наверх
 
Удмуртская Республика


Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. Wolkenbügel. 1923—1925

АСНОВА. Известия Ассоциации новых архитекторов. — Москва, 1926  АСНОВА. Известия Ассоциации новых архитекторов. — Москва, 1926
 
 
 

Серия небоскребов для Москвы. WB1 (1923—25). Проект Эль Лисицкого // АСНОВА. Известия Ассоциации новых архитекторов / Под редакцией Эль Лисицкого и Н. А. Ладовского. — Москва : Типография „ВХУТЕМАС“, 1926. — С. 2—3.

 
 

Серия небоскребов для Москвы. WB1 (1923—25)

Проект ЭЛЬ ЛИСИЦКОГО

 
 
Серия небоскребов для Москвы. WB1 (1923—25) Проект ЭЛЬ ЛИСИЦКОГО
Вид сверху
 
 

Предпосылки

 
Предлагаемый здесь новый тип постройки можно отнести к роду небоскребов. Он предназначается не для жилья, а для размещения центральных учреждений.
 
Тип высокого дома создала Америка превратив европейский горизонтальный коридор в вертикальную шахту лифта, вокруг которого нанизаны ярусы этажей. Рос этот тип совершенно анархично, без какой бы то ни было заботы об организации города в целом. Единственная его забота была перещеголять высотой и пышностью соседа.
 
При выработке нашего типа мы исходим из противоположных-предпосылок:
1) Мы считаем, что часть подчиняется целому и система города определяет характер его сооружений.
2) Мы говорим „сооружения“, а не „дома“, считая, что новый город должен преодолеть понятие индивидуального дома.
3) Мы считаем, что пока не изобретены возможности совершенно свободного парения, нам свойственней двигаться горизонтально, а не вертикально.
 
Поэтому, если для горизонтальной планировки на земле в данном участке нет места, мы подымаем требуемую полезную площадь на стойки и они служат коммуникацией между горизонтальным тротуаром улицы и горизонтальным коридором сооружения. Цель: максимум полезной площади при минимальной подпоре. Следствие: ясное членение функций.
 
 
Серия небоскребов для Москвы. WB1 (1923—25) Проект ЭЛЬ ЛИСИЦКОГО
Конструкция небоскреба
 
 

Происхождение

 
Но есть-ли надобность строить в воздухе?
 
„Вообще“ — нет. Пока есть еще достаточно места на земле.
 
Но... „в частности“?
 
Мы живем в городах родившихся до нас. Темпу и нуждам нашего дня они уже не удовлетворяют. Мы не можем сбрить их с сегодня на завтра и „правильно“ вновь выстроить. Невозможно сразу изменить их структуру и тип. Москва относится по своему плану к концентрическому средневековому типу. (Париж, Вена). Структура ее: центр — Кремль, кольцо А, кольцо Б и радиальные улицы. Критические места: это точки пересечения, больших радиальных улиц (Тверская, Мясницкая, и т. д.) с окружностью (бульварами). Здесь выросли площади, которые требуют утилизации без торможения движения, особенно сгущенного в этих местах (см. план). Здесь место центральных учреждений. Здесь родилась идея предлагаемого типа.
 
 

Конструкция

 
Для устойчивого положения свободно балансирующего тела, необходимы и достаточны 3 точки опоры*). Поэтому мы ограничились тремя стойками с открытыми каналами лифтов и патерностеров, между ними застекленный канал лестничных клеток. Стойки опираются системой катков и ребер на фундамент. (Принцип упругих ферм и мостовых конструкций). Одна стойка заключена под землей между линиями метрополитена и служит ему станцией. У других двух остановки трамвая. Структура верхней рабочей части (бюро, учреждения): скелетная центральная труба, открытая от пола до верхнего света внутри, несет балконы коридоров; т. е. выйдя из лифта в первом этаже можно читать №№ на дверях помещений 2-го и 3-го этажей. На этой центральной раме консолями держатся горизонтальные площади этажей. Все тело, как вагон положено на стойки.
____________
*) Одна ножка четырехногого стола висит в воздухе.
 
 

Материал

 
Скелет из новых сортов нержавеющей и выдерживающей высокие напряжения стали (Крупп). Легкие и хорошо изолирующие на телло- и звукопроводность материалы для междуэтажных перекрытий и перегородок. Стекло химически обработанное для пропуска световых и задержки тепловых лучей.
 
 
Серия небоскребов для Москвы. WB1 (1923—25) Проект ЭЛЬ ЛИСИЦКОГО
План центра Москвы с небоскребами по кольцу А
 
 

Качества типа

 
Все элементы скелета нормированы и поэтому, по мере потребности застройки новой площади по линии кольца А или Б, остается лишь произвести монтаж готовых частей. Монтаж может производиться БЕЗ ЛЕСОВ: до наводки верхних форм стойки держатся на тросах. Поэтому стройка может итти не прерывая движения площади. Затем по отношению к существующим постройкам то качество, что их почти не нужно сносить. Огромные преимущества в наличии света и воздуха по отношению к американскому башенному типу небоскреба.
 
 
Серия небоскребов для Москвы. WB1 (1923—25) Проект ЭЛЬ ЛИСИЦКОГО
Перспектива вдоль бульвара
 
 

Форма

 
1. При пластическом оформлении этого сооружения, я учитывал конструкцию лишь как один из первичных элементов в достижении необходимого полезного действия (механического эффекта). Я бы с той-же логической последовательностью, так же удовлетворяя всем утилитарным требованиям мог избрать другую конструкцию*), если-б хотел достигнуть другого эстетического эффекта.
____________
*) В выработке и расчете конструкции мне помогал ЭМИЛЬ РООТ (Цюрих), которому я рад и здесь выразить свою признательность.
В следующей серии (WВ 2) будет показана совершенно другая конструкция.
Этот проэкт (Wolkenbügel) был впервые демонстрирован на выставке Ноябрьской группы в Берлине, затем на международной выставке современной архитектуры в Мангейме.
 
2. Я считаю, что в своей основе сила эстетического эффекта определяется не качеством и не количеством, — это есть состояние, температура.
 
3. Я исходил из равновесия двух пар контрастов:
а) Город состоит из атрофирующихся старых частей и растущих живых, новых. Этот контраст мы хотим углубить.
б) Дать самому сооружению пространственное равновесие, как результат контрастных вертикальных и горизонтальных напряжений.
 
4. Дать новый масштаб городу, в котором человек сегодня больше не мерит собственным локтем, а сотнями метров.
 
5. Элементарно организовать сооружение из ребер, плоскостей и объемов, сквозных, прозрачных и плотных, вместе составляющих однозначную пространственную систему.
 
6. Со всех основных 6-ти точек зрения данное сооружение однозначно характеризовано:
 
Схема формы при виде: По направлению:
Серия небоскребов для Москвы. WB1 (1923—25) Проект ЭЛЬ ЛИСИЦКОГО
 
 
Такая характеристика делает ориентировку по этим сооружениям в городе совершенно ясной. При установке всей серии, введение цвета для отметки каждого небоскреба в отдельности послужит к усилению его ориентировочных качеств.
 


 

 

Из книги Супрематизм и архитектура (проблемы формообразования) / С. О. Хан-Магомедов. — Москва : Архитектура-С, 2007. — С. 402—411.

 
 
<...> Важно отметить и то, что в 1924—1925 годах (т. е. до экспонирования архитектонов Малевича и рабочего клуба Хидекеля) именно архитектурные проекты Лисицкого оказались как бы на острие внедрения супрематизма в архитектуру. Стилистически они оказались связаны как с классической супрематической живописью, так и с проунами Лисицкого. Речь идет о трех проектах: Трибуна Ленина (1920—1924 гг.), горизонтальные небоскребы (1924—1925 гг.) и яхт-клуб (1925 г.).
 
Наибольшей популярностью пользуется проект Горизонтальных небоскребов для Москвы, который широко публикуется уже многие десятилетия. Привлекает внимание как стилистика проекта, так и связанная с ним проблема вертикального зонирования города.
 
Проблема вертикального зонирования города связана со стремлением ликвидации пересечений транспортных потоков и с отделением транспорта от пешеходов. Первая задача уже в XIX — начале XX века решалась путем создания внеуличного транспорта (подземного и наземного) и организации тоннелей и путепроводов (эстакад); она стала приобретать со временем все более инженерно-технический характер. Вторая задача оказалась более тесно связанной с архитектурными вопросами объемно-пространственной композиции города. Архитектурно-художественный облик города зависит не только от характера его планировки и застройки, но и от того, как и откуда воспринимает его человек. Условия восприятия облика города складывались на протяжении столетий, однако в появившихся в начале XX века проектах по вертикальному зонированию города (Сант-Элиа, Гильберзаймер, Ле Корбюзье и др.) это обстоятельство всегда учитывалось. Как известно, городская застройка рассчитана на то, что человек воспринимает отдельное здание и ансамбли прежде всего с уровня земли. Поэтому содержавшиеся в ряде проектов предложения поднять пешеходов над улицей и даже превратить в пешеходные террасы плоские крыши домов привели бы к резкому изменению привычного характера восприятия городской застройки, а следовательно, и потребовали бы иного отношения к созданию ансамбля. Кроме того, планировку и застройку города человек зрительно воспринимает не только по горизонтали и «вниз», но и «вверх», т.е. облик города неотделим от количества неба над головой человека. Предложение некоторых архитекторов освободить улицы для транспорта, убрав пешехода под поставленные на столбы дома, фактически отнимали у человека значительную часть «неба» и вели к резкому изменению условий восприятия архитектурного облика города.
 
 
Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы
Л. Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. Две перспективы, аксонометрия и фотомонтаж. Схема, размещения горизонтальных небоскребов на бульварном кольце. 1924—1925
Л. Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. Перспективные рисунки (виды здания с различных сторон). Разрез, план. Фасады (в сочетании с перспективным сокращением высоты второго плана и разрезом нижнего яруса). 1924—1925
 
 
Идеи вертикального зонирования города, выдвигавшиеся в 1920-е годы советскими архитекторами, существенно отличались от предложений зарубежных архитекторов. Речь идет о четырех проектах: 1) Город на рессорах А. Лавинского (1921 г.); 2) Горизонтальные небоскребы для Москвы Л. Лисицкого (1923—1925 гг.); 3) Гаражи-автостоянки для Парижа над мостами через Сену К. Мельникова (1925 г.); 4) Город на опорах Л. Хидекеля (1925—1928 гг.).
 
Проекты Лавинского, Лисицкого, Мельникова и Хидекеля внесли принципиально новое в поиски вертикального зонирования города. Их объединяют между собой общие черты.
 
Во всех проектах поднятые на опоры здания (горизонтальные корпуса) предлагалось соорудить не над пешеходными путями, а над транспортными магистралями или над нетронутым ландшафтом, что отличает их от большинства проектов, создававшихся в тот период за рубежом. Из трех основных элементов вертикального зонирования — пешеход, транспорт и застройка — отечественные архитекторы отдали предпочтение пешеходу, считая нецелесообразным изменять его положение в пространственно-планировочной структуре города. Главные резервы вертикального зонирования они видели в использовании пространства для застройки над транспортными магистралями. Причем, в новом городе (Лавинский, Хидекель) все магистрали убирались под здания, а в таких сложившихся городах как Москва (Лисицкий) и Париж (Мельников) второй ярус предлагалось создавать лишь в определенных пространственно раскрытых точках (перекрестки, мосты), где поднятые на опоры сооружения (корпуса) отнимали бы минимум «неба».
 
А теперь подробнее об экспериментальном проекте Лисицкого «Горизонтальные небоскребы для Москвы. 1924—1925 гг.».
 
Но сначала два фрагмента из писем Лисицкого С. Кюперс из Локарно: «Мой «небесный утюг» [горизонтальный небоскреб — С. X.] в работе, но еще много дел с фундаментом (1 декабря 1924 г.)... Не забудь, пожалуйста, если возможно, доставь мне план Москвы. Я все больше убеждаюсь в мысли, что проблема, над которой я работаю, очень актуальна. Он стоит на трех ногах и покачивается. Разве это не сумасшествие?» (14 января 1924 г.).*
____________
* Зодчество, № 1, 1975. — С. 158.
 
В своем проекте Лисицкий предложил на пересечениях Бульварного кольца (кольца А) с основными радиальными транспортными магистралями возвести (непосредственно над проезжей частью) восемь однотипных зданий для центральных учреждений в виде вытянутых по горизонтали двух—трехэтажных корпусов с центральных коридором (общая протяженность корпусов около 180 м, ширина — 16 м). Корпуса подняты над землей (на высоту около 50 м) на трех вертикальных опорах (сечение 10×16 м), в которых размещены лифты и лестницы, причем одна опора связывает здание непосредственно со станцией метрополитена, у двух других опор устроены остановки трамвая.
 
<...>
 
Большое значение Лисицкий придавал «эстетическому эффекту» горизонтальных небоскребов в структуре городской застройки. Во-первых, это использование контраста существующей застройки и новых зданий. Во-вторых, стояла задача придания горизонтальным небоскребам «пространственного равновесия, как результата контрастных вертикальных и горизонтальных напряжений». В-третьих, стремление «дать новый масштаб городу». В-четвертых, предусматривалось так расположить на площадях асимметричные по пространственной структуре горизонтальные небоскребы, чтобы они были ориентированы в сторону центра одинаковыми фасадами. Это позволило бы жителям ориентироваться в городе по силуэту видимого в перспективе улицы или бульвара здания (Лисицкий специально проверял этот эффект, сделав рисунки перспектив горизонтальных небоскребов с различных точек зрения: от Кремля, к Кремлю, вдоль бульвара — в обе стороны). В-пятых, учитывалось также, что при установке всей серии введение цвета для отметки каждого небоскреба в отдельности послужит к усилению его ориентировочных качеств».***
 
В первом письме из Москвы после возвращения на родину (20 июня 1925 г.) Лисицкий пишет С. Кюперс: «По целому ряду газетных статей вижу, что мой горизонтальный небоскреб является ответом на многие актуальные для Москвы вопросы. Когда его выставлю, то это произведет впечатление. Мне теперь необходимо сделать макет».***
____________
*** Зодчество, № 1, 1975. — С. 160.
 
14 мая 1925 года Лисицкий отправляет письмо П. Ауду, вложив в него фотографии проекта горизонтальных небоскребов: «Это проект конторского корпуса, который возник по градостроительным соображениям, и в котором я старался в минимальной мере быть «архитектором и художником. По моему убеждению, искусство возникает там, где мы его меньше всего предусматриваем».****
____________
**** Канцедикас А. и Яргина 3. Цитир. соч., часть третья. — С. 25.
 
Горизонтальные небоскребы и Трибуна Ленина вернули Лисицкого в сферу архитектуры на чрезвычайно высоком художественном профессиональном уровне. Эти проекты так и остались вершинами его архитектурного творчества.
 
В 1925 году, когда уже были выполнены оба эти проекта, Лисицкий, поправив в больницах Швейцарии свое здоровье, рвался вернуться на родину и заняться именно архитектурой. Выставки и публикации проунов за рубежом сделали Лисицкого широко известным и даже популярным художником. Он вошел в элиту художественного авангарда и «купался» в этой популярности, что скрашивало ему мрачные мысли о здоровье.
 
<...>
 


 

 

Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. Дополнительные изображения

 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925   Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925  Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925   Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925   Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925   Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 
 
Эль Лисицкий. Горизонтальные небоскребы для Москвы. El Lissitzky. Skyscrapers. Cloud Iron. Wolkenbügel. 1924—1925
 


 

 
In 1923–1925, Lissitzky proposed and developed the idea of horizontal skyscrapers (Wolkenbügel, "cloud-hangers", "sky-hangers" or "sky-hooks"). A series of eight such structures was intended to mark the major intersections of the Boulevard Ring in Moscow. Each Wolkenbügel was a flat three-story, 180-meter-wide L-shaped slab raised 50 meters above street level. It rested on three pylons (10×16×50 meters each), placed on three different street corners. One pylon extended underground, doubling as the staircase into a proposed subway station; two others provided shelter for ground-level tram stations.
 
Lissitzky argued that as long as humans cannot fly, moving horizontally is natural and moving vertically is not. Thus, where there is not sufficient land for construction, a new plane created in the air at medium altitude should be preferred to an American-style tower. These buildings, according to Lissitzky, also provided superior insulation and ventilation for their inhabitants.
 
Lissitzky, aware of severe mismatch between his ideas and the existing urban landscape, experimented with different configurations of the horizontal surface and height-to-width ratios so that the structure appeared balanced visually ("spatial balance is in the contrast of vertical and horizontal tensions"). The raised platform was shaped in a way that each of its four facets looked distinctly different. Each tower faced the Kremlin with the same facet, providing a pointing arrow to pedestrians on the streets. All eight buildings were planned identically, so Lissitzky proposed color-coding them for easier orientation.
 


 

 
Источники:
  1. АСНОВА. Известия Ассоциации новых архитекторов / Под редакцией Эль Лисицкого и Н. А. Ладовского. — Москва : Типография „ВХУТЕМАС“, 1926. — 8 с.
  2. Супрематизм и архитектура (проблемы формообразования) / С. О. Хан-Магомедов. — Москва : Архитектура-С, 2007. — 520 с., ил.
  3. Lissitzky, Wolkenbügel (1924) // thecharnelhouse.org
  4. Mart Stam | Wolkenbugel | 1925 // zeroundicipiu.it
  5. Imagine Moscow. Design Museum | 2017 // echostudios.co.uk
 

22 августа 2020, 18:21 0 комментариев

Комментарии

Добавить комментарий

Партнёры
УралДомСтрой
Архитектурное бюро КУБИКА
Компания «Уралэнерго»
Фототех-Поволжье
ООО «АС-Проект»
Архитектурное бюро «РК Проект»
Джут