматривать микропространства — «ячейки» (изолированные пространства для жизнедеятельности одного или нескольких человек) и «залы» (места скоплений людей). Микропространства могут входить в состав сооружений, а иногда представлять собой отдельные сооружения. Реальные связи, с помощью которых микропространства объединяются в градостроительные комплексы, образуют элементарную структуру городской среды. В ней легко различимы линейные (улицы) и узловые (площади) элементы. Градостроительный комплекс всегда может быть представлен, как совокупность пространств, тяготеющих к определенной конфигурации улиц и площадей, формирующих их или заполняющих образованную ими структуру.
 
Задача исследования города на уровне градостроительного комплекса сводится к тому, чтобы описать как формируется из отдельных микропространств градостроительный комплекс, как он функционирует и развивается. При этом различные сооружения и пространства, их группы и сочетания могут рассматриваться как подсистемы, входящие в единую систему данного комплекса.
 
Второй уровень. В качестве элементов здесь выступают отдельные градостроительные комплексы. Система в целом представляет собой взаимосвязанное единство городских объектов и территорий, в котором реализуется весь комплекс социальных потребностей населения, т. е. его трудовых, потребительских и рекреационных связей. Критерием целостности системы такого типа является, следовательно, замкнутый цикл связей «труд-быт-отдых», и это позволяет условно охарактеризовать ее как «городской организм».
 
Основные функциональные связи городского организма реализуются в пространстве возможностью непосредственного попадания из одного его пункта в другой с помощью транспортных средств; соответственно, структура городского организма находит отражение в трассировке главных дорог и транспортных магистралей и размещении важнейшие транспортно-коммуникационных узлов. На уровне исследования городского организма главной задачей является описание того, каким образом взаимодействие множества градостроительных комплексов обеспечивает функционирование города, как самодостаточной системы, дающей человеку неограниченное разнообразие социальных контактов и типов деятельности и являющейся поэтому микромоделью общества.
 
В качестве подсистем, входящих в городской организм могут выступать отдельные городские единицы, т. е. взаимосвязанные группы комплексов, реализующие локальные функции — жилые, производственные, рекреационные зоны и их сочетания (система жилья, обслуживания и т. д.). Важнейшим и наиболее действенным критерием для выделения городского организма как целостной системы являются реальные трудовые связи, взятые во всем их многообразии. Такие связи, как правило, выходят далеко за рамки установившихся границ города и охватывают целые системы поселений, тяготеющих к крупному городскому центру. Уже сегодня реально функционирующая градостроительная система на рассматриваемом нами уровне чаще всего представляет группу взаимосвязанных территорий и городских образований (типа агломерации или групповой системы) и значительно реже — единую компактно организованную урбанизированную территорию в духе классических представлений о городе. В дальнейшем такая картина станет еще более выраженной. Именно поэтому мы считаем неправильным пользоваться словом «город» для обозначения объекта исследования на данном (и вообще на каком-либо одном) уровне организации жизненной среды и предпочитаем ввести для этой цели более громоздкое, но зато более точно передающее смысл нашего отношения к объекту выражение «городской организм». Это позволяет в то же время сохранить слово «город» для общего обозначения всей суммы интересующих нас явлений, не выхолащивая то богатое и часто противоречивое содержание, которое вкладывается в него сегодня.
 
Третий уровень. На этом уровне, который можно охарактеризовать как уровень городских скоплений, городские организмы, т. е. отдельные поселения, агломерации, групповые системы, выступают как элементы.
 
Задача исследователя — понять, как они взаимодействуют друг с другом и окружающей средой. Важнейшим условием этого взаимодействия является поддержание общего экологического баланса, развитие экономики на основе замкнутых производственных циклов, обеспечивающих рациональное потребление природного сырья, утилизацию и очистку промышленных отходов, защиту и восстановление природного окружения. Эти проблемы могут быть эффективно решены только в рамках обширного территориально-производственного комплекса, имеющего устойчивый баланс производства и потребления, определяющего известную автономию этого комплекса в рамках национальной или глобальной экономической системы. Такой комплекс — эконом-географический район — и является основным объектом исследования на уровне городских скоплений. Сам термин «эконом-географический район» предполагает экономическую самодостаточность и всесторонний учет природных факторов в качестве основных критериев, определяющих целостность системы.
 
Отдельные микрорегионы, районы расселения и т. п. могут рассматриваться как подсистемы, входящие в систему эконом-географического района. Эконом-географические районы, в свою очередь, являются элементами государственной, континентальной или глобальной системы расселения. Системообразующие связи этого уровня реализуются транспортными, информационными и энергетическими сетями, обеспечивающими регулирование и управление развитием эконом-географического района, т. е. относительно обособленной части страны.
 
Намеченная иерархия пространственной организации жизненной среды человека охватывает все многообразие явлений, которое заключено в понятии «город» и, вместе с тем, позволяет устранить неопределенность, существующую сегодня в его толковании, относя различные составляющие этого многозначного термина к различным уровням исследования городской деятельности. На первом уровне выступают пространственные связи, обеспечивающие целостность градостроительных комплексов. На втором уровне город рассматривается преимущественно как образ жизни, исследуются механизмы и связи, обеспечивающие социальную самодостаточность городского организма. Наконец, на третьем уровне город выступает, как форма территориального освоения и важнейший фактор экономической активности общества, исследуются социально-экономические и экологические зависимости, обеспечивающие баланс производства и потребления, искусственной и естественной среды в рамках эконом-географического района как стереотипной единицы общегосударственной и мировой экономики.
 
Выявляются три типа объектов градостроительного исследования, отвечающие уровням иерархии пространственной организации среды — градостроительный комплекс, городской организм, эконом-географический район. При всей кажущейся очевидности этих выводов, они требуют серьезного переосмысления некоторых стереотипов, сложившихся в современной градостроительной науке и практике и заметно тормозящих их развитие. Однако только это делает оправданным системный подход к изучению города. Но главный результат заключается в том, что открывается путь к установлению тождества между различными уровнями изучения градостроительных систем, выявлению общих моментов пространственной организации в процессе сопоставления содержания, функционирования и становления этих систем.
 
Каждая градостроительная система, как и любой системный объект, может быть охарактеризована некоторым порядком расположения и взаимосвязи составляющих ее элементов, т. е. имеет определенную структуру. Структура является наиболее универсальной характеристикой любого объекта, которая позволяет делать заключение о его строении, опираясь не только на конкретный анализ данной системы, но и на некоторые объективные закономерности внутренней организации, общие для значительно более широкого класса систем, чем тот, который находится в поле непосредственного изучения.
 
В биологии, где системные исследования продвинулись дальше, чем в других областях, принято классифицировать системы по типу их структуры на два класса — жесткие и дискретные. Жесткие (организменного типа) системы характеризуются жесткими (в функциональном, а не в физическом смысле) связями элементов, когда изменение одного элемента влечет за собой изменение в других частях системы. Им противопоставляются дискретные (корпускулярные, популяционного типа) системы, где элементы являются независимыми единицами, образующими систему и обладающими рядом общих черт¹. Жесткие и дискретные системы обладают рядом примечательных и противоположных свойств. Тем, кто занимался проектированием или исследованием архитектурных и градостроительных объектов, эти свойства и различия хорошо известны.
____________
¹ См. сборник «Системные исследования», М., 1970.
 
Примеры жесткой системы — классический средневековый город; исторически сложившееся ядро или просто активно формирующийся центр крупного современного города. Здесь все элементы дифференцированы по признаку взаимной дополнительности (отдельные дома, общественные здания местного и общегородского значения, места скопления людей и т. п.). Каждый из этих элементов занимает свое место в сложной иерархической структуре. Развитие такой системы осуществляется путем дальнейшего углубления дифференциации элементов — функции центра и обслуживания интенсифицируются, за счет этого появляются возможности более четкого пространственного обособления и благоустройства жилых территорий.
 
В то же время жилая застройка крупного современного города или поселок во внешней зоне агломерации обнаруживают все признаки системы популяционного типа. Стереотипные элементы, из которых состоят эти объекты — многоэтажные здания или небольшие стандартные дома дачного типа — объединяются в целое по принципу сходства или общих свойств по отношению к окружающей среде. В условиях некомплексного строительства, как это и бывает в большинстве случаев, можно говорить лишь о пространственной (но не функциональной!) упорядоченности элементов. В развитии систем такого типа активно проявляются механизмы отбора. Так при размещении культурно-бытовых объектов и учреждений обслуживания в процессе реконструкции хаотически сложившейся городской застройки, наибольшее значение приобретают те пункты и сооружения, которые находятся ближе к узловым пунктам внешней коммуникационной сети, тогда как другие элементы, по условиям своего размещения не попадающие в эту категорию, могут оказаться совсем не затронутыми реконструкцией или реконструируемыми в последнюю очередь.
 
Различия между жесткими и дискретными структурами отчетливо проявляются на всех уровнях пространственной организации среды. Общественное здание имеет жесткую структуру, каждый элемент которой по-своему уникален. Многоквартирный жилой дом, например, строится по принципу механического сочетания однотипных элементов, его структуру почти всегда можно охарактеризовать, как дискретную. Различие между группой городов и групповой системой расселения, которое разъясняется обычно с помощью множества высказываний и конкретных примеров, также может быть, по-видимому, коротко сформулировано, как характерное различие между дискретно-популяционными и жестко-организменными системами.
 
В существующей городской реальности жесткие и дискретные структуры неразрывно связаны и непрерывно сменяют друг друга.
 
Построенные по принципу жестких структур сооружения — элементарные архитектурные организмы — образуют на уровне городской застройки системы дискретного типа, которые можно рассматривать, как популяции зданий. Эти системы интегрируются в жесткие структуры обособленных городских комплексов, а последние снова входят в состав дискретной структуры гигантских городских скоплений. Жесткость и дискретность являются таким образом не столько диаметрально противоположными способами пространственной организации, сколько двумя взаимосвязанными свойствами, которые в равной мере проявляются в процессе развития каждой системы, причем дискретность характеризует стадию активного формирования системы, а жесткость — стадию ее зрелости.
 
Такое понимание различий во внутреннем строении градостроительных систем полностью согласуется с трактовкой свойств жесткости и дискретности в той области, где эти понятия первоначально введены в употребление и по существу уже выходит за рамки собственно структурного анализа, дающего лишь статический срез (моментальный снимок) состояния системы. Тем самым открывается путь к уяснению некоторых общих закономерностей развития градостроительной системы во времени и построения ее универсальной динамической модели.
 
Центральное понятие этой модели — «каркас». Это та часть системы, которая фиксирует ее основные структурные связи. Это — материализованная структура, которая не только выражает порядок расположения частей, составляющих систему, но сама является, хотя и небольшой по размерам, но наиболее важной ее частью. Понятие противоположное и дополнительное по отношению к «каркасу» — «ткань» системы.
 
Каркас — наиболее устойчивая во времени часть системы, ее скелет, задающий код пространственной организации. Любые, даже незначительные изменения каркаса немедленно сказываются на всей системе в целом. Функционально каркас является средоточием активных процессов, которые стимулируют высокую плотность людских скоплений. Ткань — это относительно инертная «масса» системы, «заполнение» структуры, область экстенсивного освоения. Она может быть подвергнута существенным изменениям или даже полностью заменена в процессе развития системы.
 
В понятие «каркас» мы вкладываем смысл, близкий к тому, в котором употребляется широко распространенный в градостроительстве термин «планировочная структура». Однако в использовании этого термина существует сегодня известная неопределенность, которую мы стремимся устранить, вводя новое понятие. Планировочная структура определяется обычно как «одна из основных характеристик пространственной организации современного города, отражающая расположение и взаимосвязь промышленных, жилых, коммуникальных, транспортных и других функциональных зон».¹ При этом, однако, остается неясным, имеется ли ввиду некая абстракция, т. е. схема основных связей, фиксирующая принцип строения системы, или физическая реальность, т. е., например, система улиц, площадей, сооружений, взаимное расположение которых отражает этот основополагающий принцип. Фактически происходит смещение двух разных смыслов внутри одного термина. В первом случае слово «планировочная» мало что добавляет к слову «структура», которое можно с успехом использовать и без этого в его основном значении. Во втором же случае слово «структура» неправильно выражает содержание понятия, так как им обозначается не тип связи, а часть реальной системы. Чтобы избежать этой путаницы, мы и предлагаем пользоваться словом «каркас».
____________
¹ Ю. Бочаров, О. Кудрявцев. Планировочная структура современного города. М., 1972.
 
Для городского организма каркасом является система главных транспортных магистралей, коммуникационных узлов и связанных с ними сооружений городского значения; тканью — жилые дома, сооружения обслуживания и другие элементы городской застройки. В развитом градостроительном комплексе (например, общественном центре) в качестве каркаса можно выделить главные узлы внутренней коммуникационной структуры, отдельные сооружения или части сооружений, осуществляющие распределительные и управляющие функции в масштабе всего комплекса; в качестве ткани — основную массу сооружений, помещений, ячеек, стереотипных и узко специализированных по характеру функционального использования. В случае отдельного сооружения или помещения (например, индивидуальный жилой дом) каркас составляют элементы несущей конструкции, ткань — перегородки, полы, наружное ограждение и т. п.
 
Попытка дифференцировать элементы градостроительного и архитектурного объекта в связи с их значением в его структурной организации не является беспрецедентной. Такой подход еще с начала 60-х годов четко зафиксирован в понятиях «инфраструктура» и «ультраструктура» и находит все более широкое применение в практике архитектурной деятельности. Однако до сих пор соотношение устойчивой (инфраструктура) и изменяемой (ультраструктура) частей системы рассматривалось как константа, т. е. постоянная характеристика системы, изначально присущая ей и не претерпевшая изменений.
 
Возможно, эго объясняется традиционной привычкой мыслить масштабами небольшого сооружения, которое проходит стадию активного формирования и роста в период времени, исчезающе короткий по отношению к срокам его функционирования. Действительно, в этом случае процессами развития и роста можно пренебречь и статическая модель типа «инфраструктура — ультраструктура» адекватно отражает общую картину функционирования системы.
 
Но для города, развитие и формирование которого происходит в течение весьма длительного времени и по существу неотделимо от активного функционирования, использование такой модели ведет к недопустимым искажениям. Поэтому, в отличие от инфраструктуры и ультраструктуры, каркас и ткань мыслятся как элементы динамической модели, соотношение которых является величиной переменной и стабилизируется лишь в особых ситуациях. Традиционная модель не отбрасывается, но на область ее применения накладываются ограничения — она интерпретируется как частный случай более широкого, обобщающего представления любой градостроительной системы в процессе ее становлении, развития и перерождения.
 
Наличие каркаса всегда предполагает определенную иерархию, разделение элементов по характеру их функционирования. Не говоря уже о том, что такое разделение может существовать и между различными элементами каркаса, само по себе оно предполагает отношения дополнительности, взаимообусловленности каркаса и ткани в рамках целостной системы. Развитый каркас — привилегия эволюционно зрелой системы, имеющей жесткую структуру.
 
В дискретных системах каркас, как правило, не выражен или выражен неявно, находится в стадии формирования, и часто невозможно указать, какая именно из равновероятных возможностей его развития будет реализована в конечном счете. Если в жесткой системе структура уже материализована в виде каркаса и представляет собой основу, на которой осуществляется все ее последующее функционирование, то в дискретной системе структура представляет собой лишь гипотетическое «пространство возможностей», т. е. совокупность вероятных исходов развития системы. Дискретное состояние системы не может быть однозначно задано описанием каркаса, оно определяется главным образом свойствами и параметрами ткани. Поэтому развитие жесткой структуры — гомеостатическое регулирование на основе относительно неизменяемого или незначительно эволюционирующего каркаса. Развитие дискретной структуры — постепенное становление каркаса на основе механизмов отбора.
 
В соответствии с этим возможны два пути управления процессом активного формирования и роста градостроительных систем. Во-первых, рост с опережающим и полностью запрограммированным развитием каркаса. Стратегия такого роста тем более эффективна, чем более определенно задается в проекте обобщенная характеристика системы в целом. В этом случае система как бы минует стадию дискретной структуры и сразу приобретает жесткую структуру организменного типа. Этот путь представляется оптимальным для систем с относительно небольшими физическими размерами и сроками жизни, т. е. на уровне не выше градостроительных комплексов. Так происходит строительство отдельных объектов, сооружений и даже целых архитектурных ансамблей, когда процесс роста и формирования системы рассматривается совершенно обособленно, вне связи с программируемым режимом ее функционирования.
 
Другой путь — растянутый во времени рост с опережающим формированием ткани и постепенным выявлением каркаса, которое происходит путем последовательной дифференциации ткани на основе механизмов отбора. В этом случае оптимальная стратегия роста определяется достаточной широтой базы этого отбора, многообразием элементов ткани и их «валентностью», т. е. способностью вступать во взаимосвязи с другими элементами и внешней средой. Проектом задается лишь номенклатура и общие свойства элементов, позволяющие определить вероятные типы их группировки, но не обобщенная характеристика системы в целом. В процессе развития происходит постепенная трансформация дискретной структуры в жесткую. Такой путь предпочтителен для городского организма и скоплений, имеющих длительные сроки развития и гигантские физические размеры. Так формируются, в частности, крупнейшие современные агломерации и групповые системы расселения.
 
Как мы могли убедиться выше, наличие каркаса характеризует любую градостроительную систему, достигшую определенной степени «зрелости», какому бы иерархическому уровню она ни принадлежала, причем в каждом отдельном случае отчетливо прослеживаются узловые и линейные элементы (связи) каркаса. В градостроительном комплексе это — площади и улицы, в городском организме — транспортно-коммуникационные узлы и магистрали общественного транспорта, в эконом-географическом районе — города-центры и межгородские трассы.
 
Соотношение узлов и связей определяет многие важные свойства каркаса, причем усложнение иерархического построения системы, как правило, сопровождается усилением централизации каркаса. Последовательные, иерархические, одноканальные связи между узлами центрального каркаса обеспечивают наиболее экономичное и эффективное, но во многих случаях недостаточно надежное, управление функционированием системы. Параллельные, равноценные, многоканальные связи сетевого каркаса обеспечивают высокую надежность функционирования системы, однако, делают более дорогостоящим и неточным управление этим процессом.
 
Поэтому, эффективность выявления или использования того или иного вида каркаса в процессе градостроительного исследования и проектирования едва ли может быть определена однозначно, без детального изучения конкретной ситуации. В каждом конкретном случае необходимо искать оптимальную степень централизации и избыточности связей в таком их сочетании, которое обеспечивало бы необходимую экономичность, эффективность и надежность управления развитием объекта. Изучение типологии структурных каркасов и ее влияние на функционирование градостроительных систем позволит, возможно, в последующем более строго сформулировать и уточнить природу тех объективных различий, которые фиксируются сегодня в рамках изучения планировочной структуры города (концентрическая, линейная, рассредоточенная, смешанная, статичная, гибкая, полугибкая и другие структуры).
 
Теперь можно более ясно представить себе временную последовательность этапов развития градостроительных объектов на любом уровне пространственной организации городской среды. Первоначально обособляются основные стереотипные элементы структуры. По мере того, как между ними формируются отношения общности, основанные на их сходстве, происходит их пространственное упорядочение в рамках дискретной, популяционной структуры. В процессе роста осуществляется активный отбор свойств элементов, в наибольшей степени отвечающих характеру внешних воздействий, т. е. реальных потребностей, определяющих формирование искусственной среды. При этом происходит неизбежная дифференциация элементов и их интеграция в жесткую организменную структуру по принципу дополнительности свойств, закрепляемых за отдельными элементами. Каркас системы, который первоначально часто формируется как сетевой, как правило, постепенно все в большей степени централизуется. Элементы, не вошедшие в каркас, специализируются как тканевые и группируются в соответствующие элементарные структуры, отвечающие характеристикам каркаса. Именно за счет этих структур, сохраняющих свойства дискретности и способность к отбору в рамках жестко организованной структуры, оказывается возможной адаптация к внешним воздействиям и в известных пределах саморегуляция на уровне системы в целом.
 
Это абстрактное описание механизма развития системы дает ключ к пониманию важнейших градостроительных процессов, связанных с формированием и эволюцией реальных градостроительных объектов. Именно так осуществляется постепенное перерождение аморфной, хаотически организованной среды крупного современного города. Сначала — формирование системы дискретного типа с примитивным сетевым каркасом на основе сходных по значению и функциональной роли транспортно коммуникационных узлов и соединяющих их русел. Затем — постепенная дифференциация этих узлов, доминирование одних и элиминирование других за счет обрастания их различными по специфике и мощности объектами, которое сопровождается централизацией структуры и все возрастающей взаимосвязанностью ее частей. Наряду с этим — структурная реорганизация жилой застройки, формирование стереотипных единиц городской ткани — жилых районов, которые позволяют наращивать количественный потенциал системы, сохраняя необходимый уровень жизненных условий и социального комфорта. В принципе по такой же схеме может быть представлен и процесс формирования отдельного градостроительного комплекса, например, общественного центра или жилого района, происходящий на другом уровне пространственной организации городской среды и в другие интервалы времени.
 
Принципиально важным моментом развития градостроительных объектов является то, что по мере их превращения в эволюционно зрелые системы организменного типа, происходит упорядочение и структурная реорганизация ткани, т. е. перестройка элементов заполнения. Дифференциация и отбор элементарного «материала», из которого состоит система, ведет к тому, что часть элементов идет на «постройку» каркаса а другая часть — на создание стереотипных единиц заполнения. Множество таких единиц образует дискретную структуру ткани на уровне системы в целом, но каждая из них, взятая в отдельности, представляет собой самостоятельную систему организменного типа и образует специфический уровень пространственной организации среды, промежуточный между уровнем элементарного строения системы в целом.
 
На уровне городских организмов элементами системы являются отдельные градостроительные комплексы. Некоторые специализируются как элементы каркаса — общественные центры, деловые комплексы — на основе транспортно-коммуникационных узлов. Другие — жилые образования, некоторые общественные комплексы, озелененные пространства — группируются в относительно автономные планировочные районы, образующие ткань городской застройки, т. е. специфические городские единицы, каждая из которых имеет достаточно сложное внутреннее строение, собственный структурный каркас и т. д. С учетом этого намеченная нами иерархия пространственной организации городской среды может быть представлена таким образом, что основные уровни устанавливаются в ней в соответствии с характером системообразующих связей, на основе которых формируется каркас (эконом-географический район, городской организм, градостроительный комплекс, элементарное пространство), а промежуточные отражают структурную организацию тканевых элементов (городское скопление, городская единица, сооружение).
 
Следовательно развитие системы может быть в полной мере осмыслено только при единовременном рассмотрении двух соседних основных уровней. Действительно, для того, чтобы исследовать, например, конкретный градостроительный комплекс, необходимо не только понять, каким образом формируется его каркас и из каких структурных единиц складывается его ткань, но также осмыслить его положение в системе вышележащего уровня. Входит ли он в каркас городского организма или вместе с другими однотипными комплексами группируется в тканевые образования? Какое место в этом случае занимает данный комплекс в структуре соответствующей городской единицы?
 
Таким образом взаимосвязь процессов развития различных градостроительных объектов, которая является в результате структурного подхода к изучению этих процессов, может быть осмыслена до конца только в рамках последовательного рассмотрения всех ступеней иерархического строения единой жизненной среды человека, истории их становления и эволюции существующих между ними связей.
 
Выше намечены лишь самые общие контуры системного подхода к области градостроительства. Однако даже это, сжатое и неполное описание показывает, насколько велико здесь поле возможных исследований и насколько заманчивы перспективы использования системных методов. При этом, однако, надо учитывать, что существуют два пути или уровня реализации системного подхода в области градостроительства, весьма различные по глубине и научной строгости, которые характеризуют по-видимому различные стадии развития этого направления исследований, хотя они отнюдь не исключают, а скорее дополняют друг друга, во всяком случае в условиях сегодняшнего дня. Первый уровень можно охарактеризовать как уровень качественных описаний и неформализуемых (вербальных) моделей. Результаты работ такого плана не идут дальше логических обобщений и переосмысления накопленного ранее эмпирического опыта. Несмотря на то, что сами по себе они едва ли могут сказаться на общем состоянии градостроительной науки и вывести ее на уровень лучших образцов современного научного знания, не следует недооценивать их несомненное практическое значение.
 
Так, непредвзятое уточнение содержания объектов градостроительного исследования на основе реальных функционально-пространственных взаимосвязей, а не давно утративших первоначальное содержание понятий, позволило бы более объективно формулировать задачи проектной и исследовательской деятельности и находить новые пути их практического решения. Выше говорилось, что это относится к определению границ как целостных городских организмов, так и составляющих их элементов — отдельных градостроительных комплексов.
 
Выявление структурного каркаса градостроительных систем различных уровней, даже на чисто эмпирической основе, позволяет более полно осмыслить их функционирование, сконцентрировать внимание градостроителя на наиболее ответственных участках городской среды, рассматривать отдельные элементы и системы города не изолированно, а в связи с той коммуникационной сетью, на которую они опираются, более обоснованно судить о перспективах развития городской структуры.
 
Даже простейший качественный анализ градостроительных объектов, как систем, которые могут быть отнесены к определенному иерархическому уровню (градостроительных комплексов, городских организмов и т. п.) и охарактеризованы определенным типом структуры (жесткая, дискретная) помогает во многом прояснить вероятную картину их последующего развития. Исходя из этого можно определить оптимальную стратегию действий градостроителя, не рискуя попасть под влияние давно изживших себя шаблонов.
 
Наконец, внедрение системной терминологии, общих, уже получивших признание положений системного анализа для описания градостроительных явлений дает возможность широко использовать аналогии из других областей научного знания, заставляет на многое взглянуть по-новому, дисциплинирует и делает более стройной логику изложения фактов, позволяет избежать неопределенности и внутренней противоречивости, которыми так грешат современные градостроительные исследования. Это касается, в частности, определения таких понятий, как агломерация, моно- и полицентрическая планировочная структура и др., которые могут быть охарактеризованы в терминах системного анализа гораздо более полно, точно и кратко, чем это делается сейчас.
 
Главное значение этого первоначального этапа внедрения системных методов заключено в подготовке необходимой почвы для радикальной перестройки всей структуры градостроительных исследований на основе перехода к количественным оценкам и математическому моделированию. Именно этими задачами и определяется содержание следующего и наиболее ответственного этапа системных исследований в области градостроительства.
 
Предстоит научиться прогнозировать и управлять развитием во времени любых градостроительных систем, к каким бы классам и иерархическим уровням они ни принадлежали Методологическим инструментом решения этой задачи может стать моделирование структурного каркаса, позволяющее отразить особенности структурной организации различных систем и их изменения в процессе индивидуального развития и эволюции данного класса систем. Здесь может оказаться ценным опыт и методологический аппарат, который имеется в теоретической географии, в частности, в связи с анализом узловых районов и решением задачи членения пространственных систем.¹
____________
¹ См. сборник «Теоретическая география». М., 1971, статьи Б. Родомана, Л. Нутенко, В. Преображенского и др.
 
Вообще, развитие системных исследований на этом уровне потребует, по-видимому, гораздо более глубокого вовлечения в сферу градостроительства исследователей других специальностей. Помимо уже упомянутых географов, несомненно потребуются также усилия экономистов для определения критериев комплексной экономической оценки территорий в зависимости от их положения в структуре градостроительных систем; социологов и демографов — для определения и прогнозирования типов и режима деятельности, концентрирующейся в узлах каркаса; специалистов по транспорту — для исследования интенсивности функциональных потоков между узлами каркаса и пропускной способности коммуникационных сетей различных типов.
 
Практическим результатом этого цикла системных исследований должно стать существенное обогащение и модификация существующих моделей города и создание на этой основе адекватных динамических моделей градостроительных систем, которые позволили бы решать задачи на оптимизацию пространственной организации и прогнозирование развития таких систем. По мере того как будут отрабатываться и совершенствоваться модели такого типа и накапливаться опыт их практического использования, будут все более отчетливо выявляться и проходить всестороннюю проверку объективные закономерности функционирования, развития и исторической эволюции градостроительных систем, которые составят в конечном счете основу общей градостроительной теории.
 

26 ноября 2022, 22:21 0 комментариев

Комментарии

Добавить комментарий

Партнёры
ООО «Алюмпарк»
Дмитрий Петрович Кочуров, юрист
Архитектурное бюро КУБИКА
Архитектурное бюро Шевкунов и Партнеры
СК «Стратегия»
ООО «АС-Проект»
Архитектурное ателье «Плюс»
Архитектурное бюро «РК Проект»