В. Выголов, Ю. Фаюм. Молодежные кафе

Интерьер кафе «Аэлита» в Москве. 1961. Фото из журнала «Искусство»

Авторы статьи:	Всеволод Петрович Выголов (1929—1995) — советский и российский искусствовед, историк архитектуры, доктор искусствоведения, специалист по истории древнерусской архитектуры. Кандидатская диссертация: «Творчество зодчего Осипа Дмитриевича Старцева» (1955). В 1991 году защитил монографию «Архитектура Московской Руси середины XV века» (1988) в качестве докторской диссертации. Ю. Фаюм — советский искусствовед (?).
Статья публикуется по изданию:	Молодежные кафе / В. Выголов, Ю. Фаюм // Декоративное искусство СССР : Ежемесячный журнал Союза художников СССР. — 1962. — № 3. — С. 9—12.
Аннотация:	Статья посвящена анализу новых московских молодежных кафе «Молодежное» и «Аэлита» как примеров экспериментального подхода к формированию общественных интерьеров. Авторы рассматривают архитектурно-декоративные решения кафе, отмечая их стремление создать современные, неформальные пространства для отдыха и общения молодежи. В статье подчеркивается поиск нового советского стиля, свободного от казенщины и штампов, а также обсуждаются спорные и удачные элементы оформления. Материал отражает начало широкой дискуссии о роли дизайна в создании социально-значимой среды в начале 1960-х годов. The article by art historians V. Vygolov and Yu. Fayum, published in the journal Decorative Art of the USSR (No. 3, 1962), analyses the new Moscow youth cafés “Molodezhnoye” and “Aelita” as examples of an experimental approach to designing public interiors. The authors examine the architectural and decorative solutions of the cafés, highlighting their aim to create modern, informal spaces for youth leisure and communication. The article emphasises the search for a new Soviet style, free from bureaucratic sterility and clichés, and discusses both successful and controversial design elements. The text reflects the beginning of a broader debate about the role of design in shaping socially meaningful environments in the early 1960s. 艺术史学家 В. 维戈洛夫和 Ю. 法尤姆在《苏联装饰艺术》杂志（1962年第3期）上发表的文章，以莫斯科新兴青年咖啡馆“青年”和“阿艾利塔”为例，分析了当时对公共室内设计的实验性探索。作者考察了咖啡馆的建筑与装饰方案，强调其旨在为青年人打造现代、非正式的休闲交流空间。文章突出体现了对摆脱刻板僵化、寻求新苏联风格的探索，并讨论了设计中的成功与争议之处。该材料反映了1960年代初关于设计在塑造社会性环境中的作用的广泛讨论的开端。芸術史家 В. ヴィゴロフと Ю. ファユムによる本記事は、雑誌『装飾芸術 СССР』（1962年第3号）に掲載され、モスクワに新設された若者向けカフェ「モロデジョノエ」と「アエリタ」を、公共インテリアデザインへの実験的アプローチの事例として分析している。著者は、カフェの建築的・装飾的解決策を検討し、若者の余暇と交流のための現代的でくつろげる空間を作り出す意図を指摘する。記事では、官僚的な画一性や陳腐さから脱却した新たなソ連様式の探求が強調され、デザインの成功点と論争点が議論されている。この資料は、1960年代初頭における、社会的に意義ある環境形成におけるデザインの役割についての広範な議論の始まりを反映している。
Все выпуски журнала «Декоративное искусство СССР» в библиотеке TEHNE:	https://tehne.com/library/zhurnal-dekorativnoe-iskusstvo-sssr-moskva-1957-1991
Дополнительно:	В настоящей публикации приводятся дополнительные иллюстрации из следующих источников: журнал «Городское хозяйство Москвы» (1962. № 3), журнал «Искусство», книги Михаила Кулля «Это мой джаз».

МОЛОДЕЖНЫЕ КАФЕ

В. ВЫГОЛОВ, Ю. ФАЮМ

Одно за другим появляются в Москве новые кафе. Они привлекают необычной нарядностью, новыми, непривычными приемами отделки, яркой мебелью — тоже непривычной, но, оказывается, очень удобной.

Э. Грибанова, В. Кильпе. Кафе «Молодежное». Перспектива зала. Вид из вестибюля.

Нет, это не просто «предприятия общественного питания» — здесь можно посидеть за шахматами, поспорить об искусстве, послушать стихи и музыку. Кафе-клуб, новая форма культурного отдыха молодежи, только появившись, завоевала многочисленных поклонников — об этом говорят очереди у дверей первых таких кафе — «Молодежное» (улица Горького, д. 41) и «Аэлита» (Оружейный переулок, д. 45).

«В 1962 году распахнут двери 250 новых ресторанов, кафе, закусочных. Будет открыто 30 кафе с обогревом инфракрасными лучами. Но дело в том, что наступило время, когда количество еще не решает проблемы. Нужно коренным образом улучшить обслуживание населения, а также превратить предприятия общественного питания в уютно обставленные и со вкусом оформленные места отдыха трудящихся. Пусть люди приходят в кафе и рестораны посидеть, поговорить, провести вечер с семьей. В этом направлении уже сделаны первые шаги. Можно привести в пример новые кафе «Молодежное», «Юность», «Дружба», «Аэлита», — говорит председатель исполкома Моссовета Н. А. Дыгай¹.

____________

¹ «Москва—1962». Журн. «Москва», 1962, № 1, стр. 8.

Кафе «Молодежное» оформлялось по проекту архитекторов 3. Грибановой и В. Кильпе. Очень простыми средствами, не прибегая к серьезным перестройкам, они придали совершенно новый облик старому магазинному помещению.

Этот интерьер отличает спокойное изящество, ясность. Большие залы связаны между собой широкими проемами, так что находящаяся в глубине невысокая эстрада видна почти из любой точки помещения. Даже вестибюль с гардеробом отделен от зала лишь легким сквозным стеллажей, украшенным декоративными растениями в нарядных кашпо.

Кофейный сервиз в кафе «Молодежное».

Глубокие оконные ниши удачно превращены в своеобразные уютные «ложи», в каждой из которых помещается один столик. Они выделены и приподнятым на несколько ступенек полом и окраской стен и в то же время открыты в основной зал, связаны с ним. Их интенсивный красный цвет, красиво и мягко звучащий на нейтральном сером фоне стены зала, перекликается с таким же красным цветом стены за буфетной стойкой и опорного столба в зале с эстрадой.

И то же сочетание цветов, но более сдержанно повторяется в мебели (покрытая серебристо-серым пластиком поверхность столиков и холодно-красная обивка стульев). Здесь нет проявившегося во многих общественных интерьерах последних лет злоупотребления многоцветностью, переходящей порой в пестроту, и поэтому облик кафе спокоен, почти строг.

Своеобразно и удачно решение потолка кафе. Так как высота помещения была слишком большой, а потолок расчленен сложно профилированными балками, архитекторы зрительно понизили его высоту, окрасив потолок, балки, а также вентиляционные короба в черный цвет и подвесив под ними в шахматном порядке белые прямоугольные планшеты. В промежутках между этими планшетами размещены своеобразные люстры, каждую из которых составляют три светильника из молочно-белого стекла (завод «Красный Май»), подвешенные к кольцу.

Благодаря такому решению потолок получил приятную зрительную «глубину», его подвесная конструкция и чисто декоративный характер не замаскированы, четкий простой ритм хорошо организует пространство, а детали настоящего потолка, хотя их и можно рассмотреть, не воспринимаются как часть архитектуры кафе.

Однако архитектоническая ясность и лаконизм решения этого интерьера имеют и оборотную сторону, так как придают ему некоторую холодноватость, лишают интимности. Смягчить этот холодок, обогатить и оживить строгие серые стены должны были, видимо, размещенные на них небольшие керамические панно (художники В. Марков и П. Цвиликов). Но, помещенные в случайных и (за исключением трех вставок за эстрадой) малозаметных местах, по углам залов, не связанные ни ритмически, ни по цвету с основными архитектурными элементами кафе, наконец, просто слишком мелкие по масштабу для просторного помещения, они выглядят случайными добавками, вносящими в строгий интерьер чуждую ему пестроту и дробность.

К тому же и художественные достоинства самих этих вставок далеко не бесспорны. Разномасштабные и разнохарактерные, довольно вялые по цвету, они не лишены манерности, особенно заметной в томных девичьих профилях (панно с голубем и панно над эстрадой).

Другие декоративные детали, дополняющие общее архитектурное решение, более удачны.

Хорошо найден цвет и масштаб рисунка легких занавесок (художник Н. Жовтис), удачна мебель.

Особенно ценно, что для нового кафе была найдена также строгая и современная по формам посуда (кофейные сервизы — фарфоро-фаянсового завода имени Калинина, стекло — завода «Гусь-Хрустальный»).

Однако провести до конца это единство архитектурно-декоративного ансамбля все же не удалось. Видимо, не по вине авторов проекта кафе красуются на буфетной стойке на фоне красной стены пронзительно-зеленые смесители для коктейлей и весы, окрашенные в цвет, применяемый обычно для пожарных машин. Диссонирует с обликом кафе и особенно с подчеркнуто-современными трехногими стульчиками для музыкантов и тяжелый черный рояль на резных ножках.

* * *

Не менее интересен опыт нового архитектурного решения интерьера другого молодежного кафе — «Аэлита».

«Пятеро молодых архитекторов — авторов проекта кафе «Аэлита» — Александр Анисимов, Марианна Куцевол, Марат Баскаев, Алексей Константинов и Наташа Орлова — неузнаваемо изменили старую столовую. Они проявили хороший вкус, изобретательность, фантазию. В этом кафе — современное оформление, удобная мебель, оригинальные неяркие светильники. И притом — минимум затрат. И что примечательно — молодые люди работали на общественных началах, в свободное от работы время»¹.

____________

¹ Н. А. Дыгай, Москва—1962. Журн. «Москва», 1962, № 1, стр. 8.

Кафе «Аэлита». Столики у окна

Как и в «Молодежном», архитекторам пришлось иметь дело с уже существующим помещением, допускавшим лишь минимальные переделки. Это два невысоких зала, разделенные стеной с широкими низкими арками. Потолок одного из них поддерживался открытой двутавровой балкой.

А. Анисимов, М. Баскаев, А. Константинов, М. Куцевол, Н. Орлова. Кафе «Аэлита». Часть зала с эстрадой.

Первый зал архитекторы разделили легкой сквозной перегородкой из тонких досок, поставленных вертикально, но под углом к плоскости самой перегородки. Такие же перегородки прикрывают вход в служебное помещение, а во втором зале — стойку самообслуживания. Еще более легкая, прозрачная перегородка из натянутой зигзагом веревки заполняет часть широкого проема, связывающего зал с небольшим вестибюлем.

Часть первого зала перед стойкой бара зрительно выделена подвесным потолком, скрывшим пересекающую зал балку.

Так создается система связанных между собой пространственных отсеков, уменьшающих масштаб интерьера, делающих его более уютным, интимным.

Непринужденная свобода композиции интерьера подчеркнута и размещением светильников. Разнообразные по формам колпаки из молочного стекла (завод «Красный Май») в первом зале повешены на равных расстояниях друг от друга, невысоко над столами, а в не расчлененном на отсеки пространстве второго зала собраны в живописную асимметричную группу перед эстрадой.

Авторы «Аэлиты» всеми силами стремятся избежать оттенка парадности, которого не лишена строгая анфилада «Молодежного». Декоративная выразительность отделки кафе построена на подчеркнутом использовании самых простых, дешевых материалов, грубых фактур — шероховатый намет штукатурки, еле оструганные некрашенные сосновые доски перегородок, волокнистые прессованные плитки подвесного потолка, наконец, грубая веревка, использованная не только в перегородке входного проема, но и чисто декоративно для отделки выделенной интенсивным оранжевым цветом стены за эстрадой. Эта стена расчленена рядами гвоздей с крупными блестящими шляпками, между которыми причудливым, свободным, но не лишенным ритмичности узором натянута веревка. На очень простом узоре построено и керамическое панно, украшающее и организующее один из уголков первого зала.

Разноцветная финская мебель, яркие желтые с редкими черными полосами занавеси на окнах делают интерьер нарядным и красочным. И в то же время черная стена между залами, неяркое и неравномерно распределенное освещение, наконец, необычное декоративное решение стены за эстрадой и керамическое панно вносят в него своеобразную романтическую ноту. Эта романтичность образа кафе запечатлена и в его, видимо программном, «марсианском» названии.

Новизна и необычность архитектурного решения и декоративных приемов в «Аэлите» сознательно заострена, демонстративно подчеркнута. Что ж, такая полемичность естественна в работе молодых художников, берущихся за создание нового типа общественного интерьера в то время, когда происходит ломка традиционных представлений о красоте, когда в архитектуре и декоративном искусстве идет сложный и противоречивый процесс формирования современного советского стиля.

* * *

О новых кафе спорят. У них есть горячие противники и не менее горячие защитники. Эти споры естественны: на наших глазах рождается что-то новое, непривычное. Оно создается во многом ощупью, его создателям порой приходится опираться на не во всем для нас приемлемый иностранный опыт. Что же делать? Своего опыта в этой области мы еще не накопили. Период гипсовых капителей и розеток, анодированных под бронзу алюминиевых люстр — не в счет. Он оставил лишь образцы холодной парадности и мертвящей казенщины.

Эти по-новому оформленные кафе — по сути дела, экспериментальные работы, которые должны восприниматься не как образцы для подражания, а как первый и самый трудный шаг в освоении художественной целины. Естественно, что наряду с удачными находками здесь еще много незавершенного, много спорного. Широкое обсуждение, деловая и доброжелательная критика выявят в этих очень разных по характеру работах те черты, которые ведут к созданию нашего советского декоративного стиля, помогут найти облик тех кафе, которые еще предстоит создать.

ОТ РЕДАКЦИИ

На улицах Москвы появились новые названия кафе и магазинов. В них авторы явно хотят дать образ общественным учреждениям, вносят тематическое начало, борются со штампом и банальностью. И в самом деле, магазины «Малыш» или «Березка», кафе «Молодежное» или «Аэлита» — это не только заголовки. Нет, за этими названиями стоит отрадное и настойчивое желание творчески отнестись к решению задачи.

Пусть первые шаги еще не всегда убедительны, пусть в них пока больше желания, чем умения, — это можно понять. Но на этом этапе художникам и архитекторам необходимо оказать общественную поддержку. Появление этих новых и интересных тенденций в общественной жизни столицы требует анализа и глубокой искусствоведческой оценки.

Создание пластического, художественного образа общественного учреждения, где должны бывать тысячи людей, — дело сложное в особенности еще и потому, что в этом образе нужно сконцентрировать теплоту, уют, человечность и высокие эстетические качества. Нам чужда вычурность или назойливость, так же как экстравагантность. Простота, а не элементарность, гармония и еще раз гармония!

Ведь в эти кафе придут наши труженики, и поэтому в них должно господствовать подлинное искусство самой высокой категории. И дело не в том, какой палитрой пользовался художник или архитектор. Суть их творческой работы заключается в нахождении таких эстетических качеств, которые были бы близкими и родными для Москвы, для нашей Родины, а не для другой какой-то страны.

Конечно, можно создать средствами искусства «уголочки Европы» — то есть бездумно повторить то, что уже найдено другими. Но престиж советской культуры не позволит нам это сделать. Разве не богата наша столица талантливыми творческими работниками? Молодые художники и архитекторы начали хорошее дело, и его нужно развивать и совершенствовать. В Союзе художников Москвы есть много мастеров, способных в той или иной мере участвовать в этом благородном почине.

Есть такие мастера и в Союзе архитекторов. А разве откажутся поэты и композиторы дать таким кафе свои поэтические строки или музыку, свойственную только данному архитектурно-художественному решению?

Программа партии ясно говорит о необходимости улучшения общественного питания и о росте новой, советской культуры. Так дадим же нашему народу обильную и здоровую пищу не только для тела, но и для души.