наверх
 
Удмуртская Республика


Р. П. Подольский. Материалы к истории архитектуры старых промышленных зданий в России XVII—XVIII веков

«Проблемы архитектуры : Сборник материалов : Том I, книга 2» (Москва : Издательство Всесоюзной Академии архитектуры, 1936)  Арх. Р. П. Подольский МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ АРХИТЕКТУРЫ СТАРЫХ ПРОМЫШЛЕННЫХ ЗДАНИЙ В РОССИИ XVII—XVIII вв.
 
 
Статья архитектора Р. П. Подольского «Материалы к истории архитектуры старых промышленных зданий в России XVII—XVIII вв.» из сборника «Проблемы архитектуры : Сборник материалов : Том I, книга 2» (Москва : Издательство Всесоюзной Академии архитектуры, 1936).
 
 
 

МАТЕРИАЛЫ К ИСТОРИИ АРХИТЕКТУРЫ СТАРЫХ ПРОМЫШЛЕННЫХ ЗДАНИЙ
В РОССИИ XVII—XVIII вв.

Арх. Р. П. Подольский

 
Изучение памятников старого промышленного зодчества, почти не освещенных в современной литературе, обнаруживает в отдельных случаях произведения значительной художественно-исторической ценности.
 
Собранные мною материалы графического и описательного характера, охватывающие периоды XVII, XVIII и начала XIX вв., дают картину развития архитектуры промышленных предприятий от возникновения первых заводов крепостной мануфактуры до эпохи развития промышленного капитализма в России.
 
 
I
 
История строительства промышленных зданий на первоначальном этапе своего развития связана главным образом с предприятиями по изготовлению металлов и изделий из них. Эти предприятия, даже в элементарной своей стадии полукустарного производства, уже определяют некоторую специфику решения производственных зданий.
 
В конце XV в. итальянский зодчий Аристотель Фиораванти, помимо строительства ряда зданий в Москве, налаживает литье медных орудий — пищалей и других изделий. В это время при Иоанне III в Москве уже существует «литейная изба», из которой впоследствии развивается московский пушечно-литейный двор. Первое изображение пушечно-литейного двора мы находим на планах Москвы начала XVII в. На так называемом Сигизмундовском плане 1610 г., который дает рисунок города в аксонометрическом виде, изображен пушечно-литейный двор на Неглинной, состоявший из литейного амбара, вокруг которого располагались помещения мастерских, кузниц и пр. (рис. 1). Более подробное изображение того же московского пушечно-литейного двора на Неглинной после его перестройки и расширения относится приблизительно к середине XVII в. (рис. 2)¹.
____________
¹ Сборник чертежей Москвы и ее окрестностей и г. Пскова XVII столетия. Записки отделения русской и славянской археологии, СПБ. 1861 г.
 
 
Рис. 1. Пушечно-литейный двор на Неглинной. С плана Москвы 1610 г.
Рис. 1. Пушечно-литейный двор на Неглинной. С плана Москвы 1610 г.
 
 
Участок земли размером 88×27 саж., сплошь застроенный по периметру зданиями кузниц и других мастерских, образовывал, таким образом, замкнутый рабочий двор, в середине которого помещались «литейные анбары» с плавильными печами, где производилось литье изделий. В корпусе с левой стороны был расположен «приказ», т. е. управление пушечным двором.
 
По этим чрезвычайно скудным изображениям трудно составить себе более или менее ясное представление об архитектуре этого производственного предприятия. Однако по отдельным изображенным деталям, например шатров, перекрывающих литейные амбары, и оконных проемов в них, колонн у помещения весов, видно, что оформление этих зданий повторяло элементы палатного и церковного зодчества этого времени.
 
 
Пушечно-литейный двор на Неглинной. Рисунок приблизительно середины XVII в.
Рис. 2. Пушечно-литейный двор на Неглинной. Рисунок приблизительно середины XVII в.
На чертеже следующие надписи (сверху вниз): «Кузницы, литейные. Анбары. Колодец. Приказ. Пушечной Двор, мерою и строением в длину По мостовой 88. В другую сторону от суздальского подворья 82, Поперек с улицы 27, от Неглины 48 саж. Весы. Вход на верх. Ворота. Ворота. Дорога в пушечно Го».
 
 
Московский пушечно-литейный двор на Неглинной, рабочая сила которого хотя и достигала, судя по» описаниям, 100 человек, по своей организации производственного процесса, без применения какой-либо механической двигательной силы, мало отличался от производства многочисленных кустарей, существовавших в разных местах Московского государства. Так, например в районе Тулы и Каширы в небольших печах с дутьем кожаными ручными мехами крестьяне издавна плавили железо, и целые поселения специализировались на изготовлении оружия и других изделий.
 
 
II
 
В XVII в. значительно расширилась потребность в большом количестве металлов для изготовления всевозможных изделий и в первую голову огнестрельного оружия. Производство этих изделий в сколько-нибудь значительном количестве требовало прежде всего одновременного литья большого количества металлов. Применение человеческой силы, движущей меха для дутья доменной печи (большого размера) и для доведения температуры в ней до необходимых пределов, было уже недостаточно. Обжимание в ручном молоте большого размера крицы также трудно осуществимо.
 
Замена ограниченной физической силы человека более мощной силой природы начала осуществляться более или менее широко в России еще на переломе XVI и XVII вв. в виде водяного двигателя, работающего за счет веса падающей воды. К этому времени относятся первые известные нам изображения заводов в России. Так, на том же Сигизмундовском плане Москвы 1610 г. помещено изображение «пороховой мельницы» на р. Яузе (рис. 3). Этот небольшой завод по изготовлению пороха приводил в движение свои примитивные машины водяным двигателем простейшей формы в виде деревянного водяного колеса. Изображение этой же пороховой мельницы на р. Яузе мы встречаем и на более поздних планах Москвы: Олеария 1625 г. и Мериана 1638 г., причем общий вид мельницы остается без изменений.
 
 
Рис. 3. Пороховая мелыница на р. Яузе. С плана Москвы 1610 г. Видны три вододействующих колеса, вращающие несложные механизмы производства
Рис. 3. Пороховая мелыница на р. Яузе. С плана Москвы 1610 г. Видны три вододействующих колеса, вращающие несложные механизмы производства
 
 
В дальнейшем водяной двигатель применялся на всех заводах, где использование силы человека являлось уже недостаточным. Наличие такого двигателя служит в XVII и XVIII вв. в России до некоторой степени определяющим термин «завод», причем самым разнообразным производствам того времени присваивается наименование мельниц, например пильная мельница (лесопильный завод), бумажная мельница и т. п. Небезынтересно отметить, что на английском языке слово «mil'» до сих пор применяется для наименования заводов разнообразных производств.
 
В окрестностях Тулы и в других районах вырастают в середине XVII в. несколько групп железоделательных предприятий по производству всевозможных изделий, главным образом огнестрельного и холодного оружия. Здесь же вырабатывается и металл для строительных деталей, как прутковое связное железо для крепления сводов и стен, дверные и оконные «кованные доски» и более тонкие «крышечные доски» — листовое кровельное железо.
 
Несмотря на наличие довольно подробных описаний этих заводов, их изображения нам почти неизвестны. Приводим одно из дошедших до нас изображений вододействующего железоделательного завода XVIII в. в Звенигородском уезде на речке Белой (рис. 4).
 
Месторасположение завода и планировка отдельных цехов исходит из необходимости применения водяного двигателя в виде деревянного водоналивного колеса. Плотина (слева рисунка), запружая реку, поднимает ее уровень и создает необходимую высоту для падения воды, а также запасы ее для действия колес (течение реки — слева направо). Завод расположен ниже плотины, причем вода распределяется к отдельным машинам деревянными ларями, покоящимися на столбах. У плотины расположен «анбар доменный», где происходят выплавка и литье, склад угля находится рядом (вверху), меха для дутья домны приводятся в движение водяным колесом. Часть амбара отгорожена и названа избой, т. е. теплым помещением для мастеровых этого цеха. Рядом построен «анбар молотовой», где происходит следующий этап призводственного процесса. Молоты также приводятся в движение водяными колесами. Отлитые в доменном корпусе пушки передаются в «сверлишно-пушечный анбар», расположенный рядом. Здесь происходит окончательная отделка — точное рассверливание дула и полировка его поверхности. Готовая продукция попадает на приемку в «казенный анбар» (справа внизу).
 
Расположение отдельных цехов и вся организация территории следует исключительно функциональной схеме производства и никак не отражает еще каких-либо стремлений к архитектурной организации плана завода. Такие тенденции впервые появляются лишь во второй половине XVIII в.
 
 
Железоделательный завод в Звенигородском уезде на речке Белой. Чертеж середины XVII в.
Рис. 4. Железоделательный завод в Звенигородском уезде на речке Белой. Чертеж середины XVII в.
На чертеже следующие надписи (сверху вниз): «Домна, тчан пушечный, колесо, изба, анбар доменой, ларь, колесо, анбар молотовой, Плотина, ларь, колесо, колесо, вешняки, мельница; угольный анбар, сверлишно-пушечный анбар, ввышину 8 сажень ширина 4 сажени, речка белая, кузница; изба, где дулы делать, казенный анбар». «В Звенигородском уезде на речке на Белой железные заводы, а на них строения. Печь, что плавят руду, кругам тае печи анбар крыт дранью, а в нем мехи большие, да колесо водяное... в анбаре же для работников поставлена изба 2 сажени... анбар молотовой, а в нем три колеса водяные, два горна, два мехи... молот весам 15 пудов наковальня литая 25 пуд. Анбар сверлишный, где просверливают пушки, а в нем колесо водяное, колесо сухое да три колеса вверху подъемные... Анбар угольный, возле его изба для мастеровых людей... На том же заводе двор, подъяческой, двор доменного мастера, да мастеровых людей 80 изб с сенями». (Записки Славяно-Русского отделения Археолог. о-ва. СПБ. 1861. Из описи дел Приказа тайных дел.)
 
 
Все здания и сооружения этого и других описанных в документах заводов строятся деревянными, как и основным материалом для несложных машин служит дерево; железо же применяется лишь для небольших деталей. Плотины обычно земляные, с креплением сваями и обшивкой наиболее ответственных частей деревянными досками.
 
В XVII в. в этот начальный период зарождения заводов, в России существует уже довольно большое количество таких предприятий с водяными двигателями, группировавшихся около небольших рек. Имеются сведения, например, что в Москве по р. Яузе существовало несколько таких заводов, например «ствольная мельница» голландского мастера Фран Акина, построенная в 1649 г. для сверления ружейных стволов. Все увеличивающееся количество таких предприятий выдвигало вопрос о регулировании постройки этих заводов-мельниц, лимитировавшейся незначительным количеством воды в реке.
 
 
III
 
С качала XVIII в. строительство заводских предприятий получает более широкое развитие. Этот период характеризуется возникновением нового богатейшего района металлургической промышленности — Урала, где в небольшой сравнительно срок первых десятилетий XVIII в. строятся многочисленные «казенные и партикулярные» заводы. На Урале энергично развивают свою деятельность тульские кузнецы Никита Демидович Алтуфьев со своим сыном Акинфием, впоследствии крупнейшие капиталисты-промышленники Демидовы — основатели многочисленных заводов, выросших на крепостном труде уральских крестьян.
 
 
Рис. 5. «Московский гость Андрей Денисов сын Виниус». Голландский купец, первый русский заводчик. С гравюры
Рис. 5. «Московский гость Андрей Денисов сын Виниус».
Голландский купец, первый русский заводчик. С гравюры
 
 
Совершенно исключительный интерес для изучения заводов XVIII в. представляет собой дошедшая до наших дней рукопись 1745 г. строителя и управляющего государственных уральских заводов Георгия-Вильгельма де Геннина, приглашенного из Голландии Петром I для работы в России. Написанный де Генниным объемистый труд, помимо обстоятельного описания технологических процессов, заключает в себе ценные сведения по строительству заводов, начиная с выбора площадки, планировки территории и отдельных цехов, постройки плотин, включая сметы на материалы и рабочую силу, а также описания действующих уже уральских заводов.
 
Рукопись де Геннина, богато иллюстрированная чертежами и рисунками, являлась в продолжение всего XVIII в. единственным на русском языке руководством по постройке и эксплоатации железоделательных и других заводов². Первым построенным де Генниным заводом на Урале был Екатеринбургский железноделательный завод (1723 г.), из которого впоследствии вырос город Екатеринбург.
____________
² Сохранилось несколько экземпляров этой рукописи, из которых полных иллюстрированных известно пять, хранящихся в Московском государственном историческом музее, библиотеке Академии наук в Ленинграде, в Институте книги в Ленинграде и в библиотеке Ленинградского горного института. Имеются и неполные списки рукописи без иллюстраций, например второй экземпляр Московского исторического музея и др. В «Горном журнале» за 1828 г. № 7—12 были опубликованы отдельные места текста. В настоящее время Академией наук подготовляется полное издание рукописи.
О рукописи де Геннина см. также в «Известиях Академии наук СССР» статью Н. Бакланова.
 
Изображенные на рис. 6 и 7 (заимствованных из рукописи) план и перспективный вид завода дают знакомую нам уже по заводам XVII в. схему планировки с плотиной, образующей пруд, и отдельными зданиями — «фабриками», расположенными ниже плотины, к которым каналами подводится вода для движения машин. На территории завода, помимо производственных зданий, располагаются жилые дома «мастеровых и работных людей» со всеми зданиями административного и бытового обслуживания, включая две церкви. Совершенно новым в планировке завода является крепостная стена, окружающая всю заводскую территорию и сооруженная по всем правилам фортификации.
 
 
Екатеринбургский завод, основан в 1723 г. План. Из рукописи де Геннина — «Описание Екатеринбурга», 1745 г.
Рис. 6. Екатеринбургский завод, основан в 1723 г.
План. Из рукописи де Геннина — «Описание Екатеринбурга», 1745 г.
«1. Церковь старая мазаиковая. 2. Церковь каменная. 3. Школа. 4. Госпиталь. 5. Обер Берг амт. 6. Приказная контора. 7. Плотина. 8. Домна с фурмовой. 9. Медеплавильная с штыковыми горнами. 10. Промывальня. 11. Молотовые. 12. Укладная. 14. Медеразбивальная колотушная. 15. Железорезная и плющильная. 16. Проволошная. 17. Якорная. 18. Расходная кузница. 19. Шпажная. 20. Колотушная для кузнецы. 21. Меховая. 22. Дощатая. 23. Жестяная. 24. Лудильная. 25. Машина для резки медных кружков. 26. Пильная мельница. 27. Хлебная мельница. 28. Машина для подъема чугуна из под домны. 29. Фабрика каменная где медную и жестяную посуду делают. 30. Каменные палатки для приема угля. 31. Квартиры командирские и управителя. 32. Квартиры мастеровых и приписных людей. 33. Гостиный дом. 34. Таможня. 35. Приписные амбары. 36. Магазин пороховой. 37. Цейхгауз. 38. Сарай лесным припасам. 39. Рудяной сарай. 40. Пробная изба. 43. Вешняк. 44. Лари.»
 
 
Рис. 7. Екатеринбургский завод. Основан в 1723 г. Перспектива Из рукописи де Геннина, 1745 г. На подлиннике подпись: «сочинял канцелярист Иван Ушаков при Екатеринбурхе октября 1734 г.»
Рис. 7. Екатеринбургский завод. Основан в 1723 г. Перспектива
Из рукописи де Геннина, 1745 г. На подлиннике подпись: «сочинял канцелярист Иван Ушаков при Екатеринбурхе октября 1734 г.»
 
 
Рис. 8 и 9 изображают Невьянский завод на р. Нейве. Завод основан в 1699 г. и передан Петром I в 1702 г. тульским кузнецам Никите и Акинфию Демидовым. Интересно сопоставление двух изображений заводов, из которых одно сделано в первой половине XVIII в., а второе — фото с современной нам панорамы завода.
 
 
Рис. 8. «Невьянский завод дворянина Акинфия Демидова». Урал. Основан в 1669 г. и перестроен в 1702 г. Рисунок из рукописи де Геннина, 1745 г. В центре башня постройки 1725 г.
Рис. 8. «Невьянский завод дворянина Акинфия Демидова». Урал. Основан в 1669 г. и перестроен в 1702 г.
Рисунок из рукописи де Геннина, 1745 г. В центре башня постройки 1725 г.
 
 
И здесь — та же схема планировки, связанная с применением водяной двигательной силы. Вся территория завода обнесена крепостной стеной с семью башнями. Это обстоятельство связано с необходимостью применения чрезвычайных мер по охране заводов, поскольку местное население оказывало сопротивление колонизации края, влекшей за собой закрепощение крестьян для работы на заводе. В одном из описаний де Геннин говорит: «Уктуского завода комиссар Бурцев хотел было строить для плавки тех медных руд завод и плотину... и в том было помешательство от башкирцев, понеже они те места называли своими и что построено было онное сожгли... он генерал-лейтенант тогда строил сильною рукою Екатеринбургский завод и прежде онные для безопасности от единого народа обвел фортециею...»
 
 
Невьянский завод
Рис. 9. Невьянский завод в настоящее время. Башня постройки 1725 г. видна на предыдущем рисунке
 
 
Чрезвычайно интересным, совершенно уникальным сооружением заводской архитектуры является сохранившаяся до наших дней в центре Невьянского завода высокая башня, построенная в 1725 г. при Акинфии Демидове (рис. 10 и 11). Эта башня по своей архитектуре, характерной для русских крепостных башен XVII в., предназначалась для несения дозорной службы. С высоты ее в 27 саж. открывалась панорама на далекие окрестности, что облегчало караульную службу по охране завода и сооружений, располагавшихся вокруг него. Однако постройка этой башни, надо полагать, не исчерпывалась исключительно назначением ее как дозорной вышки.
 
 
Рис. 10. Башня Невьянского завода, построена в 1725 г. Фото конца XIX в.
Рис. 10. Башня Невьянского завода, построена в 1725 г.
Фото конца XIX в.
 
 
Богатое архитектурное оформление с часами и курантами, помещенными на башне, свидетельствует о стремлении заводчика увековечить свой необычайный успех вчерашнего тульского кузнеца, теперь первого богатея — дворянина Демидова.
 
За время первых десятилетий XVIII в. Никита и Акинфий Демидовы построили многочисленные заводы Урала, захватили в свои руки богатейшие рудники, а десятки тысяч крестьян обратили в крепостную зависимость для каторжной работы на своих заводах.
 
Грозное величие этой башни, возвышавшейся над небольшими зданиями и жилыми постройками завода, рассказы о страшных подземельях ее, служивших заводчикам застенком для жестокой расправы с рабочими, внушали страх перед всемогуществом этих первых капиталистов Урала.
 
 
Рис. 11. Башня Невьянского завода (1725 г.)
Рис. 11. Башня Невьянского завода (1725 г.).
Современная фотография
 
 
Изучению этого памятника, тесно связанного с историей промышленной архитектуры, должно быть посвящено специальное исследование. Интересно отметить, что башня издавна наклонена, причем здесь, очевидно, имела место неравномерная осадка грунта, тем более, что заводы всегда располагались в наиболее заниженных местах берега реки, т. е. в неблагоприятных для строительства грунтовых условиях. Однако не лишено интереса следующее обстоятельство. Путешествуя по Европе в 1773 г., Никита Акинфиевич Демидов (внук) интересовался знаменитыми пизанскими башнями, сооруженными в XII в. В журнале этого путешествия описаны замеры уклона башни, производившиеся Демидовым при помощи отвеса, спущенного с высоты башни³.
____________
³ Журнал путешествий Демидова. М. 1786 г.
 
Отдельные заводские корпуса, так называемые «фабрики», представляют собой обычно одноэтажные деревянные, а иногда и каменные, здания. В рукописи де Геннина имеется несколько проектов таких производственных помещений. На рис. 12 показан проект «молотовой фабрики». Здесь размещены 4 горна (К) с мехами (показаны пунктиром), приводящиеся в движение водяными колесами. Два механических молота (D) примитивной конструкции приводятся в движение также отдельными вододействующими колесами, к которым вода подводится деревянными ларями. Крыша этого здания, как видно из разреза (рис. 13), имеет фонарь для вентиляции и освещения. Такого рода фонари видны на многих заводских зданиях, изображение которых дается у де Геннина.
 
 
Рис. 12. План «молотовой фабрики» из рукописи де Геннина, 1745 г.
Рис. 12. План «молотовой фабрики» из рукописи де Геннина, 1745 г.
 
 
Рис. 13. «Профиль молотовой фабрики» из рукописи де Геннина, 1745 г.
Рис. 13. «Профиль молотовой фабрики» из рукописи де Геннина, 1745 г.
 
 
Достаточно ясное представление о внутреннем виде цехов этого времени дает рисунок интерьера «якорной фабрики» из той же рукописи (рис. 14). Молот и меха горнов приводятся в движение вододействующими колесами, одно из которых отчетливо изображено на переднем плане. На рисунке виден прототип нашего поворотного крана, выполненный, как и все машины этого цеха, из дерева. Рабочий поддерживает якорь, висящий на кране, второй рабочий поворачивает вращающуюся вертикальную стойку крана. Интерьер такого цеха начала XVIII в. чрезвычайно своеобразен. Примитивные машины с большими деревянными колесами со скрипом вращались под плеск падающей воды. Передача движения производилась деревянными «наличными» колесами (прототипом наших зубчатых колес), длинными жердями и, наконец, цепями. Все это стучало, скрипело и загромождало внутренний объем цеха.
 
 
Рис. 14. «Якорная фабрика» из рукописи де Геннина, 1745 г.
Рис. 14. «Якорная фабрика» из рукописи де Геннина, 1745 г.
 
 
Рис. 15. Вид Невьянского завода во второй половине XVIII в. Из издания «Города России»
Рис. 15. Вид Невьянского завода во второй половине XVIII в. Из издания «Города России»
 
 
Общий облик заводов времен де Геннина, т. е. середины XVIII в., дает рисунок неизвестного художника, фрагмент которого, относящийся к заводской части, приводится ниже (рис. 16).
 
Расположенный в центре основной корпус плавильных печей имеет высокую тесовую крышу, весьма характерную для зданий горячих цехов Западной Европы того времени. Крыша, прорезанная рядом щелей для вентиляции помещения, заканчивается фонарем, который, помимо вентиляционного назначения, служит и для освещения, поскольку широкий корпус в своих наружных стенах имеет весьма мелкие оконные проемы. Решение здания является у нас, очевидно, первой попыткой постройки цеха в виде двух пролетов, с внутренним отводом дождевой воды, которая в данном случае могла быть легко направлена в центральный ларь, подающий воду из реки к вододействующим колесам.
 
 
Рис. 16. Банковский Богословский медеплавильный завод. Рисунок неизвестного художника XVIII в., Моск. гос. ист. музей
Рис. 16. Банковский Богословский медеплавильный завод. Рисунок неизвестного художника XVIII в., Моск. гос. ист. музей
 
 
Характерная обработка стен, и особенно абрис высокой крыши, является запоздалым отзвуком готических приемов, привившихся на Западе в оформлении заводских зданий. Прекрасно выполненный рисунок передает общий вид Уральского завода и рабочего поселка середины XVIII в., располагавшегося всегда на берегу большого водоема, создавая типичный для этого времени пейзаж уральских заводов.
 
Чтобы закончить краткое описание этого периода развития промышленной архитектуры в России, необходимо остановиться несколько на значении терминов «завод» и «фабрика». Теперь эти названия не имеют различия и применяются произвольно, не обозначая какого-либо характерного признака того или иного производства. Как мы уже видели, заводом называли прежде всего предприятие, применявшее механическую двигательную силу, обычно водяной двигатель. В состав завода входило обычно несколько фабрик, причем слово «фабрика» понималось аналогично нашему «корпус», «здание». Таким образом, «завод» — было понятие комплексного характера, между тем как «фабрика» составляла отдельное производственное строение. Вот почему в дошедших до нас описаниях разные авторы того времени пишут примерно так: «Завод железоделательный, в нем фабрик: доменных 2, молотовых 1, кузнечных 2» и т. д.
 
 
Рис 17. Чертежи типового камина, изготовлявшегося на уральских заводах XVII в. Из рукописи де Геннина
Рис 17. Чертежи типового камина, изготовлявшегося на уральских заводах XVII в. Из рукописи де Геннина
 
 
IV
 
Последнее десятилетие XVIII и первое XIX вв., можно отнести, конечно в достаточной мере приближенно, ко второму этапу развития промышленной архитектуры. Это — время значительного роста промышленности в разных районах России. Но особенно интенсивно развивалась уральская металлургическая промышленность на базе богатейших залежей сырья. В этот период строятся многочисленные новые и расширяются существовавшие еще со времен де Геннина железоделательные, медеплавильные и другие заводы, при которых постепенно вырастают новые города. Создается богатейший промышленный район России.
 
Это строительство связано с новым этапом развития архитектуры промышленных зданий, характеризующимся значительным участием архитектора в их проектировании и осуществлении.
 
Изучение архитектуры этого времени обнаруживает ряд мало известных и совершенно неисследованных памятников, среди которых нередки образцы высокого архитектурно-художественного качества.
 
Отдельные архитектурные произведения возведенных в конце XVIII в. на Урале промышленных сооружений по своим композиционным приемам напоминают творчество французских архитекторов этого времени — Леду и Булле, которые в своих многочисленных неосуществленных проектах, в том числе и промышленных зданий, искали выражения новой для своего времени архитектурной мысли, создавали первые образцы будущего стиля ампир. Мы увидим свойственные этому периоду тенденции в четко построенных ясных геометрических объемах таких промышленных сооружений, как доменные печи, в своеобразной трактовке гладких поверхностей стен и пр.
 
На известном уже нам Невьянском заводе до последнего времени существовал старый доменный корпус на две доменные печи (рис. 18). Одна из этих печей, оформленная применением ложноготических элементов, имеет прекрасно скомпонованную форму всего здания и мягко очерченного купола. Купол завершается небольшим фонарем интересной формы, имеющим чисто утилитарное назначение — удаление дыма и газов. Распределение проемов в массиве стены и прорисовка деталей обнаруживают руку большого мастера архитектуры.
 
 
Рис. 18. Доменный корпус Невьянского завода на две печи постройки конца XVIII в. Купол с характерной формы вентиляционным фонарем перекрывает помещение доменной печи
Рис. 18. Доменный корпус Невьянского завода на две печи постройки конца XVIII в. Купол с характерной формы вентиляционным фонарем перекрывает помещение доменной печи
 
 
Не меньший интерес представляет старая домна Каменского завода (рис. 19), поражающая лаконической выразительностью всего своего решения.
 
 
Рис. 19. Доменная печь Каменского завода на Урале, XVIII в.
Рис. 19. Доменная печь Каменского завода на Урале, XVIII в.
 
 
Доменный корпус Златоустинского завода (рис. 20) решен в формах стиля ампир, как известно, получившего в это время широкое применение во всех видах строительства. Как и Невьянские домны, этот корпус увенчан куполом, перекрывающим помещение печи. Купол также заканчивается металлическим фонарем своеобразной формы. Рис. 21 изображает этот же доменный корпус, заснятый с другой точки, откуда видна прекрасная чугунная решетка мостика у входа в корпус.
 
 
Рис. 20. Доменный корпус Златоустинского завода на Урале
Рис. 20. Доменный корпус Златоустинского завода на Урале
 
 
Рис. 21. Доменный корпус Златоустинского завода. Чугунный мостик при входе в корпус
Рис. 21. Доменный корпус Златоустинского завода. Чугунный мостик при входе в корпус
 
 
На Верхнеисетском заводе сохранилось до наших дней заводское здание классических форм, фасады которого ставят этот памятник старой промышленной архитектуры в ряды лучших зданий эпохи классицизма в России. Изображенный на рис. 22 фрагмент этого фасада обнаруживает высокую художественную культуру мастеров, работавших над созданием этого произведения. Общая композиция богато насыщенного деталями фасада, тонкая прорисовка и выполнение карнизов, капителей и других деталей говорят о большом художественном чутье и архитектора и исполнителей.
 
 
Рис. 22. Верхнеисетский завод. Фасад
Рис. 22. Верхнеисетский завод. Фасад
 
 
Не меньший интерес представляет доменный корпус Катав-Ивановского завода (рис. 23), являющий собой образец строгой сдержанности в применении архитектурных средств, что не помешало, однако, архитектору достигнуть максимальной художественной выразительности всего здания. Пропорции членения гладких кирпичных стен простыми горизонтальными тягами и ритмическая разбивка проемов дают строгую систему фасада, роднящую его по суровой выразительности с произведениями раннего периода Ренессанса.
 
К сожалению, здание испорчено переделками, надстройкой, сбивкой карниза и пр.
 
 
Рис. 23. Катав-Ивановский завод на Урале. Доменный корпус.
Рис. 23. Катав-Ивановский завод на Урале. Доменный корпус.
 
 
Государственный Ижевский оружейный завод на р. Иж, основанный в 1760 г., неоднократно переделывался. Во время пугачевского восстания завод был совершенно разрушен и лишь в 1807 г. вновь построен. Гравюра середины XVIII в. дает изображение общего вида главных заводских корпусов (рис. 24). Здесь уже выдвинуты и решены сложные задачи создания заводского ансамбля путем объединения отдельных корпусов в единую архитектурную композицию4.
____________
4 Некоторые сведения по истории Ижевского завода можно найти в книге Г. Бэйне, «О выделке кричного железа на Ижевском заводе». Казань 1856.
 
 
Рис. 24. Фасад Ижевского оружейного завода со стороны плотины. Построен в 1807 г. Гравюра начала XIX в. А. Флорова
Рис. 24. Фасад Ижевского оружейного завода со стороны плотины. Построен в 1807 г.
Гравюра начала XIX в. А. Флорова
 
 
На основании изучения этих памятников промышленного строительства уральских взводов того периода можно заключить, что творческая мысль архитекторов, работавших над зданиями чисто заводского назначения, была направлена по общему пути развития архитектуры того времени.
 
В этом отношении заслуживает внимания оформление интерьера кузнечного цеха Пожевского завода (рис. 25), наглядно иллюстрирующего увлечение классическими формами на переломе XVIII и XIX вв., когда все решалось в едином классическом оформлении, включая даже оборудование цеха.
 
 
Рис. 25. Пожевский завод. Интерьер старого кузнечного цеха
Рис. 25. Пожевский завод. Интерьер старого кузнечного цеха
 
 
Чугунные колонны, поддерживающие своды, имеют продуманную форму с прекрасно прорисованным энтазисом колонн. Чугунным наковальням, расположенным четким рядом вдоль пролета, придана форма отрезка тяжелых каннелированных колонн и, наконец, горны (слева) украшены также колонками и чугунными плитами с классическим орнаментом. Все это создает несколько необычный для нашего времени интерьер кузнечного цеха завода.
 
Иллюстрацией работы архитектора над созданием старых промышленных предприятий могут служить отдельные сохранившиеся подлинные проекты заводов конца XVIII в.
 
Проект пушечного завода, план которого изображен на рис. 26, представляет собой цех, где почти весь основной процесс изготовления пушек сосредоточен в одном корпусе. Технологическая схема заключается в следующем. В центре расположены плавильные печи, впереди которых устроена площадка (К), служащая для отливки. Процесс начинается от сушильных печей (W), откуда формы по специальной дороге передаются к месту литья. После отливки при помощи поворотного крана пушки вновь передаются на ту же дорогу и по стелажам перекатываются к сверлильным машинам. Все машины приводятся в движение водяными колесами.
 
 
Рис. 26. Проект пушечного завода конца XVIII в. План. Моск. гос. ист. музей
Рис. 26. Проект пушечного завода конца XVIII в. План. Моск. гос. ист. музей
 
 
Здесь следует указать на интересное решение чисто архитектурного замысла этого проекта. Центральный главный вход, оформленный колоннадой, имеет поместительные сени, через которые ведет проход в корпус. Два четких ряда симметрично поставленных столбов отгораживают средний пролет входной части от сушильного отделения и кладовых. Фасады этого проекта, к сожалению, не сохранились. Однако самая разбивка стен с выделением главной части помещения доменных печей и вся организация внутреннего объема свидетельствуют о чисто архитектурных задачах, решенных при проектировании этого здания. Тщательность разработки проекта, подробная увязка его с технологией указывают на комплексную работу архитектора, возможную лишь при знакомстве с особенностями технологического процесса.
 
Не меньшего внимания заслуживают на уральских заводах этого периода отдельные административные здания. Изображенная на рис. 27 контора Верхненейвинского завода имеет необычное плановое решение в форме круга с отдельными помещениями, расположенными радиально и имевшими входы из центрального холла.
 
 
Рис. 27. Здание конторы Верхненейвинского завода. Урал. Конец XVIII в.
Рис. 27. Здание конторы Верхненейвинского завода.
Урал. Конец XVIII в.
 
 
Общий силуэт здания с куполообразной крышей, увенчанной сторожевой башней, дает совершенно оригинальное решение конторского здания.
 
Заводоуправление Черноисточинского завода (рис. 28) оформлено в ложноготическом стиле. На крыше имеется такая же сторожевая башенка — это характерное венчание многих зданий контор уральских заводов.
 
 
Рис. 28. Контора Черноисточинского завода. Урал
Рис. 28. Контора Черноисточинского завода. Урал
 
 
Рис. 29. Контора Каменского завода. Урал
Рис. 29. Контора Каменского завода. Урал
 
 
Сооружения, которые теперь принято называть «малыми формами», в период конца XVIII и начала XIX вв., носят в отдельных случаях также следы заботливого отношения архитектора к решению своих задач. Привожу несколько изображений «малых форм» на уральских заводах.
 
Проходные ворота Выйского завода на Урале (рис. 30) дают пример монументального оформления центрального заводского входа. Интересно включение в метопы фриза эмблемы, составленной из орудий горнозаводского производства.
 
 
Рис. 30. Выйский завод на Урале. Проходные ворота
Рис. 30. Выйский завод на Урале. Проходные ворота
 
 
Прекрасная чугунная решетка ограды Екатеринбургских заводов (рис. 31), как и решетка мостика у доменного корпуса Златоустинского завода (рис. 21), свидетельствуют о большом мастерстве старых художников чугунного литья уральских заводов.
 
 
Рис. 31. Екатеринбургский завод. Ограда
Рис. 31. Екатеринбургский завод. Ограда
 
 
К малым формам можно причислить также и архитектурную обработку системы плотин и каналов, проводивших воду к отдельным «фабрикам».
 
Рис. 32 изображает сохранившееся до нашего времени сооружение, так называемый ларевой прорез, т. е. начало канала, по которому распределялась вода. В конце XVIII в. каналы (ранее деревянные) сооружаются более фундаментально и уже обрабатываются каменной кладкой.
 
 
Рис. 32. «Ларевой прорез» у плотины. Верхненейвинский завод
Рис. 32. «Ларевой прорез» у плотины. Верхненейвинский завод
 
 
V
 
Проследив развитие уральских заводов в XVIII и начале XIX вв., необходимо констатировать безусловно значительную роль архитектора в этом строительстве. Заводы других районов России этого времени имели в отдельных случаях не менее интересную архитектуру, хотя и развивавшуюся несколько иначе. Сейчас в большинстве своем эти заводы либо утратили свой первоначальный облик, либо вовсе уже не существуют. Почти не сохранились и графические материалы, по которым можно было бы восстановить вид этих заводов. Тем больший интерес представляет обнаруженный богатый проектный материал предполагавшегося строительства тульских государственных оружейных заводов во второй половине XVIII в.
 
Как известно, район Тулы наиболее старый по возникновению предприятий железоделательной промышленности. Еще в середине XVII в. здесь существовал оружейный завод, организованный иностранцем Виниусом и др., а к концу XVII в. здесь было уже несколько заводских предприятий, в том числе железоделательный завод Демидова. Эти заводы, хотя и работавшие с помощью «водолейных колес», представляли собой все же мелкие предприятия, далеко не удовлетворявшие все возраставшую потребность в оружии.
 
В последние десятилетия XVIII в. правительство задумало произвести полную перестройку тульских оружейных заводов, сводившуюся по существу к новому большому строительству.
 
В 1778 г., после посещения Тулы Екатериной II, создается специальная комиссия наместника Кречетникова, на рассмотрение которой представляются проекты строительства нового завода. На рис. 33 и 34 показан один из первых вариантов проекта. Строительство предполагалось осуществить на участке земли, заключенном между двумя реками, Упой и Тулицей, где издавна работал государственный вододействующий оружейный завод в отдельных разновременно построенных корпусках [на генплане (рис. 33) они показаны тонкими линиями].
 
 
Проект реконструкции Тульского оружейного завода. Генеральный план, около 1778 г.
Рис. 33. Проект реконструкции Тульского оружейного завода. Генеральный план, около 1778 г. Моск. гос. ист. музей
«План Тульскому оружейному заводу каков оный состоит ныне с показанием каким порядком построить оный впредь каменного здания»
Экспликация старого строения.
«№ 1. Главная нижняя плотина и при оной две хлебные мельницы. 2. Механический дом. 3. Завотцкие магазеины. 4. Пильная мельница и при оной сарай. 5. Хлебные мельницы. 6. Стальная и укладная фабрика. 7. Калильная шпагам кузница. 8. Точильная и полерная шпагам и штыкам машина. 9. Плющильная меди и натонко стали машина. 10. Вертельная стволам и штыкам машина. 11. Сарай где полагаются разные припасы и производят плотники работу. 12. Угольные сараи. 13. Завотцкая кузница. 14. Присадная штыкам палата. 15. Церковь. 16. Конторка где производятся письменные дела. 17. Место где живут церковные служители. 18. Столярная и караульные избы. 19. Точильная стволам и шенполам машина. 20. Вертельная стволам и штыкам машина. 21. Каменное строение где жительство имели господа присудствующие. 22. Казенный дом где жительство имеет валтмейстер. 23. При вышеописанных домах службы. 24. Кривой оборонни мост. 25. Красной мост. 26. Караульные избы. 27. Кузница мазанка, где производили работу мастера немцы. 28. Питейной дом. 29. Верхней подьемной спуск. 30. Разборные спуски. 31. Земленая и сверх выкладенная камнем плотина. 32. Место разных жителей. 33. Церковь. Означенные красные линии значат как надлежит построить вновь каменное здание о котором описание значит в приложенном при сем плане состоящие строении под №№ 3. 4. 5. 12. 14. 16. 17. 18. 22 и 27. сломать при начале каменного строения. Под №№ 2. 5. 6. 7. 8. 9. 10. 11. 13. 19. 10. и 23. сломать по построении каменного здания.
Земля церковная Старого Воскресенского собору что на Городище. Луг Демидов.
 
 
Проектом предусматривалось создание системы плотин, образующих грандиозный водоем, окружающий с трех сторон заводскую территорию. Следующий лист проекта (рис. 34) дает уже чертежи заводских корпусов с протяженностью участка приблизительно в 500 м. Почти вся территория завода окружена плотинами. Для действия машин вода направляется по большим ларям, поперек заводских дворов, образуя отдельные ларевые проходы, в которых и помещались вододействующие колеса. Отработанная вода уходит по руслам, помещающимся под этими ларями. Вдоль русел расположены одноэтажные каменные корпуса, с разнообразными машинами, приводящимися в движение вододействующими колесами. Территория заводского двора, таким образом, оказывается ниже обычного уровня воды р. Упы, что и создает соответствующий подпор для движения колес. Плотина со стороны р. Тулицы служит лишь для ограждения заниженной территории завода во время весенних вод, когда заливается до одного уровня вся территория, окружающая завод.
 
 
Проект Тульского оружейного завода. Планы, разрезы и фасады корпусов, плотины и пр. около 1778 г.
Рис. 34. Проект Тульского оружейного завода. Планы, разрезы и фасады корпусов, плотины и пр. около 1778 г.
«План каким образом впредь вновь построить надлежит Тульские оружейные заводы каменного здания».
Экспликация вновь прожектированного строения. «№ 1. Спуски для проходу в руслы воды к действию инструментов. 2. Берег по правую сторону течения реки часть состоящая против оружейного заводу от кривого оборонного мосту до главной нижней плотины, и на оном полисадник. 3. Каменные двои ворот. 4. Стона с контрфорсами и на оной полисадник. 5. Клетки набить синею глиною. 6. Водяные проходы для спуску из под колес воды в которых будут во время вешней полой воды опускаться запоры дабы не заливало машин и внутри завода строения. 7. Угольные сараи. 8. Сараи для положения лесных припасов. 9. Сараи для произвождения плотникам работ. 10. Машина тягольная натонко стали и меди. 11. Плавильная и расковочная меди кузница. 12. Заводская кузница. 13. Машина вертельная стволам и штыкам. 14. Машина точильная и полерная. 15. Кузница для закаливания шпаг и шемполов. 16. Машина точильная стволам и шемполам. 17. Машина молотовая для дела железа уклада и стали. 18. Домна для литья заводских чугунных инструментов. 19. К вышеописанным машинам руслы и колесницы. 20. При машинах угольные сараи. 21. Сараи для положения российских и голанских точил. 22. Мучная мельница. 23. Пильная мельница для пиления лесу. 24. При оных мельницах руслы. 25. Заводская конторка для произвождения письменных дел и караульная изба. 26. Столярная и караульная избы. 27. Места где жить церковникам. Экспликация старого строения. 28. Главная нижняя плотина и при ней две мельницы. 29. Мост называемой красной. 30. Церковь. 31. Каменное строение где жительство имели господа присутствующие и ныне назначено жилой дом. (Полата для присаживания к стволам штыков) а в погребах оного же строения заводские магазеины). 32. Кривой оборонной мост. 33. Питейной дом.»
 
 
Конструкция плотин сделана в виде каменных клеток-ящиков, заполненных глиной. Интересно, что в это время уже строятся цеха большого пролета около 15 м, без промежуточных опор. Перекрытия запроектированы из железных арочных ферм с затяжкой и подвесным деревянным потолком5.
____________
5 Изображение аналогичной фермы мы находим над французским театром в Париже постройки 1786 г., — позднее, чем на тульских оружейных заводах. Изображение этих ферм см. журнал «Академия архитектуры» № 1—2, 1934 г., в статье проф. А. В. Кузнецова.
 
Второй вариант проекта можно отнести к 1787 г.6. Как и первый вариант, этот проект остался неосуществленным, несмотря на утверждение его Екатериной II и даже некоторое ассигнование средств. На отпущенные 387 тыс. руб. было «лишь приступлено в заготовке материалов».
____________
6 Из всех приведенных здесь вариантов проектов тульских оружейных заводов лишь один, публикуемый последним, имеет на чертеже дату его составления «Генваря 1799 г.»; время составления остальных вариантов определялось путем сопоставления ряда факторов, почерпнутых из литературных источников по истории Тулы и тульских оружейных заводов.
 
На генеральном плане (рис. 35) изображен существовавший уже в то время завод на берегу Упы и вновь запроектированный заводский комплекс на новой площадке (слева сверху). Первый завод, сложившийся путем разновременных застроек и переделок, не имеет какой-либо ясной планировочной схемы. Новый же завод дает совершенно определенную архитектурную композиционную систему, несмотря на большие затруднения в планировке, вызываемые необходимостью распределения каналов для подачи воды к машинам. Функционально планировка состоит в следующем: машины, требующие применения двигателя, сосредоточены в двух средних корпусах (рис. 36), объединенных центральным руслом для подачи воды. В данном случае канал мог иметь покрытие, образующее помещение для расположения водяных колес, так называемые «колесницы». Помещение двухэтажных корпусов, расположенных по периметру участка, занято цехами, не требующими механической двигательной силы.
 
 
Рис. 35. Проект Тульского оружейного завода. Генеральный план. 2-й вариант около 1787 г. Из рукописи «Описание Тульского оружейного завода». Моск. гос. ист. музей. Собрание б. Щукина
Рис. 35. Проект Тульского оружейного завода. Генеральный план. 2-й вариант около 1787 г. Из рукописи «Описание Тульского оружейного завода». Моск. гос. ист. музей. Собрание б. Щукина
 
 
Проект Тульского оружейного завода, около 1787 г. План и фасад основного корпуса. Из рукописи «Описание Тульского оружейного завода»
Рис. 36. Проект Тульского оружейного завода, около 1787 г. План и фасад основного корпуса. Из рукописи «Описание Тульского оружейного завода». Моск. гос. ист. музей. Собрание б. Щукина.
«План и фасад нового оружейного завода. А. Средние два корпуса. 1) Машины стальная, 2) тягальная, 3) калильная шпаг и шемполов, 4) точильная и палерная шпаг, 5) железорезная и плюшильная, токарная и винторезная, 6) шпальным и шомпольным, 7) щитовым и пружинным ковщиком, 8) для разных заводских мелочная и тяжеловесная, 9) замочным ковшиком, 10) заварщиком, 11) для сверления трубок и штыковых трубок, 12) точильная стволов и железных шемполов, 13) колесницы, 14) русла по которым вода для действия водяных колес. В. Корпус к градской части. В нижнем этаже: 1) присаживать к стволам штыки, 2) ствольных чистельщиков, 3) ствольным приладчикам, 4) наждачным чистильщикам, 5) мелочным отдельщикам. В верхнем: Замочным отдельщикам. С. Корпус к разливу речки Тулицы. В нижнем этаже: 1) Приборным, 2) Эфесным, 3) Наборным железного отделения, 4) Ножовщикам ложевым мастерам. Д. Корпус по оружейной части. В верхнем этаже: оружейная экспедиция и правление заводского пристава. В нижнем: отделение надзирателя. Е. Корпус к разливу реки Упы. В нижнем этаже: для столярных и плотничных работ. В верхнем: порезчики и рисовщики. F. Корпус для образцового огнестрельного белого оружия. 9 кладовые и архив. H. 2 корпуса приемные оружейных вещей и совсем готовых оружий. A, B, C, D, E, F, и H внизу материальные лесные и угольные склады.»
 
 
 
Компановка фасада этого завода, протяженностью около 300 м, представляла, конечно, сложную задачу. В данном случае архитектор применил наиболее эффективный прием органического разделения его на отдельные укрупненные части и на создание средней высотной композиции, прекрасно оформлявшей главный проход на заводский двор. Этот испытанный прием, безусловно, помог разбить унылое однообразие такого длинного здания; однако само по себе интересное решение главного входа не имеет достаточной связи с основным мотивом обработки всего фасада. В этом отношении значительно лучше решение такого же чрезвычайно длинного фасада Ижевского оружейного завода, изображенного на рис. 24.
 
Следующий вариант проекта (рис. 37) Тульского завода датирован (надписью на чертеже) 1799 годом. Проект дает чрезвычайно интересное решение большого заводского комплекса. С большой пышностью задумана планировка всей заводской территории и особенно главного входа. Сквозь массивную, изогнутую в плане каменную колоннаду-ограду ведет проход на центральный парадный заводской двор, на оси которого расположено здание конторы. С двух сторон этот двор оформляется корпусами для хранения образцовых оружейных изделий. По пандусам и лестницам проходят на внутренний заводской двор, заниженный относительно реки, где запроектирована система отдельных корпусов, группирующихся у центральных каналов для подачи воды к колесам. Большое количество отдельных небольших корпусов вызвано желанием ответить плановым решением на особую систему организации труда по выделке оружия: этот труд производился квалифицированными мастерами артельным порядком. В одной из книг по истории Тулы мы читаем: «1797 г. прежняя заводская ратуша переименована в цеховой разряд и оружейные мастера разделены на 5 цехов, а цеха на артели. По сему разделению сочинен план... с особенными корпусами для помещения порознь мастеровых каждой артели».
 
 
Проект Тульского оружейного завода. Вариант 1799 г.
Рис. 37. Проект Тульского оружейного завода. Вариант 1799 г. В центре главный вход и заводоуправление. В середине двора слева и справа две группы корпусов, расположенных вдоль водопроводящих каналов
На подлиннике следующие надписи: «План и фасад для устроения в Губернском городе Туле вновь назначенного каменного оружейного завода:
А. Десять корпусов в помещении заварного цеха двадцати артелей. В них внизу под № 1 заварщикам под № 2 тотчикам под № 3 колесницы, под № 4 для входа в верхний этаж лестницы, вверху под № 5 вертельщикам... (лист оборван), для двадцати артелей в них внизу под № 4 Штыковым ковщикам под № 5 тотчикам и парельщикам с трубочными вертельщикам, а под № 6... (оборвано) под № 7 для входа в верхний этаж... (оборвано) действия вододействующих машин идет вода с водяными проходами и под оным канал ко стоку из подмашинных колес воды с запорами... D. корпус в два этажа в котором помещается внизу... (оборвано) под № 10 к производству плотничных тяжелых работ сарай под № 11 вверху к помещению ложевого цеха десяти артелей под № 12 внизу приборного цеха десяти артелей литейщиков. Под А 15 Всхожие в верхний этаж лестницы. Е. два корпуса в один этаж к помещению угля магазейны. F. два корпуса в два этажа в них внизу уголь. D. корпус дву этажной для заводской канцелярии с ея отделениями... H. Два корпуса в два этажа внизу заводские магазейны а вверху приемные разных оружейных изделий комнаты. И. Вокруг всего строения заводская плотина и посной проезд. К. Церьковь воскресения христова называемая старой собор. Генваря 1799 г.»
 
 
На переломе XVIII и XIX вв. появляется новый фактор, решающий функциональную основу планировки промышленных предприятий. В это время кое-где в России уже появляется новое изобретение, с большим трудом входившее в работу заводов. В описании олонецких заводов 1803 г. мы находим первое указание на разработку вопроса «о построении огненной машины»7. Эта «огненная машина» открывает совершенно новые технические возможности, перестраивающие ход технологического процесса. Она дает совершенно иную схему компановки промышленных предприятий, и, конечно, с появлением паровых машин строительство таких крупных заводов на вододействующих колесах должно было прекратиться.
____________
7Герман Иван, Описание Петрозаводского и Кончезерского заводов и производимых при оных литья пушек и снарядов. СПБ. 1803.
 
В 1810 г. на Тульском заводе сооружается, уже по проекту архитектора А. Р. Лера, здание для паровой машины.
 
Медленно налаживалась работа этого нового двигателя, еще очень долгое время существовавшего наряду со старыми «водолейными колесами».
 
Так, например лишь в 1830 г. первая на Тульском заводе паровая машина начала регулярно работать. С внедрением в производство паровой машины промышленное строительство идет уже иными путями.
 
 
Рис. 38. Проект Тульского оружейного завода. Фрагмент фасада главного входа одного из вариантов проекта
Рис. 38. Проект Тульского оружейного завода. Фрагмент фасада главного входа одного из вариантов проекта
 
 
Этим заканчивается рассмотрение периодов старой организации предприятий и старой заводской архитектуры. Быстрое движение техники не только создавало новую технологическую основу, но и выдвигало широкое применение новых строительных конструкций из чугуна и особенно из железа, открывавших для промышленного строительства широкие возможности, в первую голову перекрытие цехов больших пролетов и пр.
 
 
Рис. 39. Ошейники для провинившихся рабочих на уральских заводах XVIII в.
Рис. 39. Ошейники для провинившихся рабочих на уральских заводах XVIII в.
 
 
Новым фактором явился, безусловно, и переход к наемному труду.
 
Этот новый период развития промышленного капитализма, относящийся приблизительно ко второй половине XIX в., характеризуется резким упадком архитектурно-художественной ценности зданий новых промышленных предприятий.
 
Здесь, очевидно, еще раз сказалась связь промышленной архитектуры с общим уровнем архитектурного искусства, скатившегося во второй половине XIX в. на путь эклектического смешения приемов архитектурного мышления, отсутствия твердых искренних архитектурных убеждений, целеустремленности творческого пути. Во многих же случаях все усложняющееся промышленное строительство уходило от архитектора и осуществлялось исключительно силами инженеров.
 
Однако настоящая работа ограничивается анализом промышленных зданий XVII и XVIII вв. Новый период развития промышленной архитектуры XIX в. требует особого, детального исследования и изучения.
 
 
Рис. 40. Рабочий, «прикованный к стулу», рисунок XVIII в.
Рис. 40. Рабочий, «прикованный к стулу», рисунок XVIII в.
 
 
VI
 
Как же создавалась архитектура этих нередко сложных заводских комплексов, которые в проектах тульских оружейных заводов достигли, казалось бы, по состоянию техники того времени пределов своего развития? Кто были мастера архитектуры заводских зданий и какова была их роль в промышленном строительстве рассмотренного периода?
 
К сожалению, большинство обнаруженных проектных материалов, в том числе и проекты тульских оружейных заводов, не имеют подписей авторов. Исследования старых литературных источников XVIII и XIX вв. дают в этом отношении лишь отрывочные данные, по которым все же представляется возможным выявить общую картину участия архитектора в заводском строительстве.
 
Еще де Геннин в своей рукописи, рисуя организационную схему по управлению заводом, рекомендует «для дела грязных машин и содержания в добром порядке пильных мельниц и прочих надлежащих заводских и фабричных строений» иметь «архитектурного механикуса».
 
Один из более поздних исследователей Урала в начале XIX в. в своей объемистой книге «Хозяйственное описание Пермской губернии» дает некоторые сведения о строителях старых заводов: «Плотинным мастером в каждом заводе определялся из лучших мастеров, отличающихся знанием своим строения фабрик, печей и прочих заводских зданий, почему требуется от него всей опытности и знания, чтобы в состоянии был построить вновь плотину и весь завод, для того плотинный мастер представляет настоящего заводского зодчего (архитектора)».
 
Над проектами тульских оружейных заводов работали также архитекторы, имевшие всегда непосредственную связь с заводами. Так, например один из вариантов этого проекта сделан, по сведениям, почерпнутым из разных литературных источников, архитектором, который именуется исследователями «известным зодчим механиком — Козьма Семеновичем Сокольниковым» — долголетним работником завода8.
____________
8 «Историческое обозрение Тульской губ. 1820 г.» К. С. Сокольников после 20-летней работы на оружейном заводе был занят строительством церквей и, как передает автор обозрения, построил церковь Флора и Лавра, где «Утвержденный им, минуя капитальные стены, большой купол говорит о высоком искусстве и знании его в зодчестве и механике».
 
Над проектами этих же заводов конца XVIII в. работал вместе с Сокольниковым архитектор Иоганн Лизь9, и, наконец, в штатах Тульского завода качала XIX в. значится архитектор, проживающий при заводе, Антон Лаврентьевич Лер, с окладом 1200 руб., и при нем архитектурные чертежники.
____________
9 В других описаниях он именуется Иоганном Леж.
 
 
Рис. 41. Никита Демидович Алтуфьев. Тульский кузнец, впоследствии крупнейший заводчик Урала — Демидов (умер в 1725 г.)
Рис. 41. Никита Демидович Алтуфьев. Тульский кузнец, впоследствии крупнейший заводчик Урала — Демидов (умер в 1725 г.)
 
 
Рис. 42. Демидов Акинфий Никитич (сын), крупнейший заводчик Урала начала XVIII в. С гравюры Н. Уткина
Рис. 42. Демидов Акинфий Никитич (сын), крупнейший заводчик Урала начала XVIII в.
С гравюры Н. Уткина
 
 
Не лишены интереса некоторые биографические сведения о де Геннине, дающие дополнительный материал для суждения о его роли в строительстве промышленных предприятий в России. Поскольку рукопись де Геннина является в основном изложением технологических процессов разных производств и поскольку его практическая деятельность развивалась главным образом как организатора и технического руководителя заводских предприятий (на олонецких, уральских и впоследствии тульских заводах), современные нам и старые исследователи рисуют де Геннина как специалиста, получившего образование по химии и металлургии. Так же излагает биографию де Геннина первый его историк В. Берх, опубликовавший в 1826 г. его переписку10.
____________
10 «Горный журнал», 1826 г., № 1, статья В. Берха.
 
 
Рис. 43. Заглавный лист рукописи де Геннина: «Генерал лейтенантом от артиллерии и кавалером ордена св. Александра Георгием Вильгельмом де Генниным собрания, натуралий и минералии камер в сибирских горных и заводских строениях и прочих курьезных вещах абрисы»
Рис. 43. Заглавный лист рукописи де Геннина: «Генерал лейтенантом от артиллерии и кавалером ордена св. Александра Георгием Вильгельмом де Генниным собрания, натуралий и минералии камер в сибирских горных и заводских строениях и прочих курьезных вещах абрисы»
 
 
Однако нам привелось обнаружить в одной из старых книг опубликованный подлинный текст заявления молодого де Геннина при его переезде по приглашению Петра I на работу в Россию, говорящий о том, что де Геннин по полученному им в Голландии образованию — архитектор.
 
Этот любопытный документ приводится на голландском языке, к которому тут же приложен перевод русского посольства в Голландии, гласящий следующее:
 
«Его превосходительствам высокошляхтным господам послам чрезвычайным великого московского посольства в здешней земле объявляет во всей покорности Юрья Вилим де Геннин родом из Ганова, что он от юности своея научен и несколько лет обучался и ныне основательно разумеет архитектуру гражданскую домов строения, делание всяких потешных огнестрельных вещей, изображения в воску делать, японскою олифою крашенные соломою изображения, приизрядно на бумаге вырезывать и прочие хитрости и благосклонен есмь к Москве ехать на службу Его Царского Кесарьского Величества, дабы при его дворе помянутые хитрости исполняти и обращаюся к вашим Превосходительствам, прошу покорно, дабы за пристойное жалование меня изволили приказать принять.
 
При сем Георг Вильгельм де Геннин».
 
«Мая в 10 день принят на службу Великого Государя в оружейную палату вышеписанный иноземец, по договору давать ему Великого Государя жалованье, на месяц по шести рублев, считая мая с 10 числа в предыдущее время, а делать ему свое мастерство, как он сказал в распросе выше сего, что дано будет из оружейной палаты, а порукою в том в той службе по нем господин Андрей Фандергутт, города Амстердама начальный человек, а дано ему Великого Государя жалование для выезду из Амстердама на три месяца по шести рублев да у города велено дать на два месяца».
 
 
Рис. 44. Георгий Вильгельмович де Геннин — строитель и управляющий железоделательных и других заводов в России в XVIII в. Автор рукописи 1745 г., умер в 1750 г.
Рис. 44. Георгий Вильгельмович де Геннин — строитель и управляющий железоделательных и других заводов в России в XVIII в. Автор рукописи 1745 г., умер в 1750 г.
 
 
Одна из первых порученных де Геннину работ в России была перестройка петербургского литейного двора (приблизительно 1712 г.)11.
____________
11 «Горный журнал», 1826 г., № 1.
 
Все эти данные говорят о том, что еще в старом заводском строительстве в XVIII в. уже имела место некоторая специализация работников архитектуры в области промышленного строительства. Она выражалась, очевидно, в соответствующих дополнительных инженерных знаниях.
 
И действительно, самая планировка заводской территории вытекала, помимо всего, из сложной системы гидротехнических сооружений. Удачно поставленная плотина — это основа всей заводской несложной механики. Планировка и объемные решения отдельных цехов также были неразрывно связаны с подведением воды к машинам по сложной системе каналов, которые органическим образом срастались с самыми зданиями. Доменный корпус решался прежде всего печью, и она, собственно, служила предметом архитектурного оформления.
 
Вот почему архитектор, работавший в области промышленного строительства этого периода, должен был иметь помимо архитектурного мастерства соответствующие знания в технологии и несложной механике. И вполне естественно, что в первое время архитектор совмещал в себе и работу «плотинного мастера».
 
Отсюда и получили свое происхождение термины, связанные с развитием заводского строительства, «архитектурного механикуса», «зодчего механика», «заводского зодчего».
 
 
Рис. 45. Общий вид рукописи де Геннина — «Горная и заводская книга 1745 г.», хранящейся в Моск. гос. ист. музее
Рис. 45. Общий вид рукописи де Геннина — «Горная и заводская книга 1745 г.», хранящейся в Моск. гос. ист. музее
 
 
VII
 
Ни размеры настоящей работы, ни тем более количество обследованных материалов памятников заводского зодчества, конечно, не могут претендовать на сколько-нибудь полный охват истории старой архитектуры промышленных зданий. Однако и такой беглый обзор дает возможность проследить основные моменты движения архитектуры промышленных предприятий в России в продолжение более двух веков. Мы видели влияние ряда условий, формировавших архитектурное решение промышленных предприятий. Состояние техники производства давало определенные функциональные решения, как и наличие тех или иных социальных взаимоотношений влияло на архитектурное решение завода.
 
Заканчивая краткий обзор старого промышленного строительства в России, можно прежде всего установить, что это строительство рассмотренных нами периодов развивалось при активном участии архитектора. И в некоторых случаях в основу композиции планировки и всего оформления заводов ставились (и решались) сложные архитектурные задачи.
 
Имея уже тогда своеобразную, свойственную промышленным зданиям функциональную основу, архитектура, как искусство, как язык художественного мышления, не имела какой-либо изолированней, присущей лишь промышленным зданиям, системы архитектурного творчества. На всем пути своего развития она пользовалась композиционными приемами и архитектурными элементами всех прочих видов строительства, главенствовавших в той или иной эпохе.
 
И нам кажется, что это обстоятельство не лишено интереса при определении путей развития архитектуры промышленных зданий.
 
* * *
 
Работа по изучению истории старой промышленной архитектуры в России находится еще только в первоначальной своей стадии. Огромные материалы наших многочисленных архивов таят в себе еще немало произведений большого художественного и исторического значения. В разных уголках нашего Союза, на наших старых заводах еще почти ничего не выявлено, не изучено.
 
 
Невьянский завод на Урале
Рис. 46. Невьянский завод на Урале. В Центре (за трубой) видна сломка старого доменного корпуса, изображенного на рис. 18
 
 
Развернувшееся грандиозное строительство социалистической промышленности требует зачастую сноса этих интереснейших памятников, но часто они уничтожаются и без какой-либо нужды, просто по неосведомленности на местах об их исторической ценности.
 
И если пока еще знаменитая башня Невьянского завода существует, то продемонстрированный здесь старый доменный корпус этого же завода снесен лишь недавно (рис. 46).
 
Изучение истории промышленной архитектуры должно быть налажено более интенсивно для выявления особенно ценных памятников заводской архитектуры, которые должны охраняться с неменьшей тщательностью, чем все другие памятники искусства и старины12.
____________
12 Работа над историей архитектуры промышленных предприятий встретила на своем пути серьезные затруднения. В старой литературе совершенно отсутствуют какие-либо труды, освещающие данную тему.
Отдельные, весьма малочисленные издания XVIII—XIX вв., представляющие сейчас библиографическую редкость, дают лишь некоторые сведения, освещающие историю развития заводской техники в России.
Работу пришлось направить в основном на изучение большого количества разнообразных литературных материалов, хотя и не имеющих непосредственного отношения к теме, однако давших возможность все же постепенно выявить основные моменты строительства промышленных предприятий и некоторые хронологические даты.
Ценные документальные материалы были обнаружены в старых архивах, музеях, а иногда и в частных коллекциях. Так, например несколько фотографий с фабричных зданий Урала, ныне уже не существующих, были в свое время сделаны Д. Кашинцевым, работающим над историей экономики старого Урала.
 
 

24 сентября 2018, 0:57 0 комментариев

Комментарии

Добавить комментарий

Партнёры
ALFRESCO
ООО «АС-Проект»
Архитектурное ателье «Плюс»
Компания «Мир Ворот»
Группа компаний «Кровельные системы» и Салон DOORSMAN
ГК «СтеклоСтиль»
Архитектурное бюро «РК Проект»
АО «Прикампромпроект»
Джут